Мо Суйюнь, которого Мо Цзиньюй увел обратно на подворье для послов, естественно, не знал, как оценили его те несколько детишек, да и не было у него настроения об этом думать. Как юный император, только что взошедший на престол и в настоящее время немногим отличавшийся от марионетки, он по возвращении неизбежно выслушал наставления и выговор от Мо Цзиньюя. Из-за этого Мо Суйюнь также понял, пока он не сможет овладеть реальной властью, у него нет права беспокоиться о Мо Сяобао. Даже если он считал беззаботного сяо-шицзы дома Дин-вана и его сомнительных дружков неприятными или не заслуживающими внимания, до тех пор, пока он не возьмет в свои руки бразды правления Великим Чу, у него не будет возможности тягаться с сяо-шицзы дома Дин-вана. Поэтому вскоре Мо Суйюнь оставил сегодняшние события в прошлом и сосредоточил все внимание на противостоянии с Мо Цзиньюем и чиновниками Великого Чу.
В то время юный император Мо Суйюнь и не задумывался, не был ли он сам тем, кого нелюбимый им беспечный Мо Сяобао парой-тройкой фраз выманил из дома, еще более беспечным, чем кое-кто другой, из-за чего впоследствии он не раз терпел убытки от рук этого человека.
В ресторане Мо Сяобао и остальные спровадили постороннего Мо Суйюня и взрослого Фэн Чжияо, которого подозревали в шпионаже в пользу Дин-вана. Закрыв двери, они снова принялись шумно обсуждать дела. Мо Сяобао, подперев подбородок ладонью, посмотрел на Цинь Ле и спросил.
— Фу-ван, кажется, возлагает на этого Мо Суйюня большие надежды. Цинь Ле, как ты думаешь, в итоге Мо Суйюнь победит или окажется таким же неудачником, как Мо Суюнь?
Цинь Ле на некоторое время задумался и покачал головой.
— Трудно сказать. Мо Суйюнь определенно смелее и расчетливее Мо Суюня. Неизвестно только, есть ли у Мо Цзиньюя амбиции.
Лэн Цзюньхань растянулся на мягкой кушетке и лениво проговорил.
— Разве в Великом Чу не осталась еще одна старая ведьма? Она наверняка поможет собственному внуку. Кроме Мо Суйюня, в Великом Чу, должно быть, осталось не так уж много хуанцзы? Нельзя же менять их как заблагорассудится.
— Тайхуантайхоу Великого Чу уже в весьма преклонном возрасте, — со всей серьезностью произнес Сюй Чжижуй с холодным личиком.
Мо Сяобао моргнул и задумчиво протянул.
— Получается… у Мо Суйюня все-таки высокие шансы на победу?
— Если только он не дурак. Хотя… кажется, он и правда немного простоват, — с некоторой тревогой сказал Лэн Цзюньхань.
По его мнению, любой, кого мог обвести вокруг пальца Мо Сяобао, был глупцом, такому человеку, как Мо Сяобао, нельзя было верить ни одному выражению его лица.
Мо Сяобао забегал глазами и предложил.
— Тогда давайте напомним ему об этом, мы же хорошие друзья.
— Как хотите, — безразлично ответили Лэн Цзюньхань и Сюй Чжижуй.
Лэн Цзюньхань продолжил потирать живот, а Сюй Чжижуй сидел в стороне и с упоением читал книгу. Цинь Ле бросил задумчивый взгляд на троих детей, которые были младше его на несколько лет. Когда он только познакомился с этой компанией, то почувствовал, что он и впрямь хороший человек. Но пообщавшись с ними какое-то время, он сильно засомневался, останется ли он хорошим человеком в будущем.
В другой отдельной комнате Е Ли и Мо Сюяо безмятежно сидели и слушали, как за стеной дети вполне серьезно обсуждают великие планы. Фэн Чжияо, Лэн Хаоюй и остальные сидели поодаль, глядя на Мо Сюяо с неопределенными улыбками. Когда обсуждение закончилось и снаружи послышались шаги уходящих детей, Фэн Чжияо не удержался и рассмеялся, мучительно качая головой.
— Какое же зло совершил этот мир, что в нем родилось столько чудовищ?
Этим детям всего по несколько лет, а они уже придумывают, как обхитрить юного императора другой страны. В их возрасте мы еще только дрались да прогуливали уроки. Что же будет через несколько лет?
Лэн Хаоюй беспомощно вздохнул.
— И впрямь, кто с миром сообщается, тот мирским и становится, а кто с тушью знается, тот и сам чернеет. Наш Цзюньхань совсем испортился.
Он вспомнил, каким нежным и милым «пирожком» был его драгоценный сын в детстве. Конечно, и сейчас его сын оставался очаровательным, вот только… характер стал слегка искаженным. Это определенно было влиянием «черноты». Лэн Хаоюй чувствовал некоторую вину, все из-за того, что у него не было времени присматривать за сыном, и тот слишком сблизился с Мо Сяобао. Поистине, от Мо и почернеешь1!
— Ты говоришь так, будто твой сын сама невинность, — лениво взглянул на Лэн Хаоюя Мо Сюяо.
Мо Сяобао выглядел тихим пакостником, а вот сынишка семьи Лэн носил маску простака, хотя на деле мог довести человека до могилы так, что тот и не поймет.
