Му Ваньяо нахмурилась. Опасаясь, что Цзинь-ванфэй поймёт, что Чуньхуа сохраняет плод, она тут же безжалостно отказала, чем сильно разгневала Цзинь-ванфэй.
Прежде Цзинь-ванфэй казалось, что принцесса Даньян среди всей императорской родни проявляет к ней хоть какое-то уважение. Но теперь стало ясно: принцесса тоже презирает её как вторую жену и ни во что не ставит.
Цзинь-ванфэй ушла в негодовании, заявив, что останется в летней резиденции и будет ждать известий прямо здесь.
Едва Цзинь-ванфэй ушла, Му Ваньяо велела нескольким своим советникам лично отправиться в путь. Им следовало поручить влиятельному человеку по фамилии Чжэн успокоить семью брата Чуньхуа, а также выяснить, с какой стати тот захватил чужие дома и земли. Было бы лучше всего, если бы Чжэн смог хитростью заставить брата Чуньхуа вернуть закладную о продаже в услужение.
Брат Чуньхуа был обычным гулякой, и устраивать скандалы для него было делом привычным.
Нужно было замять это дело и ни в коем случае не дать Цзинь-ванфэй узнать о беременности Чуньхуа… В поместье Цзинь-ван слишком отчаянно нуждались в наследнике, и Му Ваньяо не хотела, чтобы Чуньхуа оказалась там лишь из-за ребёнка.
—–
Беседка в сумерках, тусклое сияние нарядных фонарей.
Под дворцовым шатром император, укрытый тонким парчовым одеялом, спал на кушетке, сомкнув веки. Вокруг беседки раскинулось озеро, где плескались парчовые карпы и благоухали лотосы.
Здесь царила исключительная тишина.
Вошедший с поклоном дворцовый евнух проскользнул в шатёр и, склонившись к самому уху спящего императора, негромко произнёс несколько слов.
Император будто бы усмехнулся.
Он открыл глаза.
Его взор был тяжёл. Вглядываясь в ночную мглу, он медленно произнёс:
— Выходит, Яо-Яо сохранила плод той служанке. И, судя по тому, как отчаянно она препятствует встрече Цзинь-ванфэй с этой девкой, ребёнок, скорее всего, от Цзинь-ван.
Он задумчиво добавил:
— Надо же, Яо-Яо не хочет, чтобы её служанка попала в поместье Цзинь-ван.
Евнух ответил:
— Шестая принцесса и раньше мало общалась с Цзинь-ван, это Цзинь-ванфэй вечно ищет встреч с ней.
— Всё-таки это Ли-ши из Цзиньлина, — сказал император. — Какое величие было у них в былые времена! Сейчас их нет в Чанъане, но я смог лишь временно оттеснить их обратно в Цзиньлин. Если я захочу искоренить Ли-ши, на севере всё пройдёт гладко, но боюсь, что на юге я утрачу доверие влиятельных семей… Присутствие Яо-Яо всё ещё очень важно.
Он на мгновение умолк.
— В том-то и дело, что слишком важно.
Поэтому порой мне кажется, что для младшей дочери было бы лучше остаться в Умани.
Останься Му Ваньяо в Умани, Ли-ши не смогли бы с её помощью постепенно вновь просочиться на север, а северные кланы не смогли бы объединиться с южными… Пока силы великих семей разделены, а к делам управления приобщаются выходцы из бедных домов, императорская власть может покоиться на высокой подушке без забот1.
Хотя император сейчас и не занимался государственными делами, всё в Поднебесной явно оставалось под его полным контролем.
Император слегка склонил голову и промолвил:
— На самом деле, если эта служанка попадёт в поместье Цзинь-ван, это тоже будет неплохо.
У евнуха ёкнуло сердце.
Он подумал: неужели император хочет рассорить принцессу Даньян с тайцзы? Чтобы лишить тайцзы поддержки Ли-ши?
Евнух прошептал:
— Если Бися пожелает, можно через кого-нибудь намекнуть Цзинь-ванфэй о беременности той служанки. Цзинь-ван так сильно нужен ребёнок… Узнав правду, Цзинь-ванфэй пойдёт на всё, чтобы забрать девицу себе.
— В конце концов, у Цзинь-ван нет детей, что весьма печально.
Император насмешливо хмыкнул.
— Мне лень марать руки и вмешиваться в эти детские игры, — сказал император.
— Вот увидишь, всё не так просто. Давай-ка посмотрим, какие хитрости они пустят в ход, чтобы довести это дело до конца.
Император смотрел на тихую, тёмную гладь озера. Вода была спокойна, но в её глубинах волнение не утихало ни на день.
Спустя долгое время император медленно спросил:
— Чэн Ань, как по-твоему, что важнее всего для того, кто правит Поднебесной: добросердечие, амбиции, поддержка влиятельных сил или же умение плести интриги? Скажи, каким должен быть истинный император?
Евнух по имени Чэн Ань тихо ответил, что не знает.
— Говори, что в голову придёт, — устало бросил император.
Евнух призадумался:
— Возможно, лишь опираясь на могущественные силы, можно прочно удерживать трон.
— Но тогда ты окажешься в зависимости от этих самых сил, — холодно отозвался император. — То, что помогло тебе взойти на престол, неизбежно станет причиной твоего падения.
— Тогда необходимо иметь суровую власть над подданными.
— Безжалостная и суровая власть лишь внушает страх. Со временем ты сам закроешь глаза и заткнёшь уши, и никто не осмелится рассказать тебе о том, что на самом деле творится в мире. Ты будешь править чиновниками, но не увидишь своего народа.
- Покоиться на высокой подушке без забот (高枕无忧, gāo zhěn wú yōu) — идиома, означающая пребывание в полной безопасности и отсутствие поводов для беспокойства. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
