Тесная двухместная палата, соседняя койка пустовала. В этот момент в палате Дуань Цзясюй был один; внутри стояла чрезмерная тишина, отчего казалось пусто и одиноко. Он лежал на спине, кадык дёрнулся, но он промолчал.
Уголки губ были сжаты в прямую линию, лицо не выражало никаких эмоций. Непонятно было, о чём он думает.
Не услышав его согласия, Сан Чжи не решалась войти и лишь спросила ещё раз:
— Можно?
Только тогда Дуань Цзясюй заговорил, тихо спросив:
— Ты поела?
— Я только что купила поблизости булочку, — Сан Чжи моргнула и, помедлив, подошла к нему, показывая пакет. — Ещё взяла коробочку улуна.
— Разве этим наешься? — Дуань Цзясюй мельком взглянул на пакет. — Закажи доставку еды.
Сан Чжи покачала головой:
— Я не очень голодна.
Дуань Цзясюй произнёс:
— Ты же ещё ничего не ела, как это — не голодна?
— Просто не хочу. — Сан Чжи положила пакет на тумбочку, развернулась и переставила стул из изножья кровати поближе. Двигалась она медленно. — Захочу — поем, я уже взрослая, голодом себя не заморю.
Дуань Цзясюй пристально посмотрел на неё, вдруг усмехнулся и больше ничего не сказал.
Сан Чжи села на стул, достала булочку и негромко произнесла:
— Я только что спросила медсестру: тебе нужно лежать на спине шесть часов, а вставать с кровати можно будет только через двенадцать.
— Угу.
Сан Чжи откусила булочку и пробормотала:
— А ещё тебе сейчас нельзя есть, всю эту неделю придётся питаться только жидкой пищей. Эту капельницу, кажется, нужно ставить три дня.
Дуань Цзясюй слушал вполсила и снова отозвался:
— Угу.
После этого в палате стало тихо.
Слышался лишь тихий шорох, с которым Сан Чжи жевала булочку.
В палате работало отопление, и спустя короткое время Сан Чжи стало жарко. Она встала, сняла куртку и, сложив её в несколько раз, повесила на стул.
Заметив её движения, Дуань Цзясюй мельком взглянул на неё, его взгляд замер на несколько секунд, а затем он ровным голосом произнёс:
— Зачем это ты среди зимы в юбке?
Тишина внезапно была нарушена.
Сан Чжи растерянно подняла голову и встретилась взглядом с его чуть приподнятыми в уголках глазами.
Этот тон был точь-в-точь как у её а-нян, когда та ловила её на том, что осенью она не надела подштанники.
Этот человек в какой-то мере был воплощением её а-де, а-нян и её гэгэ в одном лице. Дома её постоянно контролировали, в чём она одета, и Сан Чжи не хотела, чтобы это продолжалось и здесь.
— Это длинная юбка, — Сан Чжи опустила голову, продолжая грызть булочку. — Если хочешь, тоже можешь носить.
— …
Дуань Цзясюй отвернулся и посмотрел на неё.
Она ела всё так же, как и раньше: щёки сильно раздувались, и она становилась похожа на маленькую рыбу-фугу. Ему хотелось рассмеяться, но он боялся потревожить рану, поэтому заговорил очень тихо:
— Здесь холоднее, чем в Наньу. Просто будь осторожнее, болеть — это неприятно.
Услышав эти слова, Сан Чжи почему-то вспомнила свою прошлую поездку в Ихэ. Еда внезапно комом встала в горле. Она не смотрела на него, сделала глоток улуна и кивнула.
Кое-как доев булочку, Сан Чжи взглянула на время:
— Цзя Сюйгэ, ты не хочешь поспать?
— Который час?
— Почти одиннадцать.
Дуань Цзясюй спросил:
— А ты как будешь спать?
Сан Чжи задумалась:
— Я пойду возьму напрокат кресло для сопровождающих, это недорого.
— Кресло для сопровождающих? Тебе же неудобно будет спать, — Дуань Цзясюй нахмурился, явно не одобряя эту идею. — Соседняя койка пустая, пойди и арендуй её.
— Не нужно, — пробурчала Сан Чжи. — Я не наслаждаться жизнью сюда приехала.
Не дожидаясь его ответа, Сан Чжи встала и направилась к выходу:
— Тогда, Цзя Сюйгэ, ты пока настраивайся на сон. А я пойду узнаю.
Аренда кресла стоила всего около десяти юаней в день.
Заплатив деньги и пользуясь случаем, Сан Чжи попутно купила два набора туалетных принадлежностей. Когда она вернулась в палату, Дуань Цзясюй смотрел в телефон, словно переписывался с кем-то.
Сан Чжи взглянула на него, но ничего не сказала.
— Почему тебя так долго не было? — Дуань Цзясюй отложил телефон и спросил: — Что купила?
— Зубную пасту, щётки и полотенца. — Сан Чжи вытащила вещи. — Я хочу немного освежиться.
Дуань Цзясюй ответил:
— Угу, иди.
Отойдя на пару шагов, Сан Чжи вдруг кое-что вспомнила и в нерешительности обернулась:
— Цзя Сюйгэ, хочешь, я протру тебе лицо? Чистить зубы тебе, наверное, пока нельзя.
–
Вещей было немало, поэтому Сан Чжи просто взяла с собой весь пакет.
В туалете никого не было. Она положила вещи на стойку, глубоко вздохнула и медленно начала умываться, обдумывая, как быть дальше.
Предложила в минутном порыве.
Потому что чувствовала: если она не спросит сама, он ни о чём не попросит.
Впрочем, ничего такого в этом нет.
Раньше, когда она падала, он тоже обрабатывал её раны.
И не брезговал.
Он тоже протирал ей лицо.
К тому же сейчас он больной и ничего не может сделать сам.
Она ведь и осталась здесь, чтобы заботиться о нём.
Нельзя же самой предложить, а потом полдня жалеть об этом, разве это не было бы слишком мелочно?
Сан Чжи больше не медлила, достала из пакета полотенце и намочила его тёплой водой в душевой.
После этого она вернулась в палату.
Сан Чжи нашла место, куда положить вещи, подошла к Дуань Цзясюю и заранее предупредила:
— Цзя Сюйгэ, я протру тебе лицо.
— Не нужно. — Дуань Цзясюй, похоже, не собирался позволять ей это. — Дай сюда, я сам справлюсь.
— Как же ты сам это сделаешь? — Сан Чжи и так было неловко, а после его отказа она почему-то рассердилась. Нахмурившись, она присела на край кровати и произнесла резким, холодным тоном: — Если вдруг рану потревожишь, тебе придётся пролежать в больнице ещё дольше.
Дуань Цзясюй замер на мгновение, а затем усмехнулся:
— Почему ты сегодня постоянно на меня ворчишь?
— … — Сан Чжи не смотрела ему в глаза. Она сложила полотенце покомпактнее и начала протирать его лицо, ведя от лба вниз. — Вовсе я не ворчу, я всегда так разговариваю.
Она больше не колебалась и принялась за дело.
Полотенце скользнуло по его лбу, а затем перешло к глазам.
Дуань Цзясюй инстинктивно прикрыл глаза.
Она не приближалась к нему слишком сильно, её движения были тщательными и мягкими, она даже не касалась его руками.
Дуань Цзясюй почти никогда не видел подобной заботы.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