Фэн Чжияо с любопытством спросил.
— Судя по словам Мо Сяобао, он хочет помочь этому юному Императору Великого Чу. С этим не возникнет проблем?
Нужно знать, что тот юный император тоже был не из робкого десятка. В столь малом возрасте он уже умел сеять раздор, причем бил точно в цель. И хотя он был еще слишком зелен и не смог обмануть Мо Сяобао, следовало помнить, юный император взошел на престол меньше двух месяцев назад, а до этого рос без присмотра и наставлений. С этой точки зрения, стоит кому-нибудь дать ему совет, и будущие достижения этого маленького императора станут безграничными.
Мо Сюяо безразлично ответил.
— Какие могут быть проблемы? Даже если они возникнут, это будут его проблемы. Неужели Бэньван должен убить за него всех, кто представляет угрозу?
Он вовсе не был отцом, который потакает своим детям.
«Ну и спокойствие у тебя», — Фэн Чжияо и Лэн Хаоюй переглянулись и с неодобрением посмотрели на Е Ли. Е Ли мягко улыбнулась.
— Чтобы этот юный Император смог захватить реальную власть в Великом Чу, даже при его уникальных способностях, боюсь, потребуется не меньше десяти лет. Сейчас беспокоиться не о чем.
Вместо того чтобы тратить десять лет на то, чтобы позволить Мо Цзиньюю или любому другому взрослому захватить власть, лучше дать этому юному императору десять лет на борьбу за нее. Через десять лет и Мо Сяобао, и дом Дин-вана уже должны восстановить свои силы после войны последних двух лет. И в то время Мо Суйюню не обязательно удастся на все сто процентов овладеть реальной властью в Великом Чу. Говоря прямо, Мо Сяобао вовсе не собирался помогать Мо Суйюню, он просто не хотел, чтобы тот слишком быстро сгинул. Нельзя не признать, что в некотором смысле Мо Сяобао уже начал походить на своего отца.
— Нынешние дети… и впрямь невероятны, — вздохнул Фэн Чжияо.
Или же это дети из дома Дин-вана были какими-то запредельно ненормальными?
— Ванъе, Ванфэй, — попросила аудиенции у дверей Яоцзи.
С тех пор как она вернулась в город Личэн, Яоцзи вновь занялась управлением винным домом, который вела несколько лет, и зажила спокойной жизнью. Однако, время от времени она собирала сведения для дома Дин-вана, в целом же ее дни текли мирно.
— Кажется, Юй-ван тайно посылал людей для связи с Чансин-ваном, — вполголоса доложила Яоцзи.
Мо Сюяо махнул рукой.
— Ожидаемо. Какова позиция Чансин-вана?
Яоцзи ответила.
— Чансин-ван не принял людей, посланных Юй-ваном. Вероятно, он не желает иметь с ними лишних связей.
Мо Сюяо кивнул.
— Эти брат с сестрой не дураки. Пока они не предпринимают никаких подозрительных действий, можно оставить их в покое.
Лэн Хаоюй в раздумье произнес.
— Я помню… у Чансин-вана и Чжэньнин-гунчжу есть еще один брат в Нанкине. Не возникнет ли из-за этого проблем в будущем?
Великий Чу сейчас, даже если и довольствовался малым в Цзяннани, вряд ли стал бы вести себя смиренно и дальше. Кто знает, не попробуют ли они что-нибудь устроить, прикрываясь тем маленьким хуанцзы, так что все же стоит поберечься.
Мо Сюяо равнодушно сказал.
— Если они будут жить мирно, Бэньван, разумеется, не обидит их. Но если они сделают что-то недозволенное, пусть не винят Бэньвана в беспощадности. Приглядывай за ними.
Яоцзи кивнула и, немного поколебавшись, добавила.
— Кажется, кто-то видел Мо Цзинли на Северо-западе.
— Мо Цзинли? — все вздрогнули, услышать это имя было неожиданностью.
С тех пор как пал город Лиян, следы Мо Цзинли затерялись. Не то чтобы они не думали об искоренении зла, но поначалу пришло тревожное известие с заставы Фэйхун, и времени на это совсем не осталось. Позже, когда военные действия утихли, Мо Цзинли уже давно исчез. В этом огромном мире, среди людского моря, если человек действительно хочет спрятаться, найти его задача не из легких.
К тому же Мо Цзинли был лишен императорского трона, у него под рукой не было ни войск, ни власти, да и его боевое мастерство было не таким уж высоким, поэтому не слишком много людей заботилось о том, куда он делся.
— Уверена? — нахмурившись, спросил Мо Сюяо.
Яоцзи покачала головой.
— Пока что полной уверенности нет.
Мо Сюяо немного подумал и сказал:
— Передай это известие Мо Цзиньюй-вану. Властвующий ныне над Великим Чу Мо Цзиньюй, надо полагать, желает появления Мо Цзинли еще меньше нашего.
— Слушаюсь, — кивнула Яоцзи.
_______________________________________________________
- Кто с миром сообщается, тот мирским и становится, а кто с тушью знается, тот и сам чернеет (近朱者赤近墨者黑, jìn zhū zhě chì, jìn mò zhě hēi) — кит. обр. в значении «с кем поведешься, от того и наберешься». Здесь обыгрывается фамилия Мо (墨), означающая «тушь». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
