Взмах клинка — и Ван Цзинь затих, перестав бороться. Златоликий Владыка Драконов вложил меч в ножны и снял с лица медную маску. Под ней оказалось лицо зрелого бородатого воина; он шагнул к ошеломленно глядевшему Сяо Юю и пал ниц, намереваясь совершить полный поклон, но юноша поспешно поддержал его за локти.
Несмотря на густую бороду, Сяо Юй мгновенно узнал его и в изумлении воскликнул:
— Генерал Дун?!
Златоликим Владыкой Драконов был Дун Чэнъян. В былые годы он служил преданным военачальником старого Вэйго-гуна, отличался бесстрашием в битвах и стяжал великие ратные заслуги. Перед кончиной старый Вэйго-гун направил государю Таньси докладную записку, горячо рекомендуя Дун Чэнъяна на высокую службу. Впоследствии, при дворе Таньси и в недолгое правление юного императора, Дун Чэнъян неизменно занимал важнейшие воинские должности. Когда же разнеслась весть о внезапной гибели малолетнего государя на охоте и трон захватил Шуньань-ван, полководца по ложному навету в измене лишили всех чинов и в железной клетке повезли на суд в столицу. В пути его отбили верные соратники, после чего он бесследно исчез.
Кто мог вообразить, что грозный Златоликий Владыка Драконов, наводивший трепет на просторы Южных морей все эти годы, — не кто иной, как прославленный генерал Дун!
Дун Чэнъян тяжело вздохнул от нахлынувших воспоминаний. Обменявшись несколькими фразами, он взволнованно произнес:
— Государь, все эти годы я тайно разыскивал ваши следы по всей Поднебесной, но тщетно! Какое счастье, что старший молодой господин ни на миг не терял надежды! Сегодня он прибыл вовремя и заранее расставил сети, иначе Дун Чэнъян не искупил бы своей вины и десятью тысячами смертей!
Вспоминая смертельную опасность и жизнь, висевшую на волоске мгновение назад, генерал содрогнулся и вновь попытался склониться с повинной, но Сяо Юй удержал его. Дун Чэнъян торопливо добавил:
— Государь, старший молодой господин, обождите немного, я соберу наших людей сюда. С этими словами он быстро скрылся в ночи.
Сяо Юй повернулся к Пэй Юаню:
— Наставник, как вы узнали, что я скрываюсь здесь?
Пэй Юань ответил:
— Осведомители у тайной стражи вездесущи. Следить за ними — все равно что обрести собственные глаза и уши. Однако действуют они в строжайшей тайне, чины их четко разделены, и приказы не разглашаются, пока верхи не сочтут нужным уведомить подчиненных, даже свои люди внутри ведомства не всегда могут добыть точные сведения. Когда Ван Цзинь прибыл в Цюаньчжоу ради поимки беглеца, к чему было поднимать шум и требовать поименные списки у купцов? Проще было разом арестовать всех подозрительных без лишних слов. К тому же он показательно разгромил верфи семьи Цзинь, наделав много шума, что совершенно не вязалось с его обычной повадкой. Я рассудил, что он напал на след и намеренно бросает наживку. Этот шаг был обоюдоострым клинком: хоть он и выманил вас из укрытия, но окончательно выдал собственные намерения, открыв мне дорогу. Идя по его следам, я и нашел вас.
Голова и одежда Сяо Юя оставались мокрыми после морских волн. Налетел ледяной порыв ночного ветра, и подросток невольно задрожал от холода.
Пэй Юань немедленно расстегнул и снял с плеч свое тяжелое теплое дорожное одеяние.
— Нет-нет, наставник, берегите здоровье! Мне не холодно… — запротестовал Сяо Юй, пытаясь отстраниться.
Пэй Юань мягко улыбнулся:
— Ничего страшного. Этот ветер мне не повредит. На вас мокрая одежда, нельзя простужаться.
Он накинул плащ на плечи мальчика и бережно завязал шелковые тесемки на груди.
Одеяние хранило живое тепло наставника. Сяо Юй смотрел на Пэй Юаня, не шевелясь, и в глазах его заблестели слезы:
— …Благодарю вас, наставник. Это я был слишком глуп и попался в его сети…
Пэй Юань покачал головой:
— Вашему Величеству незачем корить себя. Ван Цзинь десятилетиями изощрялся в кознях и допросах, от его сетей трудно уберечься, столь глубокое коварство юному государю трудно было даже представить. Пусть вы еще молоды летами, но в сердце вашем живет величие духа, очутившись на самом дне, вы сохранили чистоту помыслов. Покойный император на Небесах возрадовался бы, видя вас таким.
