— Как мы попадем внутрь? — Вэй Пин указал на ворота поместья, осажденные толпой народа.
Мэн Хэцзэ похлопал себя по груди:
— Зайдем через черный ход, держись за мной.
Вэй Пин на ходу восхищенно произнес:
— Шисюн1, вы, должно быть, постоянно находитесь подле Сун-сяньгуань и пользуетесь его величайшим доверием!
Эти слова пришлись Мэн Хэцзэ по душе; он обрадовался им больше, чем если бы кто-то похвалил его мастерство владения мечом.
Юноша улыбнулся навстречу солнцу, обнажив восемь белоснежных зубов, и каждый из них буквально источал уверенность:
— Мы с Сун-шисюн познакомились, когда еще не обладали ни властью, ни положением, вместе прошли через жизнь и смерть, и наши братские узы очень крепки — другим с этим не сравниться. Кстати, меня зовут Мэн Хэцзэ.
Вэй Пин, опустив голову, улыбнулся:
— Я знаю.
Мэн Хэцзэ, мечник на стадии Заложения Основ, победитель военного испытания собрания Дэнвэнь, предводитель охотничьего отряда Цяньцюй.
Предостережение ночного гостя, пришедшего в дождь, промелькнуло в его сознании подобно яркой молнии:
— Мэн Хэцзэ уступает тебе в искусстве меча и боевой мощи, но если на Сун Цяньцзи совершат покушение, пока Мэн Хэцзэ находится рядом с ним, у того появится еще одна жизнь.
Поместье бессмертного чиновника было украшено резными балками и расписными столбами, однако двор Сун располагался в уединении и тишине.
Еще не переступив через алые ворота, они почувствовали густой аромат цветов.
Осанка Вэй Пина была прямой, но он держал глаза опущенными, глядя строго под ноги и не озираясь по сторонам, что еще больше понравилось Мэн Хэцзэ:
— Сун-шисюн, я привел человека. Посмотри, не подойдет ли он на роль главного управляющего! Его зовут Вэй Пин, стадия Концентрации Ци…
— Берегись, не наступи под ноги, — внезапно раздался спокойный голос.
Мэн Хэцзэ остановился и обошел дождевого червя, извивающегося на тропинке.
Только тогда Вэй Пин поднял голову.
Первым, что бросилось ему в глаза, была пара мягких матерчатых туфель. В мире совершенствующихся большинство носило сапоги, ступающие по облакам, а длинные полы одежд обычно скрывали обувь.
Затем он увидел полы халата, забрызганные грязью; их покрой был простым, без лишних узоров или магических знаков. Это еще сильнее отличало его от именитых заклинателей.
Подняв взгляд выше, он увидел резко очерченный профиль Сун Цяньцзи.
Вопреки его ожиданиям, черты лица Сун Цяньцзи оказались красивыми, а облик — одухотворенным; с такой внешностью ему следовало бы быть холодным и неприступным, однако от него веяло мягкостью, а на губах играла легкая улыбка.
Вэй Пин оцепенел.
«Такой знакомый, я точно его видел! Но где же?»
Его мысли лихорадочно сменяли друг друга, но он так и не смог найти зацепку.
Дул осенний ветер, колыхались белые хризантемы.
Тот человек сидел на корточках и подбирал с тропинки дождевых червей, перекладывая их обратно на грядки.
Вэй Пин смотрел на это в ошеломлении.
Сун Цяньцзи поднял глаза, и лучи чистого солнечного света упали на его густые, изогнутые ресницы:
— Ты практик, почему же хочешь стать управляющим во дворе Сун?
— У него трагическая судьба, и теперь ему некуда податься, — поспешно ответил Мэн Хэцзэ.
— Сяо Мэн, я спрашиваю его.
Мэн Хэцзэ понял, что совершил оплошность:
— Слушаюсь, шисюн.
— Я… моя семья погибла, наставник умер, школа распалась, а спутница жизни сбежала с другим. У меня нет великих устремлений в жизни, — придя в себя, Вэй Пин выпалил историю, которую рассказывал уже сотни раз.
Сун Цяньцзи покачал головой:
— Не пойдет.
Мэн Хэцзэ подумал: кто знает, что за люди стоят в очереди за воротами, а Вэй Пина он, по крайней мере, привел сам. Он подал Вэй Пину знак глазами:
— Сун-шисюн, дай ему шанс. Сяо Вэй, иди на кухню.
Зачем на кухню? Сун Цяньцзи не понимал. Мэн Хэцзэ продолжал докучать ему разговорами:
— Сун-шисюн, когда я в этот раз был в секте Хуавэй, встретил много новых учеников внешнего круга…
- Шисюн (师兄, shīxiōng) — обращение к старшему ученику или собрату по обучению, буквально «старший брат-наставник». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
