— Видишь, я же тебя не обманывал, — улыбнулся он.
Цзые Вэньшу пристально смотрел на него, его грудь вздымалась от гнева и потрясения.
— Разве всё уже не зажило? — рана Сун Цяньцзи затянулась, оставив лишь шрам.
— Я не такой, как остальные, на мне раны заживают быстро… Ты всё ещё так смотришь? Неужели и впрямь хочешь меня убить? — Сун Цяньцзи беспечно пошевелил кистью.
Только когда Родник бессмертия увидел его кровь, он наконец смягчился и перестал капризничать.
— С чего ты взял… что я не верю? — спросил Цзые Вэньшу.
Снежный клинок был сделан из особого материала, и оставленные им шрамы не исчезали бесследно.
Сун Цяньцзи наложил на его рану сок трав:
— Раз веришь, предоставь всё мне. Те люди, вернувшись, наверняка примутся обсуждать, что за сокровища скрыты в ледяной пещере, откуда я взялся и зачем сюда пришёл… А ты сможешь какое-то время побыть в покое.
Цзые Вэньшу молчал.
Когда он безмолвствовал, то казался холоднее окружающих ледяных стен.
Пронизывающая прохлада травы ледяного листа просочилась вглубь, мгновенно унимая жгучую острую боль в плече.
Он смотрел на уродливый рубец на руке Сун Цяньцзи.
— Смотри, хоть Снежный клинок и у меня в руках, он в любой момент может меня ранить, — сказал Сун Цяньцзи.
— Циняй, — произнёс Цзые Вэньшу.
— Я знаю, что ты отвечаешь за Циняй, и это для тебя важнее всего. Я не могу объяснить причины того, что собираюсь делать в ближайшие два дня. Но я клянусь своей честью… нет, чести у меня нет… клянусь плодородными землями Цяньцюя, что не причиню вреда вашей академии. И за теми мальцами, которых ты привёл, я присмотрю.
— Не нужно таких страшных клятв, — взгляд Цзые Вэньшу дрогнул.
Посягнуть на земли Цяньцюя для Сун Цяньцзи было страшнее, чем лишиться жизни.
— Переоденься, — Цзые Вэньшу достал из мешочка-хранилища защитное одеяние и бросил его Сун Цяньцзи.
Верхнее платье Сун Цяньцзи и без того пострадало от Неиссякаемого пламени, а по возвращении и вовсе превратилось в лохмотья.
Сун Цяньцзи поймал одежду, и она вдруг показалась ему знакомой.
В прошлой жизни в этом же самом месте он сам вправил себе кости и, едва закончив перевязку и кое-как уняв кровь, медитировал с голым торсом, лишь накинув на плечи просторную одежду.
Цзые Вэньшу бросил ему защитное одеяние.
Сун Цяньцзи не взял его, а лишь высмеял:
— Вы, ученики великих орденов, отправляясь в дальний путь, первым делом кладёте в мешочки по двадцать смен платья? Если одежды мало, из дома не выходите?
— Надень.
— Да я всегда так хожу! — нетерпеливо бросил Сун Цяньцзи.
— Здесь находится женщина-культиватор, — ответил Цзые Вэньшу.
Неподобающий вид был оскорбителен для совершенствующейся, но Сун Цяньцзи, у которого болело всё тело, не желал слушать:
— Да ладно тебе, время ли сейчас для таких приличий?
Сун Цяньцзи чувствовал, что их Бацзы1 с Цзые Вэньшу совершенно несовместимы. У того был холодный и жёсткий характер, он не умел сказать доброго слова, зато вечно канителился и следовал куче правил.
— Переоденься, — снова поторопил Цзые Вэньшу.
Сун Цяньцзи холодно усмехнулся:
— Переоденься себе в голову! Мы, бродячие практики и грязноногие бедняки, не то что вы, благородные лао-е. Надеюсь, когда будешь помирать, сделаешь это тоже по всем правилам.
— Надень, — вновь прозвучал голос Цзые Вэньшу.
Сун Цяньцзи взял одеяние, приходя в себя:
— Понял… Благодарю.
- Бацзы (八字, bāzì) — «Восемь иероглифов», китайская техника гадания по дате и времени рождения для определения судьбы и совместимости. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
