Янь Шан вздохнул:
— И не совсем так…
Он повернул голову и посмотрел на неё:
— Дянься действительно хочет знать?
Му Ваньяо кивнула:
— Угу!
Янь Шан склонил голову и зашептал ей на самое ушко:
— Вэйчэнь сказал Фухуану, что те момо всё время ограничивают Дянься и вэйчэня, не позволяя нам делить постель. Если мы не будем делить постель, у Дянься и вэйчэня не будет потомства. То, что Дянься и вэйчэня будут осуждать — дурно. По сравнению с этим, разве так важно то, что момо следят за Дянься?
Лицо Му Ваньяо мгновенно залилось пунцовой краской.
Она запнулась:
— Чтобы… чтобы родить ребёнка?
Она тут же вспомнила боль первой брачной ночи, и на душе стало неспокойно. Заметив это, Янь Шан поспешил её успокоить:
— Дянься, не беспокойтесь, это лишь предлог. На самом деле это вовсе не… не…
С тех пор как момо покинули ванфу принцессы, Му Ваньяо наконец обрела свободу. В ванфу больше не было дворцовых соглядатаев, и никто больше не докладывал о каждом её шаге родителям и старшему брату во дворец. Довольная, она принялась обустраивать дом.
Она велела слугам перенести вещи фума в её собственные покои — она вовсе не желала целыми днями спать с Янь Шаном в разных кроватях и комнатах. Обойдя кабинет Янь Шана, она самолично распорядилась перенести его книги и доклады в свой кабинет. Прибрав свои вещи, она освободила место для Янь Шана.
Весь день она радостно хлопотала и чувствовала себя необычайно добродетельной.
Когда Янь Шан вернулся вечером, дворик, где он жил, оказался заперт на замок. Пока он в раздумьях стоял перед замком, сзади раздался нежный женский голос:
— Второй старший брат Янь, второй старший брат Янь…
Янь Шан обернулся и по привычке придержал Му Ваньяо за плечи, не давая ей врезаться в свою грудь.
Му Ваньяо с воодушевлением затараторила:
— Второй старший брат Янь, ты проголодался? Хочешь умыться? Хочешь воды? Второй старший брат Янь, сегодня я отрепетировала новую мелодию, послушаешь и скажешь своё мнение? А ещё я пробовала приготовить пирожные фужун, они сладкие и очень вкусные, я специально оставила много для гэгэ, и ещё…
Янь Шан внимательно смотрел на неё.
Она говорила и говорила без умолку. И что бы она ни произносила, всё это было потому, что он ей нравился. Как он мог ранить сердце девушки, которой он по душе?
Янь Шан терпеливо выслушал её, ответил на все вопросы и только потом указал на замок за спиной, спрашивая, что это значит.
Му Ваньяо радостно ответила:
— Второй старший брат Янь теперь переедет и будет спать вместе со мной. Я и книги твоего второго старшего брата Янь перенесла, теперь, что бы ты ни делал, мы сможем быть вместе.
Договорив, она внезапно почувствовала, что поступила слишком своевольно, и с тревогой подняла лицо:
— Ты… ты рассердишься на то, что я сделала это, не сказав тебе?
Янь Шан мягко произнёс:
— Не то чтобы рассержусь. Но, Дянься, не могли бы вы в будущем, прежде чем что-то предпринять, спрашивать моё мнение? Вэйчэнь знает, что вы — принцесса и привыкли во всём ставить себя на первое место. Но между супругами не следует заботиться только о себе, верно?
Му Ваньяо замерла; она впервые слышала подобные рассуждения, и они показались ей весьма диковинными. Но в его словах был смысл, поэтому она кивнула и согласилась. Янь Шан не удержался и погладил её по макушке. От этого он и сам на мгновение опешил.
Му Ваньяо вдруг вскинула на него взгляд.
Уголки её глаз слегка изогнулись в озорной улыбке.
Она сказала:
— Ты ведь впервые сам коснулся меня.
Янь Шан замер, посмотрел на неё, а затем на свою ладонь.
Но Му Ваньяо не придала этому значения.
А вечером Му Ваньяо затащила Янь Шана в свой кабинет. Она настояла на том, чтобы он сел читать книги, а сама прислонилась к нему, торжественно пообещав «добавлять благовоний к его красному рукаву»1.
Янь Шан приложил ладонь ко лбу и невольно рассмеялся.
Му Ваньяо:
— Чего ты смеёшься? Думаешь, я не справлюсь?
Янь Шан вежливо ответил:
— Не смею, не смею.
Му Ваньяо не сдавалась, вознамерившись стать той самой красавицей, что «добавляет благовоний к красному рукаву». Однако она быстро поняла, что у неё ничего не получается: ей не хватало умения понимать людей без слов, и она не могла с первого взгляда догадаться, что нужно Янь Шану. Глядя, как он сосредоточенно изучает доклады, она заскучала и вскоре отвлеклась.
Когда она опомнилась, силы уже покинули её. Му Ваньяо поникла головой, прислонилась к плечу Янь Шана и начала клевать носом.
Янь Шан тянул время, не желая ложиться в постель, пока она бодрствует. Он боялся, что не сдержится, а также опасался причинить ей боль, считая, что иначе чем бы он отличался от зверя… В том месте, где она прислонилась к нему, он весь оцепенел — от плеча до самой руки.
Янь Шан тихо проговорил:
— Дянься, идите спать. Читать доклады — занятие скучное, Дянься не нужно составлять вэйчэню компанию.
Му Ваньяо не ответила, опустив голову. Вдруг она потянула его за рукав, словно вспомнив о чём-то важном. Янь Шан всегда был с ней мягок, поэтому, когда она потянула его, он склонил голову, чтобы выслушать её. И в этот миг один опустил голову, а другая подняла её, и его губы внезапно коснулись её влажных, слегка приоткрытых губ.
Краткое прикосновение было мягким и теплым.
Оба застыли на месте, и их сердца разом забились быстрее.
- Добавлять благовоний к красному рукаву (红袖添香, hóng xiù tiān xiāng) — образное выражение, описывающее прекрасную спутницу, которая составляет компанию учёному мужу во время его занятий. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
