— Стеклянная настольная ширма «Магу преподносит персики бессмертия». Несколько лет назад её заказали в подарок для уездного Чжуан-вана, но по неизвестной причине так и не забрали. Она пролежала в кладовой лавки Баоцин семь или восемь лет, — с этими словами он достал еще один парчовый ларец: — Каменный поднос «Небесный гриб линчжи подносит персики долголетия»… В обычное время вещь незамысловатая, но сейчас такую и за деньги не сыщешь, — он открыл ларец: — Взгляните, госпожа, узор на камне точь-в-точь напоминает пару грибов линчжи. Что же до стеклянной ширмы — стекло хрупкое, а убранство дома меняют по сезонам, поэтому чаще используют красное или сандаловое дерево. Стеклянные ширмы — большая редкость.
— Я рассудил, что Девятому господину тоже понадобится юбилейный подарок, а подносить древний антиквариат опасно — возникнут подозрения, откуда взялись такие средства, — деликатно пояснил управляющий Е. — Вот и разыскал эти две вещицы. Хоть цена их не так велика, но символика безупречна. Пригодятся ли они вам, госпожа?
— Еще как пригодятся! — Фу Тинъюнь была вне себя от радости. Поглаживая каменный поднос, она с улыбкой произнесла: — Мы с Девятым господином как раз ломали голову над подарком! Благодарение судьбе и вам, управляющий Е, иначе я просто не знала бы, как быть, — затем она рассказала о совместных поисках с госпожой Мо и с благодарностью добавила: — Неудивительно, что вы занимаете важное место в торговом доме. Такая дальновидность редка! Нам стоит многому у вас поучиться.
Помощь в нужную минуту приносит радость принимающему, а даритель испытывает удовлетворение от того, что выручил человека из беды.
Управляющий Е просиял и скромно ответил:
— Главное, чтобы госпожа не сочла это самоуправством.
Побеседовав о мелочах, он отбыла, даже не взяв денег за обе вещи.
Фу Тинъюнь стало неудобно, поэтому она оценила стоимость предметов и заказала в лавке Баоцин два серебряных головных убора — один для супруги управляющего Е, другой для его старшей невестки.
Решив вопрос с подарком, Фу Тинъюнь успокоилась. Каждое утро она омывала руки, воскуряла благовония и переписывала по триста иероглифов «Сутры Лотоса».
Спустя несколько дней с визитом пришла госпожа Ван.
Выражение её лица было печальным. Она сдержанно упомянула об истинных намерениях матери и добавила:
— Хорошо, что ты отправила А-Сэня в Сиань, иначе ему тоже пришлось бы выслушивать эти упреки, — в ее взгляде сквозила редкая доселе печаль и беспомощность.
Фу Тинъюнь не стала расспрашивать о лишнем, лишь спросила с улыбкой, когда та вернулась, как себя чувствуют старая госпожа и госпожа Чэн, и назначила день, чтобы навестить их.
Видя, что Фу Тинъюнь не проявляет назойливого любопытства, госпожа Ван вздохнула с облегчением и попрощалась.
Через пару дней Фу Тинъюнь нанесла визит в дом Ван.
Старая госпожа и госпожа Чэн выглядели подавленными, их улыбки были натянутыми. Узнав, что муж Фу Тинъюнь — командующий войсками провинции Гуйчжоу, обе женщины стали проявлять к ней заметно больше теплых чувств.
Фу Тинъюнь лишь тихо вздохнула про себя и, просидев недолгий срок, отбыла. Поглощенные своими заботами, хозяева не стали её удерживать.
Когда миновало начало зимы и был окончательно утвержден порядок юбилейных торжеств, на рынках столицы все товары со знаками долголетия подорожали до немыслимых пределов. Наместники из всех провинций начали готовить подношения: из ближних провинций вроде Шаньдуна и Шэньси подарки отправляли в двенадцатом месяце, чтобы успеть до десятого числа первого месяца и поднести их после Праздника фонарей. Из дальних же земель вроде Юньнани, Гуйчжоу и Фуцзяни посланники отправлялись в путь уже сейчас, иначе они просто не успели бы к началу торжеств.
Именно в это время Чжао Лин тайно возвратился в столицу.
Фу Тинъюнь, охваченная изумлением и радостью, шепотом спросила:
— Как прошли дела?
— Куда успешнее, чем можно было надеяться, — Чжао Лин с закрытыми глазами лениво откинулся в сосновой бадье, пока Фу Тинъюнь помогала ему мыться. — Сипин-хоу в последние годы приходится несладко под притеснением Хэ Фу. Хотя Фэн Третий зарабатывал для него немало денег, у Сипин-хоу огромный дом и расходы столь велики, что доходов все равно не хватает. Недавно на праздновании дня рождения Лунпин-хоу подарок от дома Сипин-хоу оказался вещью, которую ему несколько лет назад подарил Инчуань-хоу, и люди из дома фуго-гуна раскрыли это! Из-за этого Сипин-хоу возлагал все надежды на Великого секретаря Юя, но результата почти не получил и окончательно потерял терпение. Фэн Третий понял: если так пойдет и дальше, положение Сипин-хоу будет лишь ухудшаться, и дело может закончиться полным поражением. Он попросил у меня обещание: он будет снабжать меня сведениями о Сипин-хоу и доме Юй, а если случится беда, я гарантирую безопасность главной ветви его рода. Я согласился. Если повезет, нам останется лишь вовремя подлить масла в огонь, даже не раскрывая себя… Что до Хэ Фу, он, похоже, уже пронюхал, что я тайно посещал Шэньси, и отправил людей предупредить семейство Фэн: пока их купеческие караваны не перевозят контрабанду, проход через заставу Цзяюй для них открыт…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
