— Тогда скорее иди! — Фу Тинъюнь помогла Чжао Лину поправить отвороты халата.
Чжао Лин поцеловал Фу Тинъюнь в щеку и лишь затем вышел.
Вскорости пришла Пятая сестра и открыто заговорила:
— Я слышала о поездке Девятого зятя в Гуйчжоу. Девятый господин — человек великих способностей, оттого тебе не стоит лишне тревожиться.
Перед родной сестрой Фу Тинъюнь не стала скрывать чувств, вздохнула и ответила:
— Я и сама всё понимаю, да только на душе никак не воцарится покой. Поехать бы в монастырь и испросить для него оберег мира и благополучия…
— Я поеду с тобой! — Пятая сестра тоже посчитала это доброй мыслью. — Не знаешь ли, в котором из столичных монастырей обереги самые благодатные? Нынче Малый Новый год, давай поедем завтра!
Мысли Пятой сестры и Фу Тинъюнь совпали.
Когда она проговорила об этом Чжао Лину, тот сначала подумал, что на улице лютый мороз, к тому же праздники, в монастырях тихо и пустынно, и лучше бы поехать после Нового года, когда начнутся монастырские ярмарки. Но заметив, что в чертах Фу Тинъюнь таится глубокая тревога, он торопливо с улыбкой согласился:
— Поедем в монастырь Танчэсы! Я поеду с вами. Заодно нанесу визит наставнику Чжао и спрошу его совета относительно дел в Гуйчжоу.
Фу Тинъюнь просияла от радости. Всё, что могло принести пользу Чжао Лину, она готова была исполнить с радостью.
— Отлично! Взять ли с собой Юю и Си-гэ?
— Погода слишком холодная, дети ещё малы, пусть остаются дома, — улыбнулся Чжао Лин. — Поедем вместе с Пятым свояком и твоей сестрой. Пока я буду у наставника Чжао, Пятый свояк поспособствует вам поклониться Бодхисаттвам.
— Так не пойдёт! — возразила Фу Тинъюнь. — Тебе тоже следует поклониться Бодхисаттвам, чтобы Они даровали тебе мир и благополучие на пути.
— Хорошо, — с открытой улыбкой откликнулся Чжао Лин. — Я тоже сотворю перед Бодхисаттвами поклон, чтобы Они даровали всей нашей семье мир и благополучие.
Фу Тинъюнь с улыбкой кивнула и велела готовиться. На следующее утро, принимая во внимание, что Пятый зять не умеет ездить верхом, все выехали в монастырь Танчэсы в двух повозках.
Как и предполагал Чжао Лин, в монастыре Танчэсы царила тишина и уединение.
Когда они воскурили фимиам в Зале Великого Героя – Дасюн Баодянь, к ним, получив весть, спешно вышли настоятель монастыря и монах, принимавший гостей.
Узнав цель их визита, настоятель пригласил гостей в боковой павильон, усадил и лично преподнёс освященный оберег мира и благополучия.
Фу Тинъюнь сначала хотела попросить настоятеля погадать о судьбе и удаче Чжао Лина, но видя, что тот держится внешне приветливо, а в действительности слишком настойчиво и рьяно, что совершенно не вяжется с образом праведного монаха и высокого мудреца, опустила эту мысль и лишь бережно приняла оберег для мужа.
Чжао Лин же выразил желание нанести визит наставнику Чжао.
Настоятель, услышав это, на мгновение замер и иносказательно проговорил:
— Наставник глубоко погружён в изучение учения Будды, старый монах может лишь отрядить человека доложить о вашем визите…
Чжао Лин, не придавая этому значения, улыбнулся:
— В таком случае прошу почтенного настоятеля отрядить человека доложить.
Настоятель, видя его уверенность, про себя изумился: «Сколько знатных лиц государства потерпели неудачу перед наставником Чжао! На днях даже господин Цинь Фэйюй, всегда пользовавшийся благосклонностью наставника, ушёл ни с чем. Пусть вы и любимец Государя, чиновник второго ранга, да разве можете вы сравниться с Цинь Фэйюем?».
Впрочем, внешне он не показал ни капли смущения, с улыбкой согласился и кликнул юного послушника отправить весть. А затем сказал:
— Время подбирается к полудню. Постные кушанья нашего монастыря Танчэсы восхвалял даже сам наставник Чжао. Я уже велел приготовить постный обед, и прошу господина Чжао не отказываться.
Чжао Лин не стал проявлять излишней скромности, и вся компания направилась в Западный двор, где подавали постные обеды.
Посланный послушник, запыхавшись, прибежал вслед за ними:
— Настоятель! Настоятель! Наставник Чжао просит господина Чжао пройти к нему!
Настоятель застыл с изумлением на лице и лишь через мгновение опомнился. Он торопливо сделал приглашающий жест Чжао Лину:
— Господин Чжао, прошу следовать за старым монахом.
Он вознамерился лично проводить Чжао Лина!
Пятый зять, наблюдая это, с изумлением приоткрыл рот.
Пятая сестра торопливо дернула его за край платья.
Пятый зять смущённо улыбнулся жене и умолк.
Чжао Лин же тихо наказывал Фу Тинъюнь:
— Не ждите меня. Наставник Чжао внимателен, и раз уж позвал к себе, наверняка приготовил и полуденный обед. — И затем устремился за настоятелем на заднюю гору, где совершал духовный подвиг наставник Чжао.
Фу Тинъюнь улыбнулась:
— Тогда давайте обедать! Время уже позднее.
Пятый зять и Пятая сестра, разумеется, возражать не стали.
Все откушали полуденный обед, а затем вслед за угодливым монахом прошли в соседний гостиный павильон выпить чаю. Чжао Лин всё не возвращался, но от настоятеля прибежал юный послушник передать весть:
— Наставник Чжао удержал господина Чжао сыграть в вэйци, и просит госпожу обождать некоторое время.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
