Такому серьезному человеку, если уж он был сосредоточен и всем сердцем любил одну девушку, было не под силу потом без тени обиды остаться с ней друзьями — даже если это Янь Шан.
Му Ваньяо оцепенела:
— Значит, ты хочешь лишь… чтобы мы забыли друг друга в реках и озерах1.
В её глазах задрожала пелена слез, от этого осознания ей стало трудно дышать, и в душе поселилось отчаяние. Она еще никогда так отчетливо не понимала, что Янь Шан действительно собирается уйти из её жизни, стать прошлым… В воспоминаниях о её прошлом не было ничего хорошего, лишь он был самым прекрасным.
Но он так упорно стремился уйти.
…И все из-за того, что она любит власть, а он — благополучие народа, поэтому все должно быть именно так?
Ну и что с того, что она любит власть? Власть — на первом месте, он — на втором… Но ведь он на втором месте!
Что в этом плохого?
Что в этом плохого!
Му Ваньяо ушла, а после её ухода Янь Шан остался один в доме, неподвижно сидя у стены.
Он долго сидел в оцепенении, несколько раз едва сдерживая порыв броситься за ней вдогонку. Но он заставил себя остаться.
События трехлетней давности заставили Янь Шана осознать: такому человеку, как он, вероятно, действительно не стоит кого-либо любить или принимать чью-то любовь.
Давным-давно, когда Му Ваньяо шутила с ним, он говорил, что не придает значения чувствам и браку. Но тогда он был еще юн и совсем не понимал: раз он так мало ценит это, ему не следовало принимать любовь принцессы. Его любовь ранит, заставляет упускать людей, заставляет их бросать…
Ему лучше оставаться в одиночестве, а не позволять какой-либо девушке любить его.
У его любви нет плодов.
Когда он в юности решил посвятить себя служению народу, он, возможно, уже лишился возможности любить женщину… Просто тогда он этого не понимал. Когда Му Ваньяо улыбалась ему, он все еще думал, что она ему нравится. Тогда он еще смел любить Му Ваньяо, открыть ей свое сердце и чувствовать трепет.
Возможно, всю жизнь ему придется мучительно искать равновесие между личными чувствами и великой любовью в своем сердце… И главным условием для этого было — перестать обременять Му Ваньяо.
Брак для него по-прежнему не мог быть союзом с любимой женщиной; в нем оставалась лишь одна ценность — продолжение рода.
Ничего страшного, он уже не тот Янь Шан, каким был в подростковом возрасте, теперь он все понял. Поэтому его невеста не будет питать надежд, не будет иметь особой ценности. Он больше не будет вкладывать чувства и ранить кого-либо… это будет просто долг.
Янь Шан думал об этом, и на душе становилось еще тяжелее. Он постоянно убеждал себя, но каждое такое убеждение приносило лишь боль. Янь Шан склонился над столом и долго лежал неподвижно, плечи его были напряжены.
Он просидел так большую часть ночи. Лег во второй половине, но так и пролежал без сна до самого рассвета.
Хотя в мыслях Янь Шана все было предельно ясно и он все для себя распланировал, услышав случайные слова Цю Сы о том, что Му Ваньяо не ела два дня, он все же оцепенел.
Теперь, когда личность Му Ваньяо была раскрыта и скрываться больше не имело смысла, Юньшу и другие старые слуги, естественно, признали свою вину перед Янь Шаном. Янь Шан, пребывая в унынии, не стал их наказывать.
Цю Сы произнесла эти слова, спрашивая Юньшу через окно, нет ли в Наньяне какой-нибудь необычной и вкусной каши. Принцесса не ела уже два дня, все очень беспокоились и искали способы заставить Дянься хоть что-нибудь съесть.
В последнее время из-за проблем с глазами Янь Шан диктовал всё, что нужно было записать, а Юньшу записывал за ним. Услышав слова Цю Сы, Юньшу, растиравший тушь, мысленно отметил, что дело плохо. Он быстро отослал Цю Сы:
— Откуда нам знать? У нашего ланцзюня дела, он занят. По таким пустякам обращайся к слугам.
Прогнав Цю Сы, он не услышал, чтобы ланцзюнь продолжал диктовку, и украдкой покосился на него.
Увидев напряженную челюсть Янь Шана, Юньшу невольно вздохнул: ланцзюнь всё-таки не может ее отпустить.
И действительно, Янь Шан заговорил:
— Цю Сы… верно? Подожди. Почему Дянься не ест два дня?
В том, что Му Ваньяо отказывается от еды, не было ничего удивительного. В последние годы, стоило ее настроению испортиться, она теряла аппетит. Пэй Цин, узнав, что принцесса снова не ест и не пьет, ломал голову, пытаясь найти для нее какие-нибудь изысканные блюда. Но Му Ваньяо была безучастна.
На этот раз она не ела из-за ревности.
Ей было неспокойно, и чем больше она думала о своем замужестве, тем больше раздражалась. Она размышляла о невесте Янь Шана, и чем дольше думала, тем сильнее становились ревность и обида.
Она чувствовала: по какому праву?
По какому праву она должна выходить за нелюбимого человека ради его карьеры, в то время как Янь Шана будет делить с ней другая женщина?
В конце концов, Му Ваньяо не смогла смириться. После того как они с Янь Шаном расстались на плохой ноте, она велела разузнать, что это за невеста. В глубине души она все еще надеялась, что он просто обманывает ее и не может жениться.
Однако сведения, принесенные Фантуном, подтвердили: Янь Шан действительно собирается взять жену.
- Забыть друг друга в реках и озерах (相忘于江湖, xiāng wàng yú jiāng hú) — образное выражение, означающее решение двух людей разойтись и жить своими жизнями, перестав беспокоить друг друга. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
