Лю Вэньцзи жестоко смотрел на этих детей.
Оцепенело и со злобой он уставился на маленького императора. Маленький император отступал, дети пятились вместе с ним, а Лю Вэньцзи поднял меч.
Он пробормотал:
— Сначала я собирался заточить вас, держать в заложниках, чтобы в конце концов обменять на свою жизнь. Пока маленький император в моих руках, этим сановникам всё равно пришлось бы меня отпустить! Но Чуньхуа, ты права, сегодня этим чиновникам, возможно, уже всё равно… особенно Янь Шану.
— Ты видишь, что Янь Шан почтителен с императором, но на самом деле он больше всех ни во что не ставит правителя1! Именно потому, что он ни во что не ставит правителя, он и посмел взять в жёны принцессу! Я хотел угрожать ему маленьким императором, чтобы он отпустил меня, но он ни за что не согласился бы.
— Ты говоришь, что я добр к тебе, но на самом деле я не был добр. Я стремился лишь к власти, мне нужна была только власть… Но теперь всё иначе. Я никогда ничего не делал для тебя, но сейчас я совершу ради тебя один поступок.
— Когда все эти дети умрут, когда весь род маленького императора прервётся, твой сын сможет стать императором! Ты станешь тайхоу, обретёшь славу и богатство, и будешь наслаждаться ими вместо меня!
Чуньхуа закричала:
— Ты сошёл с ума!
Му Юэ в ужасе вскрикнул:
— Не подходи!
Маленький император закричал:
— Люди, люди, защитите меня!
Дворцовые евнухи и служанки, присматривавшие за принцами и принцессами, бросились на защиту детей; Чуньхуа тоже кинулась на него сзади. Но Лю Вэньцзи словно обезумел, и никто не мог его остановить. Он громко хохотал, не понимая, зачем Чуньхуа пытается ему помешать.
А те дворцовые евнухи, которых привёл с собой Лю Вэньцзи, со страхом в сердце помогали ему убивать остальных.
Ребёнок по имени Му Юэ, который явно был сыном Чуньхуа, заслонил маленького императора собой.
Лю Вэньцзи уговаривал его:
— Му Юэ, неужели ты не хочешь стать Тянь-цзы, не хочешь возвыситься над тысячами людей? Когда они все умрут, у Янь Шана и Му Ваньяо не останется выбора, и только тогда ты сможешь стать Тянь-цзы! Чтобы стать Тянь-цзы, нужно иметь жестокое сердце!
Он взмахнул мечом, и один из слуг упал замертво у его ног, до последнего вцепляясь в его рукав. Лю Вэньцзи ударил снова, и кровь брызнула ему на лицо.
Му Юэ изо всех сил старался спрятать маленького правителя за свою спину. Покойная императрица не любила его мать за мягкотелость, но он с малых лет рос вместе с маленьким правителем, и между ними всегда были добрые отношения.
Раньше он тоже чувствовал несправедливость из-за того, что к его матери в гареме относились недостаточно хорошо, да и к нему самому, как к старшему сыну, не проявляли должного почтения. Но он никогда не желал смерти младшему брату и не думал о том, чтобы заставить своих братьев и сестёр уступить ему дорогу ценой своих жизней.
Му Юэ громко рыдал:
— Ты сумасшедший, ты сумасшедший! Отпусти моего брата! Отпусти моего брата!
Чуньхуа в отчаянии выкрикнула:
— Лю Вэньцзи!
Но её крепко держали дворцовые слуги, которых привёл Лю Вэньцзи, и она не могла пошевелиться.
В дворцовых покоях царил хаос, кровь лилась рекой.
В этот момент раздался оглушительный грохот — двери дворца распахнулись от удара снаружи и с шумом рухнули на землю, подняв облако пыли.
С окровавленным лицом Лю Вэньцзи обернулся и увидел у входа внушительную толпу людей; все они стояли с суровым и торжественным видом.
Возглавляли их супруги Янь Шан и Му Ваньяо, за ними следовали Вэй Шу, господин Чжан и другие придворные чиновники.
Следом в зал ворвались вооружённые воины.
Увидев тела на полу, у каждого от ярости едва не лопались веки:
— Лю Вэньцзи!
Лю Вэньцзи посмотрел на Янь Шана и Му Ваньяо и расхохотался:
— Вы вернулись… Вы вернулись, чтобы убить меня? Совсем немного не хватило, совсем чуть-чуть…
Он внезапно развернулся и, оттолкнув остолбеневшего Му Юэ, попытался убить маленького правителя. Однако из-за спины Янь Шана один из генералов метнул кинжал, который вонзился в занесённую руку Лю Вэньцзи.
Опираясь на чью-то руку, вперёд вышел дрожащий старик. Скорбя и негодуя, он произнёс:
— Лю Вэньцзи, ты убил сяньди, а теперь посягаешь на жизнь маленького принца. Ты совершил бесчисленное множество злодеяний и не желаешь раскаиваться!
Это был Чэн Ань.
Взгляд Лю Вэньцзи стал ещё безумнее, он снова взмахнул мечом.
Сзади к нему снова подскочил Му Юэ, обхватил его за ногу и крепко вцепился зубами в бедро.
Му Юэ закричал сквозь слёзы:
— Ты обесчестил мою а-нян-сяньфэй, а теперь хочешь убить моего брата! Янь-сян, гугу, скорее убейте его, убейте его…
Едва прозвучало слово «обесчестил», как застыл не только Лю Вэньцзи — даже Чуньхуа, побледнев, осела на пол.
Лю Вэньцзи опустил голову и посмотрел на ребёнка, висевшего на его ноге. Му Юэ поднял глаза, полные ненависти. Лю Вэньцзи впал в оцепенение; он думал о том, что всем сердцем желал сделать его императором — так почему же мальчик его ненавидит?
Затем Лю Вэньцзи перевёл взгляд на Чэн Аня, на чиновников, на Янь Шана и Му Ваньяо.
Все они были холодны и безучастны.
В их глазах читалось лишь одно: он заслуживает смерти.
Лю Вэньцзи, пошатываясь, отступил назад, опираясь на меч, чтобы не упасть, и хрипло закричал:
— В чём я виноват?!
Янь Шан прервал его:
— Твоя вина огромна!
Лю Вэньцзи ошеломлённо смотрел, как Янь Шан идёт к нему.
— Твоя вина в том, что ты убил императора и переложил вину на прежнего тайцзы.
— Твоя вина в том, что ты вступил в сговор с врагом и тайно связался с чужеземным государством! Ты вместе с сяньди погубил сотни тысяч воинов на границе, довёл до гибели сянго страны и бесчисленное множество доверенных слуг престола… Ты обрёк Великую Вэй на упадок, а народ — на тяжкие страдания.
- Ни во что не ставить правителя (目中无君, mù zhōng wú jūn) — китайская идиома, описывающая крайнюю степень дерзости и пренебрежения к авторитету монарха. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
