Чжэн Фэнци рассмеялась. Её губы были густо накрашены красной помадой, блестели и казались особенно сочными. Она сняла лёгкую накидку с цветочным узором, обнажив белые руки, и села вместе с подругами. Бросив взгляд в сторону Сяо Бэйчэня и увидев, что тот, склонив голову, пьёт вино, она решила вести себя сдержаннее.
— Вообще-то я не собиралась приходить, — сказала она Сюй Цзыцзюню. — Но подумала о вас и о том, что мои подруги хотят взглянуть на молодых талантливых командиров Иньской армии. Поэтому и привела их с собой.
— Боюсь, дело не только в моей скромной персоне, — усмехнулся Сюй Цзыцзюнь. — Наверняка здесь есть кто-то ещё, ради кого стоило прийти.
Чжэн Фэнци притворно нахмурилась:
— Вы осмелились такое сказать?
Именно этого она от него и добивалась.
Сюй Цзыцзюнь немедленно подхватил:
— Когда вы звонили мне, госпожа Чжэн, вы специально попросили пригласить Третьего брата Сяо. Уже забыли?
Несколько слов, и весь стол разразился смехом.
Чжэн Фэнци сделала вид, будто рассердилась, и принялась колотить Сюй Цзыцзюня, обходя стол. Сюй Цзыцзюнь сидел рядом с Сяо Бэйчэнем, поэтому, отбиваясь, толкнул её прямо на него.
Чжэн Фэнци ничуть не отклонилась и угодила Сяо Бэйчэню на колени.
В душе она ликовала. Смущённо и кокетливо взглянув ему в лицо, она поднялась и, не обращая внимания на десятки любопытных взглядов, с улыбкой сказала:
— Не пейте так много. Поберегите здоровье.
Сюй Цзыцзюнь расхохотался:
— Третий брат Сяо, ты слышал? Госпожа Чжэн переживает, как бы ты не навредил здоровью. Так что пей поменьше — не заставляй девушку волноваться.
Чжэн Фэнци протянула руку и легонько хлопнула его по щеке:
— У тебя язык без костей. Тебе бы его отрезать! Ещё хоть слово, и я попрошу отца с тобой разобраться.
Мо Вэйи, пригубив вина, с ленивой улыбкой заметил:
— Сюй Цзыцзюнь, если ты сейчас же не замолчишь, разбираться с тобой будет уже не генерал Чжэн.
Все за столом рассмеялись. В кабинете стало шумно и весело.
Сяо Бэйчэнь ничего не сказал. Он лишь снова до краёв наполнил чашу и одним глотком выпил всё вино.
Застолье затянулось до глубокой ночи. Сяо Бэйчэнь пил один, не закусывая и почти не разговаривая, пока наконец не опьянел до беспамятства. Когда гости начали расходиться, он уже спал, уронив голову на стол.
Мо Вэйи позвал адъютанта Го Шаолуня:
— Отправь молодого маршала обратно в Хуатинчжоу.
Го Шаолунь привёл нескольких охранников, чтобы помочь Сяо Бэйчэню подняться. Чжэн Фэнци поспешно встала и улыбнулась:
— Судя по всему, Третий брат изрядно перебрал. Ему как раз нужен кто-нибудь, кто присмотрит за ним. Я поеду вместе с ним.
Го Шаолунь на мгновение растерялся.
Чжэн Фэнци уже накинула лёгкую накидку с цветочным узором и с улыбкой направилась следом.
Автомобиль вскоре прибыл в Хуатинчжоу. Го Шаолунь поручил нескольким охранникам проводить Сяо Бэйчэня наверх. Увидев, что Чжэн Фэнци тоже собирается подняться, он поспешно остановил её:
— Госпожа Чжэн, прошу вас остаться. Молодой маршал не давал разрешения, поэтому я не могу позволить вам войти.
