— Старший брат, скорее! Помоги мне найти его! — Тан Цзудэ, который вместе с Хуан Чжишаном входил в пару «Дракон и Питон», казалось, не обладал спокойствием своего товарища. С самого начала он громко кричал, требуя отдать ему чудесное снадобье, и даже сейчас не сдавался.
— Не-не-не… — Хуан Чжишан отчаянно пытался остановить своего младшего брата, запинаясь: — Не с-слушай и-и-их п-попусту!
— Я не просто кричу попусту, — Тан Цзудэ покачал головой. — Старший брат, поверь мне, у меня есть способ. Скорее! Найди эликсир, это самое важное!
Хуан Чжишан, видя, как одержим Тан Цзудэ, не желал ему верить и наотрез отказался помогать.
— Эх! Ну и ладно, ладно! Мы прожили бок о бок всю жизнь, а теперь даже ты мне не веришь, — Тан Цзудэ в гневе топнул ногой и прорычал: — Сам найду! Найду, и дело с концом!
Внезапно Тан Цзудэ заметил, что среди всей этой сумятицы был человек, спокойный, словно неподвижная вода. На её лице играла едва заметная улыбка, пока она наблюдала за происходящим. Нет, она смотрела не на всё сразу! Тан Цзудэ проследил за взглядом Дуаньму Жун и увидел неподалёку от ног Хуан Чжишана несколько палых листьев. Золотистая листва незаметно укрывала спрятанную под ней золотую жемчужину.
— Старший брат, — Тан Цзудэ глубоко вздохнул и внезапно произнес: — Помни, расскажи учителю, как я умер.
— А? — Хуан Чжишан широко открыл рот, ничего не понимая.
Тан Цзудэ плавно присел и вытащил золотую жемчужину из палой листвы. Теперь эликсир бессмертия был в его руках, но, кроме Хуан Чжишана и Дуаньму Жун, этого никто не заметил.
— Не-не-не! — Хуан Чжишан изо всех сил пытался помешать ему, но почему-то не мог издать ни звука.
«Проглоти его! Проглоти!» — Дуаньму Жун наконец дождалась этого мига. Её глаза сияли, а сердце забилось чаще, пока она твердила это про себя.
Левой рукой Тан Цзудэ запихнул пилюлю в рот, а правой схватил своё медное кольцо и с силой обрушил его на собственную голову. Стоило эликсиру бессмертия коснуться губ, как он обратился в ничто, растаяв во рту Тан Цзудэ подобно снегу. А тяжело упавшее медное кольцо сокрушило затылок Тан Цзудэ.
— Хх… хх… хх… — когда Хуан Чжишан увидел, как упал его младший брат, он наконец понял, в чём заключался способ Тан Цзудэ. Для Тан Цзудэ уничтожение эликсира было единственной целью этого пути, и с его способностями был лишь один способ сделать это: сначала проглотить пилюлю, а затем немедленно лишить себя жизни.
— П-прости меня… — Хуан Чжишан обнял тело брата и громко разрыдался.
— Чего рыдаешь? Отойди-ка, — Дуаньму Жун подошла в несколько шагов и оттолкнула плачущего Хуан Чжишана. — Дай мне взглянуть на действие лекарства.
Пока божественный лекарь Дуаньму Жун осматривала тело Тан Цзудэ, остальные только начали осознавать, что здесь произошло. Свет по какой-то причине стал очень тусклым. Все впились взглядами в Тан Цзудэ, и лишь Вэй Чжуан, сидевший под деревом, поднял голову к небу.
В этот миг солнце исчезло. Оно превратилось в круглую темную тень, от которой осталось лишь тонкое золотое сияние по краям.
— Неужели это небесное знамение? — с тоской подумал Вэй Чжуан. — Неужели эликсир исчезнет из этого мира, и срок Фан Шана уже близок?
Вэй Чжуан продолжал смотреть на круглую тень, пока та постепенно не отступила, возвращая солнцу его облик и даря свет земле.
Дуаньму Жун не заметила странных перемен в небе. Даже когда солнечный свет померк, она не сводила глаз с тела Тан Цзудэ. За то короткое время, что прошло, во всём теле Тан Цзудэ — изнутри наружу, сверху донизу — действительно произошли стремительные и огромные, но внешне едва заметные изменения.
— Его… его лицо… Верно, он помолодел, — Дуаньму Жун глубоко выдохнула.
Тан Цзудэ от рождения был уродлив лицом, к тому же низок и толст. Хотя ему было тридцать пять лет, выглядел он на все сорок с лишним. И хотя он испустил дух сразу после того, как принял эликсир, его округлое тело теперь казалось телом двадцатипятилетнего человека.
Дуаньму Жун удовлетворенно кивнула и пробормотала:
— Как жаль, если бы он мог прожить ещё хоть немного, я могла бы хотя бы проверить его пульс.
Говоря это, она то и дело протягивала руку, ощупывая тело Тан Цзудэ. Кэ Юэ, Фан Гэнлэй и Хуа Шэнцзян тоже смотрели в оцепенении.
— Подумать только, Фэн Пуцзы действительно оставил после себя эликсир бессмертия.
Цзин Тяньмин почти не обращал внимания на силу эликсира. Поступок Тан Цзудэ потряс его куда больше. Человек, не обладавший выдающимися способностями, в одиночку исполнил великий долг по уничтожению эликсира — этого не мог предвидеть никто из присутствующих.
— Чжуанши1, — внезапно произнес Цзин Тяньмин. — Так вот кто такой чжуанши!
Он вдруг понял, с какими чувствами десятилетия назад его отец Цзин Кэ оставил его мать, бросил его самого и выбрал путь покушения на императора Цинь.
— Не плачь, — утешил Цзин Тяньмин Хуан Чжишана. — Брат Тан нашёл свою смерть там, где должно2.
Хуан Чжишан кивнул, пытаясь сдержать слёзы, но зарыдал ещё громче, отчего и Цзин Тяньмин не смог сдержать слёз.
Был и ещё один человек, который горько плакал.
— Это… этого не может быть… — Сюй Жан смотрел, как тело Тан Цзудэ медленно возвращает молодость, превращаясь в тело юноши. Из его серых, подернутых пеленой глаз невольно покатились слёзы. Они извилистыми дорожками стекали по его изборожденному морщинами иссохшему лицу.
— Верни мне… — всхлипывал Сюй Жан, бессвязно причитая сквозь рыдания: — Это… моё… пропало… нет… не может быть… верни, я… у-у-у… моё… моё… моё…
- Чжуанши (壮士, zhuàngshì) — «муж доблести», мужественный человек, готовый пожертвовать жизнью ради высокой цели. ↩︎
- Нашёл свою смерть там, где должно (死得其所, sǐ dé qí suǒ) — китайское идиоматическое выражение, означающее достойную гибель за правое дело или выполнение долга. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
