Говоря по правде, У Манман была крайне разочарована — видимо, ожидания оказались слишком завышенными.
А ведь она сегодня настояла на том, чтобы встретить его, хотела дать ему почувствовать тепло любви.
Она думала, что Лу Суй примет её сторону, а если и нет, то хотя бы утешит её.
Но его отношение ясно дало понять У Манман: он хочет, чтобы она приняла всё это.
У Манман убеждала себя, что должна радоваться: Лу Суй настроен серьёзно, иначе с чего бы Лу Цзянань от нечего делать становиться её наставницей по подготовке невест?
Но для У Манман всё сводилось к тому, что она просто хотела повстречаться, закрутить роман. Как Лу Суй мог перескочить через этот этап и сразу подвергнуть её испытанию для невест?
У неё-то и бутон ещё не распустился.
У Манман зло подумала: если бы она не опробовала Лу Суя в деле, то, как бы он ни был на седьмом небе от восторга, она бы не согласилась выйти замуж.
— Очень устала? — Лу Суй погладил У Манман по волосам. Они были мягкими и гладкими, словно шёлк, и это ему очень нравилось.
— Мне это не нравится, — с обидой в голосе произнесла У Манман.
Хотя У Манман и любила выставлять богатство напоказ в сети, на самом деле банкеты, салоны и прочее её совершенно не интересовали. Куда лучше было бы посидеть дома и поиграть в видеоигры.
Лу Суй молча смотрел ей в глаза.
У неё были очень красивые, влажные глаза. Когда она о чём-то просила, в них словно поднимался лёгкий туман, и она становилась похожа на заблудившееся дитя, которое умоляет вывести его на верный путь.
— Но в будущем тебе всё равно придётся с этим столкнуться. Лишнее умение плеч не тянет, так что прилежно учись у тёти. Она не сможет долго тебя наставлять, — сказал Лу Суй.
У Манман почувствовала раздражение. Ей до смерти надоели эти взгляды Лу Суя и Лу Цзянань из серии «я же желаю тебе только добра».
У Манман потёрлась головой о его грудь и, повалившись к нему на колени, притворно-плаксивым голосом спросила:
— А можно не учиться?
Лу Суй снова погладил её по голове, словно успокаивал раненого щенка.
У Манман обняла его за талию и подняла взгляд:
— Если бы мы в будущем расстались, то разве все эти мои мучения не оказались бы напрасными?
— Не выдумывай глупостей, — он похлопал её по голове.
У Манман и впрямь была глупышкой: стоило ей услышать это «не выдумывай», как она и вправду перестала забивать себе голову лишним. В конце концов, это была лишь капризная жалоба влюблённой девушки.
Быть Лу-фужэнь — весьма завидная доля.
Но если вдуматься, Лу Суй, по сути, так ничего и не пообещал.
С возвращением Лу Суя У Манман почувствовала, что у неё появилась опора. Спина больше не болела, в ногах не было усталости. Прильнув к его груди, она спросила:
— Ты скучал по мне?
Сказать по правде, Лу Суй впервые столкнулся с таким женским кокетством и приставучестью.
Обычно зрелые женщины вели себя более элегантно и сдержанно, больше заботясь о впечатлении, которое они производят. Та же Лань Юэ максимум могла нежно спросить: «Скучал по мне?»
А У Манман сейчас повисла на шее Лу Суя, как мартышка, и принялась раскачиваться:
— Скучал? Ну скажи, скучал?
— Скучал, — Лу Суй обхватил её за талию, боясь, как бы она не потянула спину при таких движениях.
— И как именно скучал? — У Манман уселась верхом на его колени и легонько подула ему в ухо.
Женщины обычно таковы: если их соблазняешь — они строят из себя святош, а если нет — сами разыгрывают роль искусительницы.
Лу Суй наклонился, прильнул к её губам и тихо произнёс:
— Хотел войти в тебя.
Тоска мужчины всегда столь прямолинейна. Он не похож на женщину, которая любит предаваться воспоминаниям о едва уловимом запахе табака на кончиках его пальцев.
Не считая ника Лу Суя — «Иду своей дорогой, — У Манман впервые слышала от него столь откровенную пошлость.
От копчика до самого затылка У Манман, словно юркая рыбка, проскочил электрический разряд. Рука Лу Суя уже скользнула ей под свитер.
У Манман попыталась перехватить его руку — пришло время включить сценарий «святоши», — но рука Лу Суя, на удивление, послушно замерла в её ладони.
Она вытащила его ладонь из-под свитера, и он нисколько не сопротивлялся.
У Манман оказалась в тупике. На самом деле ей безумно нравилось, когда Лу Суй касался её — дело было даже не в страсти, ей просто нравились эти ласки.
Но капля женской сдержанности заставила её притворно показать, что она вовсе не жаждет близости.
У Манман явно не ожидала от него такой реакции.
Чертовски джентльменское поведение, просто чересчур.
— В следующий раз не крась губы, — Лу Суй большим пальцем коснулся её губ.
У Манман слезла с его колен. Для женщины не к добру казаться более изголодавшейся по ласкам, чем мужчина.
И хотя на душе у неё было скверно, она не могла просто отвернуться и игнорировать Лу Суя, ведь тогда бы показалось, что она злится из-за прерванной близости.
Так что У Манман пришлось как ни в чём не бывало положить голову ему на плечо, показывая, что ей всё равно. В конце концов, у неё-то не бывает набухшего пещеристого тела.
Несмотря на досаду, на сне У Манман это никак не сказалось.
Проснулась она только на следующее утро.
Она ещё долго нежилась на мягкой подушке, но Аньни, стараясь дать ей выспаться, и так уже будила её на двадцать минут позже обычного.
У Манман сидела, опершись на изголовье кровати, пока Аида в невероятно изогнутой позе колдовала над её причёской. Сама же она спокойно завтракала прямо в постели, попутно просматривая в телефоне главные новости дня.
В сети не было ничего примечательного, зато в чате с подругами творилось настоящее безумие.
Ай Гого с самого утра прислала фотографию с подписью «Трое в одной постели».
И добавила всего одно слово: «Кайф».
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
