Вэй Жао попыталась уговорить дочь:
— А-Бао, иди сюда, а-нян тебя обнимет.
А-Бао что-то проворчала и еще глубже зарылась в объятия а-де.
В такой ситуации, если бы Вэй Жао попыталась забрать А-Бао силой, девочка могла бы расплакаться.
Вэй Жао наконец взглянула на Лу Чжо.
С тех пор как А-Бао уснула, Лу Чжо больше не скрывал холода в лице. Встретившись с Вэй Жао взглядом, он посмотрел на дочь и равнодушно произнес:
— Я провожу вас в резиденцию принцессы.
Как а-де, он души не чаял в дочери, и у Вэй Жао не было причин возражать.
Она отодвинулась назад и приподняла занавеску для отца с дочерью.
Лу Чжо, одной рукой придерживая дочь, а другой опираясь на повозку, запрыгнул внутрь и прошел, не глядя по сторонам.
Вэй Жао зашла следом.
Когда все уселись, Вэй Жао велела вознице трогаться.
Когда повозка выехала с оживленной Восточной улицы, снаружи внезапно стало тихо.
Вэй Жао прислонилась к краю узкой кушетки и спокойно закрыла глаза, слушая, как колеса с грохотом катятся по промерзшей земле.
Неизвестно, сколько времени прошло, когда сбоку раздался холодный голос:
— Слышал, принцесса сейчас выбирает фума1, неужели уже нашлась подходящая кандидатура?
Знакомый сарказм заставил уголки губ Вэй Жао дрогнуть в улыбке.
Она знала: то, что должно было случиться, рано или поздно произойдет. Она не пожелала хранить вдовство ради него и открыто выбирала другого — разве мог Лу Чжо не таить обиды и не винить ее?
— Все еще выбираю. Если определюсь, в резиденцию гогуна отправят приглашение на свадьбу, — Вэй Жао открыла глаза и мельком взглянула на него.
С ее места была видна неповрежденная правая сторона лица Лу Чжо — красивого и холодного, точно кусок льда. Раньше, снаружи, он был далеко, но теперь, оказавшись рядом, Вэй Жао заметила, что его кожа стала грубее. Можно было представить, что в скитаниях по степям ему было не до ухода за собой.
Вэй Жао снова отвела взгляд.
Лу Чжо, напротив, посмотрел на нее:
— А-Бао не знает о твоих намерениях и все просит меня забрать вас обратно в резиденцию гогуна. Когда ты собираешься сказать ей правду? Я не хочу и дальше обманывать собственную дочь.
Вэй Жао не хотелось с ним разговаривать, поэтому она небрежно бросила:
— Хорошо, завтра же я ей всё скажу.
Лу Чжо поджал губы.
Внутри повозки воцарилась гробовая тишина.
Приехали к резиденции принцессы.
Вэй Жао вышла первой. Когда Лу Чжо спускался с дочерью на руках, она хотела ее забрать, но Лу Чжо с холодным лицом уклонился от ее рук и направился прямиком внутрь.
«Боится потревожить ее сон?» — молча подумала Вэй Жао.
А-Бао спала во дворе Вэй Жао, для нее специально обустроили восточную боковую комнату.
Вэй Жао знаком велела Люя проводить Лу Чжо. Измотанная телом и душой, она сразу ушла к себе.
Повалившись на кровать, Вэй Жао закрыла глаза, но перед мысленным взором стояло лишь холодное лицо Лу Чжо.
Насколько он был нежен с дочерью, настолько же холоден с ней.
Снаружи послышались шаги — это была Люя.
— Он ушел? — Вэй Жао села и сонно зевнула, прикрыв лицо рукой.
Люя робко ответила:
— Еще нет. Шицзы просит выходить, говорит, что ему нужно кое-что с вами обсудить.
Вэй Жао замерла. О чем он хочет поговорить? О том, с кем останется дочь?
Собравшись с силами, Вэй Жао немного привела себя в порядок и вышла.
Лу Чжо стоял под карнизом галереи. Крыша заслоняла лунный свет, и выражение его лица было трудно разобрать.
Вэй Жао подошла к нему и, остановившись в трех шагах, спросила, глядя в ночное небо:
— О чем шицзы желает поговорить?
Глядя на ее полное пренебрежения лицо, Лу Чжо усмехнулся.
Он хотел поговорить о многом: о том, почему ее боль от его смерти была такой сильной, что она харкала кровью, но при этом она смогла забыть его всего за три года; о том, почему, когда он вернулся, чудом избежав гибели, она оказалась настолько бессердечной, что ни разу не пришла его навестить; о том, какого фума она собирается себе найти, и о том, не отдаст ли она дочь ему на воспитание.
Каждый из этих вопросов всплывал в его голове, когда он гулял с дочерью по улицам и ловил ее равнодушный взгляд, и каждый вопрос отзывался болью в сердце.
Но эта женщина, едва не сведшая его с ума, сейчас стояла прямо перед ним. Между ними не было бесконечных сражений, не было тысяч ли бескрайних степей, не было трех лет разлуки и того нового фума, которого она еще не успела выбрать! Лу Чжо не хотел ничего обсуждать, он хотел только ее!
Подобно волку, затаившемуся на долгую охоту, Лу Чжо внезапно шагнул вперед, схватил Вэй Жао за плечи и прижал к колонне галереи.
Прежде чем Вэй Жао успела что-либо понять, горячие губы мужчины, полные жажды наказания, грубо впились в ее губы.
Слезы покатились по щекам, и Вэй Жао укусила его в ответ!
Лу Чжо на мгновение замер, но тут же прижал ее еще сильнее. Хрупкая спина Вэй Жао уперлась в колонну, отозвавшись тупой болью.
Чем сильнее была боль, тем отчетливее она понимала: мужчина перед ней — настоящий, это не сон. Лу Чжо действительно вернулся, и он все еще хочет ее.
Вэй Жао крепко обняла Лу Чжо, сжав его узкую талию так сильно, что ему стало больно.
Лу Чжо наконец почувствовал вкус ее слез.
Значит, не забыла, верно?
Раз она не забыла, все остальное не имело значения.
Обхватив ее лицо, покрытое дорожками слез, Лу Чжо глубоко поцеловал ее, желая без остатка растворить ее в своих объятиях.
Колонна скрыла их сплетенные фигуры. Люя вытерла уголки глаз и тихо ушла, предоставив весь залитый лунным светом двор
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