Чжэн Фэнци посмотрела на него и всё же остановилась. Затем сорвала из стоявшей рядом вазы крупный пион, покрутила его в пальцах под подбородком и улыбнулась:
— Уже очень поздно, мне неудобно возвращаться домой. Можно я переночую здесь, в Хуатинчжоу?
Го Шаолунь явно не знал, как поступить. Девушка была не из простых, и с ней трудно спорить. К тому же ночь действительно выдалась поздняя, а с генералом Чжэном лучше было не ссориться.
— Прошу госпожу Чжэн пройти в гостевую комнату.
Слуги проводили Чжэн Фэнци в гостевую. Го Шаолунь с облегчением перевёл дух и вернулся в комнату охраны. В ту ночь он не дежурил, поэтому тоже остался на вилле.
Посреди ночи Сяо Бэйчэнь проснулся от сухости во рту. Он сонно протянул руку, пытаясь найти воду, но попавшийся под пальцы стакан оказался пуст.
Жажда мучила его. Он поднялся и, пошатываясь, вышел из спальни. В коридоре ему удалось найти воду и напиться.
Но тут краем глаза он заметил, что из главной спальни пробивается слабый свет.
Там кто-то был.
Сяо Бэйчэнь почувствовал, как сжалось сердце. Стакан выпал из его руки и со звоном разбился о пол.
Он в несколько шагов добрался до двери и распахнул её.
Свет в комнате оказался ослепительно ярким — настолько, что у него на мгновение помутилось в глазах.
Внутри, у книжной этажерки, стояла чья-то фигура. Распущенные чёрные волосы струились по спине. Женщина склонила голову и листала книгу.
Сяо Бэйчэнь в одно мгновение забыл, как дышать.
Он неподвижно смотрел на фигуру и наконец хрипло прошептал:
— Ханцзин…
Стоявшая у этажерки женщина услышала его голос. Её спина едва заметно дрогнула, затем она обернулась и, ещё не успев ничего сказать, улыбнулась. Её нежно-розовое лицо сияло радостью.
— Третий брат…
Это была Чжэн Фэнци.
Всего одно мгновение — и Сяо Бэйчэнь словно свалился с небес в преисподнюю. Он почувствовал, как кровь стынет в жилах. Какое-то чувство, которое он с отчаянной силой прятал в самой глубине души, внезапно, без всякой защиты, вывернули наружу, а затем ещё раз пронзили ножом, не оставив ему возможности скрыться от боли.
Чжэн Фэнци увидела, как Сяо Бэйчэнь вошёл, и улыбнулась:
— Я просто прогуливалась и случайно зашла в эту комнату. А ты почему здесь?
Сяо Бэйчэнь заметил, что книги на полках были беспорядочно перевёрнуты. Его взгляд потемнел.
— Кто позволил тебе трогать эти вещи?
Чжэн Фэнци насмешливо покосилась на него:
— А разве нельзя?
Сяо Бэйчэнь отвернулся:
— Убирайся.
Чжэн Фэнци резко замерла. Она уставилась на его прямую спину; лицо её сначала побледнело, затем налилось синевой, а голос стал пронзительным:
— Что ты сказал?
Сяо Бэйчэнь резко обернулся. Яркий свет падал ему в глаза, холодные и острые, как клинки.
Он гневно произнёс:
— Немедленно убирайся отсюда! Ты не достойна даже стоять в этом месте. Вон! Ты слышала меня?!
Чжэн Фэнци стиснула зубы:
— Сяо Бэйчэнь, ты ещё пожалеешь!
Она резко распахнула дверь и вышла, с грохотом захлопнув её за собой. Шум поднялся такой, что люди из комнаты охраны выбежали наружу. Го Шаолунь долго уговаривал Чжэн Фэнци успокоиться, а затем распорядился подать ей автомобиль.
Когда она наконец уехала, он поспешил наверх. Дверь главной спальни уже была заперта изнутри.
Го Шаолунь долго стучал, но из-за двери не доносилось ни звука. Он лишь тяжело вздохнул и опустил руку.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
