В одном из углов кабинета, в резном шкафу для драгоценностей, без остановки капала вода из медной клепсидры. Ее мерное «кап-кап» напоминало мелкий весенний дождь, стекающий с края крыши, — каждая капля словно торопила человека.
Пэй Юань привык ложиться поздно. Ночной кабинет всегда был местом, где он мог спокойно сосредоточиться. Но сегодня мысли постепенно начали рассеиваться. Он вспомнил, как перед уходом Цзяфу обернулась и напомнила ему не засиживаться допоздна, поднял голову и снова посмотрел на клепсидру.
Поплавок в медной чаше поднимался всё выше, напоминая, что пора готовиться ко сну.
Для большинства людей это было уже позднее время, но до привычного часа отхода ко сну Пэй Юаню было еще далеко.
И всё же он наконец поднялся, погасил свет, вышел из кабинета и направился в спальню.
Из окон и дверей спальни пробивался мягкий желтый свет. Пэй Юань тихо велел дежурившим служанкам и мамушкам отправляться отдыхать, осторожно толкнул дверь и вошел во внутреннюю комнату.
Его взгляд остановился на наполовину прикрытом пологе.
За теплой ароматной ширмой лежала красавица. Ее неподвижная фигура подсказывала, что она уже уснула.
Как и в предыдущие две ночи, Пэй Юань бесшумно вошел, снял пояс и одежду, отправился в умывальную, а вернувшись, постарался подойти к постели так, чтобы не разбудить ее.
Цзяфу лежала на боку, лицом к краю постели. Одна рука была согнута и подложена под щеку. Белое запястье и нежная кожа напоминали нефрит и молодые побеги бамбука. Даже во сне она сохраняла изящную грацию. От ее дыхания исходил тихий теплый аромат, проникавший прямо в грудь.
Дыхание Пэй Юаня невольно участилось. Он задержал его и уже собирался погасить свет, когда Цзяфу на постели пошевелилась и медленно открыла глаза.
Пэй Юань замер:
— Я тебя разбудил?
Цзяфу покачала головой:
— Я сама не могла уснуть.
Пэй Юань лег рядом на спину и сказал:
— Ты всё еще думаешь о сегодняшнем? Я не хотел тебя отчитывать. Просто не знал, куда ты ушла, занервничал и сказал лишнее.
Цзяфу тихо промычала:
— Я не сержусь на вас, старший брат.
Пэй Юань повернул голову и посмотрел на нее. Немного подумав, он добавил:
— В первый вечер ты пришла ко мне, я ведь сразу сказал: если что-то случится, спрашивай меня. Если ты ничего не говоришь, откуда мне знать, о чем ты думаешь?
— Старший брат, я действительно могу спрашивать вас обо всем?
В ее голосе слышалась неуверенность.
— Конечно.
Он ответил твердо.
— Старший брат, а вы никогда не смотрели на меня свысока?
Ее тихий голос раздался у него возле уха.
— Я постоянно заставляю вас сердиться… И раньше совершила такой поступок…
Последние слова прозвучали почти неслышно.
Пэй Юань сказал:
— Если ты ошиблась, исправься. Я не смотрю на тебя свысока.
Закончив, он словно хотел ее успокоить, протянул руку, заботливо поправил одеяло и прикрыл ее обнаженные плечо и шею.
— Всё, не забивай голову глупостями. Уже поздно, спи.
Он снова мягко попытался ее успокоить.
Внутри шелкового полога воцарилась тишина. Слышно было только их дыхание.
— Старший брат, можно я спрошу еще об одном?
Через некоторое время ее голос снова раздался рядом.
Пэй Юань не открыл глаз, лишь тихо промычал в ответ.
— Если вы не смотрите на меня свысока, то, возможно, я вам не нравлюсь?
Пэй Юань снова открыл глаза и повернулся к ней.
Ее волосы рассыпались по подушке, подбородок спрятался под краем одеяла, так что снаружи оставалась лишь половина лица. Она не моргала и пристально смотрела на него.
— Как ты могла такое подумать? Я же сказал: не забивай голову глупостями.
— Тогда почему последние две ночи, когда вы возвращались… вы совсем не обращали на меня внимания?
Теплый аромат, наполнявший спальню, словно стал еще гуще.
Голос Пэй Юаня прозвучал сухо:
— Я видел, что ты спишь…
Ресницы Цзяфу дрогнули и медленно опустились. Они замерли, словно крылья бабочки, остановившейся среди цветов.
Пэй Юань не закончил фразу.
Он только сейчас понял, что они недавно поженились, спали на одной постели, а он уже две ночи подряд не прикасался к ней.
Раньше он думал, что Цзяфу сама не хочет его прикосновений. Теперь же стало ясно, что, возможно, он просто неправильно ее понял.
Она была всего лишь неопытной девушкой, которая ничего не знала. Когда радовалась, она улыбалась ему; когда ей было больно, плакала перед ним; когда пугалась — изо всех сил цеплялась за него. Такая наивная девушка могла вынести не так уж много обид.
Неудивительно, что она предавалась нелепым мыслям и в итоге устроила сегодняшнюю сцену.
Раз уж он женился на ней, то непременно должен был защищать ее. А если это было в его силах, ему следовало сделать всё, чтобы она была счастлива.
Пэй Юань немного подумал, а затем протянул руку и мягко привлек ее к себе — так же, как в первую брачную ночь.
Ее тело было гибким и мягким, словно не имело костей, а кожа — гладкой, как застывший жир. Прижавшись к нему, она почти ничего не делала, но вскоре он уже был готов к близости.
Однако Пэй Юань вспомнил, насколько тяжело всё прошло в первую брачную ночь, и понял, что теперь ей всё еще может быть больно. Он некоторое время просто обнимал ее, прижимая к себе, затем положил ладонь ей на кожу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
