Словам Линь Фэйюаня Вэй Пин внешне вторил, но в душе верил им едва ли на шесть десятых.
Вероятно, тот тоже лишь вполовину доверял его словам, а потому излагал свой план, не договаривая до конца.
Вэй Пин знал условные знаки, метки и то, что требовалось от него самого, но не ведал, когда именно будет подан сигнал.
— Если не договориться обо всём заранее, боюсь, я не успею вовремя среагировать, — попытался прощупать почву Вэй Пин.
Линь Фэйюань усмехнулся:
— Ты ведь не главный убийца, твоя задача лишь встретить меня, так что время на реакцию тебе не нужно.
— Чжэньфа в усадьбе Суна тесно переплетены друг с другом, с ними трудно совладать, мне нужно подготовиться заранее.
— Кто сказал, что нужно пробираться в усадьбу Суна, чтобы убить его? Разве стал бы ты убивать Сюй Юня прямо в секте Хуавэй или своего тайе1 в родовом поместье?
Вэй Пин намекнул:
— Если в резиденции сяньгуаня рядом с ним всё ещё есть наши люди, то это не невозможно.
— Я знаю, о чём ты хочешь спросить, — неспешно проговорил Линь Фэйюань. — Иди на юг, выйди с этой улицы и через десять шагов поверни направо. Ступай, опоздаешь — уже не увидишь.
Вэй Пин быстро спустился по лестнице, и ступени под его шагами глухо задрожали.
Чжангуй выбежал следом, провожая его до дверей:
— Управляющий Вэй, доброго пути! Будет время — приглашайте Сун-сяньгуаня почтить нас своим присутствием!
Гирлянды золотистых фонарей свисали со вторых и третьих этажей зданий по обе стороны улицы. Снежинки медленно летели сквозь лучи света, опускаясь на плечи и щеки прохожих и принося с собой бодрящий холод.
В каждый кирпич и черепицу района Цяньцюй Вэй Пин вложил свои силы и душу; он сам проектировал его, надзирал за строительством и завлекал торговцев. Он видел, как на пустом месте выросли высокие здания, и яркие огни теперь озаряли всё вокруг.
У каждого, кто шел сегодня по этому району, на лице играла спокойная и радостная улыбка, и лишь он один не знал покоя.
— Взгляните на нефритовые шпильки, сирень, нарциссы и красные листья! Зимой с цветами вы будете краше всех на улице, зимой растить цветы — к достатку в праздники!
Вэй Пин резко схватил выкрикивающего торговца за запястье, но, почувствовав, что перед ним обычный смертный, поспешно отпустил.
— Управляющий Вэй, взглянете на красные листья? Это красные листья, которых не сыщешь в Тяньчэне, диковинка из округа Саньцин, только утром привезли!
— Откуда они?!
Вэй Пин обычно всем улыбался, когда это он прежде бывал столь суров?
Торговец испугался:
— Один человек в пестрых одеждах продал мне сегодня целую корзину. Я перепродаю их, накинув совсем чуть-чуть, почти ничего не зарабатываю, всё это тяжелый труд… Вот, возьмите этот листок в подарок.
Вэй Пин похлопал торговца по руке и молча отвернулся.
«Мне следовало догадаться раньше. Неужели после прибытия в Цяньцюй я поглупел? Или чем сильнее о чём-то печешься, тем легче поддаться чувствам?»
Сун Цяньцзи любил растения, и кто бы ни заполучил редкий цветок или траву, непременно нес их ему. Вэй Пин постоянно находился рядом с ним и обязательно бы их увидел.
Линь Фэйюань едва прибыл в Цяньцюй, а уже использовал этот ложный маневр, заставив его мучиться подозрениями и сомневаться в Цзи Чэне.
…
Когда в тот день Вэй Пин вернулся, Цзи Чэнь задал пару вопросов, а Сун Цяньцзи не спросил ни о чём.
Вэй Пин не знал, стоит ли ему облегченно вздохнуть или поддаться унынию.
Днем он, как обычно, исполнял обязанности главного управляющего и разгадывал сетку цзюгунге.
По ночам, когда всё вокруг замирало, он поднимался в Облачную башню — самое высокое здание в Тяньчэне, бывшую резиденцию сяньгуаня.
Вглядываясь в луну, он пытался угадать и восполнить детали плана Линь Фэйюаня. Смотря вниз на Тяньчэн, он запечатлевал в памяти каждую деталь рельефа, отрабатывая возможные пути, которыми мог пойти убийца.
Вэй Пин ждал день за днем, но тот так и не появлялся, и связь с ним оборвалась.
Если бы в Тяньчэне время от времени не встречались торговцы красными листьями, ночная встреча в лавке шелков показалась бы лишь призрачным видением среди снегов.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
