Мэн Хэцзэ холодно спросил:
— Зачем ты пришел?
Он развернул инвалидное кресло и выехал вперед, выглядя куда увереннее, чем стоящий перед ним Чжао Цзихэн.
Чжао Цзихэн инстинктивно отступил на два шага, но, вспомнив, что этот человек сейчас тяжело ранен, снова усмехнулся:
— Я пришел вручить подарок! Вы совсем не соблюдаете правила гостеприимства, разве это подобает?
Сказав это, он крикнул в сторону двери:
— Вносите!
Четверо его приспешников, неся знакомый лежак, слаженно переступили через порог.
— Опускайте, — высокомерно произнес Чжао Цзихэн. — Сун Цяньцзи, я дарю тебе этот «свадебный паланкин», попробуй-ка снова в него сесть.
После случая в Зале Дисциплины с «передачей записки главе школы», Сун Цяньцзи окончательно прославился во всех трех залах.
Ученики Зала Дисциплины и Зала Правопорядка по большей части раньше никогда его не видели и не знали. Всякий раз, когда кто-то спрашивал: «Кто такой этот Сун Цяньцзи?», ему неизменно отвечали:
— Это тот самый, кто опоздал на испытание внешних учеников и кого принесли в свадебном паланкине.
Когда эти слова дошли до ушей Чжао Цзихэна, он смеялся так сильно, что бил себя в грудь и топал ногами1:
— Как же я тогда додумался пронести Сун Ло по площади на виду у всех, я просто гений!
Сегодня он пришел с намерением поиздеваться и унизить противника, а заодно и немного похвастаться.
Чжао Цзихэн похлопал по подлокотнику лежака:
— Посмотрите на себя, столько суетились, едва не вылетели из школы, а во внутренние ученики в итоге прошел я. Я-то думал, раз ты встретился с главой школы, то обрел опору, но почему же ты все равно понуро вернулся во внешний круг?
Мэн Хэцзэ так разозлился, что едва не вскочил с инвалидного кресла; он одной рукой схватил лежак и отшвырнул его прочь.
Чжао Цзихэн отпрыгнул в сторону, пользуясь тем, что Мэн Хэцзэ не мог до него дотянуться:
— Хочешь — ломай, хочешь — выбрасывай. Завтра я принесу еще один. Хотя я теперь живу во внутреннем круге и добираться сюда хлопотно…
— Спасибо.
Чжао Цзихэн застыл, словно пораженный громом, и резко обернулся. Он увидел, что Сун Цяньцзи поймал лежак с улыбкой на лице.
— Что ты сказал?
— Я сказал «спасибо», — Сун Цяньцзи подтащил лежак к каменному столу и выбрал подходящее место. — Довольно удобно.
Кто-то отдает даром, не нужно тратиться на покупку — и то хорошо. Как раз подойдет для того, чтобы завалиться в него вечером после работы в поле, подставив лицо ветру, и пить чай.
Чжао Цзихэн опешил. Он только хотел спросить: «Ты больной?», как вдруг его руку кто-то с силой перехватил.
— Как вы здесь оказались? Управляющий Чжао везде вас ищет!
— Не видишь, я занят? Подожди, — Чжао Цзихэн увидел, что пришедший — управляющий из подчиненных его дяди, и не придал этому значения.
Он с нетерпением дернул рукой, но, к своему изумлению, не смог освободиться.
— Ждать нельзя! — внутрь вбежала группа других управляющих и окружила его со всех сторон.
Опасаясь, что тот натворит бед, они, следуя приказу Чжао Юйпина, связали ему руки путами Шэньсяньсо:
— А ну-ка, возвращайтесь с нами!
— Эй-эй, что вы делаете! — Чжао Цзихэн побледнел от страха и, словно цыпленок, которого схватили за загривок, беспорядочно захлопал крыльями, не в силах вырваться.
Его приспешники, увидев, что люди из Зала Управляющих настроены серьезно, струсили и не посмели подойти.
Старший управляющий повернулся к Сун Цяньцзи, сменив гнев на вежливую улыбку:
— Тебе впредь не нужно ходить за заданиями.
Сун Цяньцзи кивнул. Похоже, Сюй Юнь уже переговорил с Залом Управляющих.
Зал Управляющих больше не сможет доставлять ему неприятности. По крайней мере, в открытую притеснять не будут и уж тем более не оставят улик или зацепок.
А что Чжао Юйпин предпримет втайне и какие еще средства задействует — это уже другой вопрос.
Старший управляющий открыл сумку-хранилище:
— Управляющий Чжао сказал, что между нами прежде возникли некоторые недоразумения. Он знает, что ты в последнее время приводишь двор в порядок, и специально велел нам подготовить несколько скромных даров, прошу, прими их.
- Бить себя в грудь и топать ногами (捶胸顿足, chuí xiōng dùn zú) — китайская идиома, описывающая крайнюю степень проявления эмоций, таких как глубокое горе, гнев или, в данном контексте, неистовое веселье. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
