Лю Жочжу одобрительно произнесла:
— Разумеется. Второй старший брат Янь скромен и всегда знает меру. Я думаю, когда древние говорили о «скромном благородном муже», они имели в виду именно такого человека, как вы, эр-лан. А Дянься — принцесса, побывавшая в династическом браке; ради страны она пожертвовала собой, на что способна далеко не каждая нянцзы. К тому же, вернувшись в Великую Вэй, Дянься не опустила руки и по-прежнему ослепительна. А теперь я слышу, что посол Умани даже принуждал Дянься к браку? И Дянься на Южной горе… хм, вместе со вторым старшим братом Янь ранила того вана Умань.
— Хотя мой дедушка очень рассердился, услышав эту новость, я восхищаюсь смелостью Дянься. В этом мире много мудрецов, но мало храбрецов. Во многих делах этого мира для последнего, решающего удара по воротам не хватает именно этой капли отваги. В этой жизни люди добиваются чего-то чаще всего благодаря мужеству, а не мудрости. То, что Дянься осмелилась на сопротивление, в моих глазах уже делает её выдающейся личностью.
Янь Шан замер, молча глядя на Лю Жочжу.
В чиновничьих кругах он слышал о Му Ваньяо в основном лишь пренебрежительные отзывы, и это был первый раз, когда кто-то так искренне восхищался ею.
Янь Шан тихо проговорил:
— То, что нянцзы так думает, доказывает, что вы истинная дочь знатного рода.
Лю Жочжу покраснела и смущенно махнула рукой:
— Да что я… Я лишь понимаю её, но не могу прочувствовать то же самое. Я не знаю, через что прошла Дянься, и могу лишь рассуждать об этом. А не могу я понять её до конца лишь потому, что мне повезло больше, и я не пережила того, что выпало на её долю. Разве этим стоит гордиться? Мне, скорее, должно быть стыдно.
Янь Шан прошептал:
— Это уже многого стоит… Хм, у меня есть одна нескромная просьба.
Лю Жочжу:
— Второй старший брат Янь, прошу, говорите.
Янь Шан поклонился ей и негромко произнес:
— С тех пор как Дянься вернулась в Великую Вэй, её нрав сильно изменился. Она почти не общается со сверстницами, в её окружении лишь сановники да ланцзюнь. Я беспокоюсь о её состоянии и считаю, что у Дянься должны быть одна или две близкие «подруги по носовому платку»1, которые могли бы её поддержать. В конце концов, я мужчина и не могу до конца понять Дянься. Часто, глядя на неё, я чувствую лишь растерянность и не знаю, что предпринять.
— Я думаю, что нянцзы в таких вещах гораздо чувствительнее нас, мужчин.
— Если Лю-нянцзы симпатизирует Дянься, не могли бы вы попытаться подружиться с ней? Хотя у неё непростой характер, своих людей она защищает до последнего. Если же нянцзы не желает…
Лю Жочжу мягко перебила его:
— Отчего же не желаю? У меня просто не было возможности. Дянься сама не хочет общаться с нами, девушками, так что мне оставалось лишь восхищаться ею издалека. Если второй старший брат Янь готов нас представить, я, конечно, с радостью подружусь с Дянься.
Янь Шан улыбнулся:
— Хорошо.
Он сделал паузу:
— Тогда мне придется один раз пойти против её воли.
Янь Шан подвел Лю Жочжу к повозке и мягким голосом пригласил Му Ваньяо выйти, сказав, что хочет познакомить её с Лю-нянцзы.
Му Ваньяо разозлилась: этот человек еще и знакомит её с нянцзы, которая в него влюблена? Что за странная причуда?
Но до этого она долго пыталась расслышать, о чем они там шушукаются, но ничего не разобрала. Видя, как они склонили головы, то плача, то смеясь, Му Ваньяо уже извелась от нетерпения. Поэтому, когда Янь Шан вернулся, хоть она всё ещё не хотела входить в его круг общения, она подумала: «Нужно же проучить девицу, которой нравится Янь Шан?»
Да что с этим Янь Шаном не так? Нянцзы влюблена в него, а он и не замечает?
Как можно быть таким недогадливым?
Му Ваньяо вышла из повозки и, скрепя сердце, позволила Янь Шану подвести себя и представить Лю Жочжу.
Пока они втроем разговаривали, послышался быстрый перестук копыт. Звук приближался, но они не придали этому значения, пока всадник не крикнул во весь голос:
— Янь-эр!
Янь Шан поднял голову.
Му Ваньяо обернулась и увидела, что на коне сидит Мэн Цзайши.
Она мгновенно насторожилась и встала перед Янь Шаном, заслоняя его собой, чтобы Мэн Цзайши не причинил ему вреда. Стражники из резиденции принцессы тоже окружили их, следя за тем, как Мэн Цзайши спешивается и шаг за шагом приближается к ним.
Мэн Цзайши в лучах солнца усмехнулся, глядя, как они всполошились.
Мэн Цзайши остановился по ту сторону кольца стражников, не подходя ближе.
Кивнув подбородком, он холодно произнес:
— Я размышлял об этом. В хитрости и стратегии мне тебя не превзойти, но в военной силе ты вряд ли со мной сравнишься. За то время, что мне осталось провести в Великой Вэй, я не хочу окончательно тебе проиграть. Янь Шан, осмелишься ли ты сразиться со мной?
Му Ваньяо язвительно возразила:
— В чем с тобой сражаться? В боевых искусствах? Тогда мы сразу признаем поражение. Если хочешь мериться силой, зачем звать Янь Шана? Иди к третьему господину Ян, с которым вы на днях дрались не на жизнь, а на смерть. Ты ведь просто нарочно издеваешься над нами?
Мэн Цзайши рассмеялся и сказал:
— Конечно, я не собираюсь над вами издеваться. Не в боевых искусствах… А как насчет военных маневров?
Му Ваньяо это показалось смешным:
— Каких еще маневров? Обратись к генералам Великой Вэй. Даже если учения и будут, нас это не касается. Янь Шан — гражданский чиновник, а не военный. Он вообще не может участвовать в ваших делах.
Мэн Цзайши сказал:
— Завтра я попрошу дозволения у вашего императора, чтобы все послы и подданные Великой Вэй вместе провели маневры. Участники с обеих сторон должны быть не старше двадцати пяти лет. Я не буду брать уманьцев, возьму послов других малых стран против вашей Великой Вэй… Так ведь это не будет считаться притеснением?
Он в упор уставился на Янь Шана, не отводя взгляда:
— Янь Шан, рискнешь ли ты выйти на поле?
- Подруги по носовому платку (手帕交, shǒupàjiāo) — образное выражение в китайском языке, обозначающее очень близких, задушевных подруг. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