Утешив подростка, он продолжил:
— Шуньань-ван спит и видит, как уничтожить Третьего брата, но и Юньчжун-ван не из тех, кто смирится с поражением. В скором времени между ними неизбежно вспыхнет война. Положение дел запутано, исход не предрешен. Вам пока нельзя показываться миру, а оставаться в Цюаньчжоу тем более небезопасно. Ступайте пока с дядей Дуном и ждите моих вестей, хорошо?
— Я во всем подчинюсь воле наставника, — без колебаний ответил Сяо Юй. Помолчав, он горячо добавил: — Вы навсегда останетесь моим наставником, но я уже давно не император. Прошу вас, не зовите меня больше государем, зовите просто Юй-эр. Буду ли я сидеть на троне, для меня не имеет значения. Ваша верность все эти годы и сегодняшнее спасение — величайшая дань памяти моему отцу. Я ни за что не хочу, чтобы наставник вновь подвергал себя смертельной опасности ради меня. Обещайте мне это!
Пэй Юань внимательно смотрел на юношу. Глядя в его устремленные снизу вверх глаза — чистые, серьезные и исполненные глубокого доверия, — он вспомнил, как этот мальчик когда-то клевал носом за книгами в императорском покое дворца. На сердце у него потеплело, и он с улыбкой кивнул.
Вскоре прибежал Дун Чэнъян:
— Государь, старший молодой господин, здесь нельзя задерживаться, уходим скорее! Взглянув на распростертое тело начальника тайной стражи, генерал спросил: — Старший господин, убрать тело?
— Дядя Дун, ты ручаешься, что сумеешь тайно вывезти государя этой же ночью?
— Будьте спокойны: все устроено, промашки не будет!
Пэй Юань на мгновение задумался:
— Если мои расчеты верны, в Цюаньчжоу сейчас рыщет еще одна сила, охотящаяся за государем. Заметь они что-либо, и отделаться от них будет нелегко. Оставь тело здесь, не трогай его.
Слова прозвучали туманно. Дун Чэнъян сначала удивился, но затем хлопнул себя по бедру и раскатисто рассмеялся:
— Какая проницательность! Это мертвое тело задержит столичных ищеек на несколько дней, а большего нам и не нужно!
Пэй Юань сдержанно улыбнулся и увлек Сяо Юя за собой.
Сделав несколько шагов, подросток замялся, остановился и тихо произнес:
— Наставник… Если бы не дочь семьи Чжэнь, подобравшая меня на дороге, я бы давно погиб. Раз Ван Цзинь узнал, что семья Чжэнь укрывала меня, теперь, когда он мертв, а я исчез, не грозит ли этой девушке беда?
Пэй Юань слегка удивился, но ответил твердо:
— Не беспокойтесь. На юг прибыли два отряда цзиньивэй. Ван Цзинь пришел в Цюаньчжоу, а второй отряд по ложному следу бросился в другие земли. Ван Цзинь вел с их предводителем смертельную вражду за милость двора и, желая присвоить всю славу себе, ни единым словом не делился с соперником. Теперь Ван Цзинь мертв, а двое подручных с верфи Цзинь, которых он тайно допрашивал, забиты до смерти. Больше никто в мире не знает правды.
Сяо Юй вздохнул с облегчением, и на лице его наконец появилась улыбка:
— Слава Небу… Я боялся лишь навлечь на нее несчастье.
Пэй Юань повернулся к генералу:
— Дядя Дун, впредь, если торговые суда семьи Чжэнь пойдут морем, присматривай за ними повнимательнее.
Дун Чэнъян отозвался:
— Не извольте беспокоиться, старший господин! Я и без напоминаний все сделаю как надо!
Пэй Юань бросил долгий взгляд в сторону темневших вдалеке городских стен Цюаньчжоу и зашагал прочь. Силуэты путников быстро растаяли в бескрайней ночной мгле.
Вскоре после их ухода к побережью поспешно вышли Сяо Иньтан и несколько его верных слуг. Увидев распростертого на камнях командира цзиньивэй, Сяо Иньтан нахмурился. Он молча наблюдал, как телохранители обыскивают мертвого. Спустя минуту слуга поднялся:
— Ваше Высочество, при нем ничего нет: ни записей, ни вещей!
Пока Сяо Иньтан размышлял над увиденным, дозорный торопливо прибежал из темноты:
— Ваше Высочество, сюда идут солдаты городской стражи!
Взглянув на приближавшиеся огни факелов, Сяо Иньтан холодно приказал:
— Рассыпаться поодиночке! Ни в коем случае не выдавать себя!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
закрутилось-завертелось – просто прелесть!