— Тот билет…
— Я со всем разберусь, не волнуйся. О делах компании подумай на трезвую голову, не спеши, — он погладил её по голове, вкратце успокоил и вышел из машины.
Цзи Син смотрела, как он уходит, чувствуя смятение и тревогу, но времени на раздумья не было. Она сказала водителю:
— Водитель, поезжайте дальше.
Такси снова тронулось с места.
Насилу успокоившись, она позвонила Су Чжочжоу. Но когда она вникла в ситуацию, мысли снова перепутались.
Поломка оборудования оказалась серьёзной: по предварительным оценкам, ремонт обойдётся как минимум в тридцать тысяч.
Сейчас все в компании были совершенно сбиты с толку.
Ведь до этого момента молодёжь в «Синчэнь» объединяла общая мечта и атмосфера согласия. Вне зависимости от должностей, все общались так же легко и непринуждённо, как школьные друзья, и работали с полной отдачей.
И вот внезапно произошла серьёзная ошибка, и суровая реальность наказания могла в один миг разрушить привычный климат в коллективе.
Простить или строго наказать?
Являются ли коллеги на самом деле друзьями, и осталось ли место для человечности?
То, как Цзи Син поступит дальше, имело решающее значение.
Она сгорала от нетерпения, но на дороге, как назло, везде горел красный. Когда проезжали Тайгули, машина и вовсе встала в пробке. В этом районе баров по вечерам движение замирало.
Она места себе не находила, вертя в руках телефон. Придя в себя, она обнаружила, что уже набирает номер Хань Тина.
Гудок… гудок…
Вскоре на том конце ответили. Раздалось негромкое:
— Алло?
— Директор Хань, это Цзи Син! — заговорила она, даже не замечая, что в её встревоженном голосе проскальзывают жалобные нотки просьбы о помощи. — Прости, что беспокою в такое время. Но мне правда нужно с тобой посоветоваться по одному срочному делу.
Хань Тин:
— Говори.
Цзи Син быстро изложила суть дела, а закончив, поделилась вставшей перед ней дилеммой:
— …Он совершил грубую ошибку, ремонт обойдётся в десятки тысяч. Но при этом он всегда был очень старательным и активным сотрудником, у него прекрасные отношения со всеми в компании. Теперь я не знаю, как с ним поступить. Хотела узнать твоё мнение.
На другом конце провода Хань Тин молча выслушал её длинный монолог и лишь спросил:
— Это всё, о чём ты можешь подумать? Только о том, как поступить с этим сотрудником?
Цзи Син открыла рот, совершенно сбитая с толку. Она не поняла вопроса.
Но он не стал объяснять, явно не собираясь отвечать на собственный вопрос.
В затянувшейся, почти осязаемо тяжёлой тишине Цзи Син под его невидимым давлением заставила свой мозг работать на пределе и неуверенно спросила:
— Ты имеешь в виду, что есть и другие проблемы? Например, сначала выяснить… как это произошло?
Он подхватил:
— Если случается нечто подобное, причину всегда можно найти в менеджменте, системе или регламенте. Работа с оборудованием не предполагает присутствие лишь одного человека, а все шаги должны быть строго прописаны.
Так в чём же дело: в ошибке на этапе исполнения или в самих правилах и стандартах работы? Работа компании — это единый механизм. На уровне исполнителя это может выглядеть как ошибка одного человека. Но с точки зрения управления никогда нельзя искать проблему только в одном сотруднике. Это грубейшая ошибка.
Там, где он находился, было очень тихо, поэтому его глубокий и спокойный голос звучал в трубке на удивление чётко и уверенно. Он перекрывал шум машин, доносившийся в окно такси, и блеск неоновых огней. Дрожь в руках и ногах Цзи Син постепенно утихла, всё её внимание сосредоточилось на его словах.
— Кроме того, раз компания уже функционирует, в ней должна быть чёткая система поощрений и наказаний, а также система управления персоналом. На первых порах ты удерживала людей хорошим отношением, чувствами, общим делом, перспективами и мечтами, заставляя их работать добровольно и активно. Это правильный подход, его нужно придерживаться и впредь. Но работа не может строиться только на сознательности. Чувство опасности и стимулы не менее важны. Конкуренция и отсев также играют ключевую роль. «Меру» между всем этим ты должна почувствовать и определить сама. Если ты правильно разрешишь эту ситуацию, она станет хорошим шансом для улучшения управления.
Он спросил:
— Теперь понятно?
Шансом?
Она обдумывала его слова, понимая их лишь наполовину, и смутно кивнула:
— Поняла.
Хань Тин:
— Хм?
Она замерла, осознав значение этого «хм», и тут же начала «сдавать экзамен»:
— Приехав в компанию, я сначала проведу расследование, выявлю все возможные бреши в системе на каждом этапе — как в общем, так и в деталях, — и приму меры на основе анализа ситуации. Это то, что нужно сделать сегодня.
Что нужно сделать в ближайшие недели: систематизировать и усовершенствовать систему управления, регламенты и правила работы с персоналом, чтобы избежать повторения подобного в будущем. А если что-то и случится, чтобы был чёткий алгоритм действий. Чтобы компания не теряла опору и не превращалась в хаос.
Хань Тин издал согласное «угу» и больше ничего не сказал.
Цзи Син предположила, что ответ его удовлетворил. Она с облегчением выдохнула и сказала:
— Спасибо.
Хань Тин:
— Не стоит.
Похоже, он собирался положить трубку, но перед самым отключением спросил:
— Что касается наказания, у тебя уже есть предпочтения?
— Зависит от обстоятельств. Если это не полностью его вина, то, возможно… я его прощу, — с тревогой произнесла Цзи Син, не зная, верный ли это ответ. — В конце концов, нас чуть больше десяти человек, мы начинали с нуля, столько времени провели вместе, бок о бок, всех связывают глубокие чувства.
Она закончила и стала ждать его реакции, но он оставил её слова без комментариев, лишь бесстрастно произнёс «о», никак не обозначив свою позицию.
Он сухо спросил:
— А если вина полностью на нём?
Цзи Син тихо ответила:
— Тогда последует… какое-то наказание, — и неуверенно добавила: — А как бы поступил ты… будь это полностью его вина?
— Увольнение. Привлечение к ответственности.
Он сказал это без малейшего колебания, совершенно небрежным тоном. Цзи Син оторопела.
— Излишняя милосердность со временем губит авторитет.
Цзи Син всё же считала, что каждый случай требует индивидуального подхода:
— Но в «Синчэнь» ситуация иная, наш маленький коллектив — это скорее группа друзей, где ценятся человеческие отношения. Такой поступок серьёзно испортит атмосферу в команде. Если я его уволю, что подумают остальные? Это подорвёт их преданность компании, потери будут больше, чем выгода.
Хань Тин ответил:
— Просто раздели все его заслуги и бонусы между остальными.
Цзи Син замерла. Сама не зная почему, она вдруг почувствовала, как у неё застучали зубы. Он действительно был крайне расчётливым и жёстким лидером, его проницательность в вопросах человеческой натуры внушала ужас.
Эти слова были жестокими, хладнокровными и циничными, но при этом поразительно логичными, точными и бьющими в самую суть.
Неужели в этом и заключается искусство управления?
Но сейчас она ещё не могла этого принять. Она покачала головой:
— Управление не должно быть таким бездушным, ведь можно полагаться на общие идеалы и узы командной дружбы.
На том конце Хань Тин замолчал на несколько секунд, а затем усмехнулся:
— Иногда ты бываешь очаровательно наивной.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
