Он умолк, и царь Сугрива воззвал к мудрому Хануману, стоявшему рядом с ним:
— Созови легионы ванаров: тех, что обитают подле Владыки Снегов; тех, кто находит радость в рощах Виндхьи, на высотах Кайласа или Махендры; тех, кто живет на пяти сияющих Пиках или там, где белая вершина Мандары пронзает воздух. Где бы ни бродили они на воле — в высокогорьях у западного моря, на том восточном холме, откуда встает солнце, или там, где оно склоняется на закате дня. Призови великих вождей, чьи легионы наполняют леса Лотосового холма, где каждый силой и ростом соперничает с могучим Анджаном. Призови тех, чья кожа отливает блеском золота, кого скрывают пещеры Махашайлы; тех, кто бродит по Дхумре или укрывается в диких лесах на склонах Меру. Призови тех, кто, блистая подобно солнцу, прыгает и бегает по высокой Махаруне, испивая сладкие соки, что источаются благоуханными деревьями на холме. Призови тех, кому любы мирные обители, где живут мудрецы и отшельники в рощах, что на всем своем просторе благоухают ароматом тысячи цветов. Разошли весть, разошли: от края до края собери всё воинство ванаров. Силой, словом и ценными дарами принуждай, убеждай и завлекай. Послы уже отправлены, дабы возвестить им о воле их господина. Пусть другие, побуждаемые тобой, повторят мой наказ, дабы шаги их были быстры. Тех вождей, что, поддавшись власти любовных утех, пожелают помедлить, гони сюда со всей скоростью или сам веди в мое присутствие. А те, кто будет медлить до последнего, пока не минет десять дней, и дерзнет ослушаться своего повелителя, непременно умрут за свое преступление. Тысячи, даже миллионы, послушные указу своего царя, львы из рода ванаров, собранные из самых дальних мест, явятся сюда. Огромные, точно горы, или подобные могучим облакам, застилающим небо, они поспешат в путь и быстро выстроят все наши легионы.
Он умолк; сын Ваю внял его словам,
покорный воле своего государя.
Он разослал быстрых гонцов
на восток и запад, на юг и север.
Они направили свой воздушный путь вдаль,
тропами птиц и звезд,
и устремились сквозь эфир еще дальше,
туда, где сияет обитель Вишну.
У моря, на холмах, в лесах и у озер
призывали они к оружию ради Рамы,
и каждый, с трепетом в груди,
повиновался грозному велению своего царя.
Три миллиона ванаров, свирепых и могучих,
как сам Анджан — дивное множество —
поспешили оттуда, где Рама всё еще
беспокойно взирал вдаль с лесистого холма.
Десять миллионов других, отважных и смелых,
чья шерсть сияла подобно чистому золоту,
прилетели с горной вершины,
за которую уходит на покой утомленное солнце.
Стремительно с северных небес,
где возвышаются пики горы Кайлас,
поспешила тысяча миллионов ванаров, цветом
подобных гривам непокорных львов.
Обитатели склонов Гималаев,
чьей пищей были их коренья и плоды,
вместе со стражами цепи Виндхья
и соседями Млечного океана.
Одни спешили из пальмовых рощ, где они кормились,
другие — из зарослей бетеля;
в неисчислимом множестве, яростные и храбрые,
они шли с гор, от озер и из пещер.
Когда ванары держали путь,
созывая каждое далекое войско,
им довелось увидеть чудесное дерево,
росшее на вершине Гималаев.
В древности на той священной высоте
свершался славный обряд Махешвары,
который видели все небесные боги,
и его радостное сердце полнилось триумфом.
Там из чистого семени, посеянного наугад,
выросли яркие растения с сочными плодами;
сладкие, как амрита, на вкус,
они украшали вершину горы.
Тому, кто хоть раз вкусил бы благодатный плод,
взошедший от столь божественного корня,
целый лунный месяц
не было бы нужды знать муки голода.
Ванары собрали спелые плоды,
найденные ими на месте жертвоприношения,
благоухающие редкими небесными ароматами,
чтобы возложить их к стопам Сугривы.
Эти благородные гонцы обыскали всю землю,
созывая каждый отряд ванаров,
а затем быстро устремились обратно
во главе бесчисленных войск.
Они собрались у стен Кишкиндхи,
заполнили чертоги дворца Сугривы
и, обремененные богатой ношей, внесли внутрь
те плоды небесного происхождения.
Они разложили дары перед своим царем
и торжественно провозгласили:
— Мы прошли через все земли, посетили холмы, леса и ручьи, и все твои воинства от востока до запада стекаются сюда по велению своего владыки.
Сугрива с восторженным видом
принял подношение гонцов,
а затем велел им идти, милостиво
наградив и отпустив каждого.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
