Вознесение солёной рыбы — Глава 810. Экстра 2. О, весенние цветы, осенняя луна… когда же вы закончитесь. Часть 3

Время на прочтение: 3 минут(ы)

— Тогда просим бога меча произнести приветственную речь.

Сянь Цзяньчэнь снова махнул рукой:

— В этом нет нужды. Сказано же, что пришли пить вино, так почему же его всё ещё нет?

— Конечно, оно есть! — воскликнул Сянь Цзе. — Позволь младшему брату сперва поднести чашу старшему.

Он поднёс чашу, наполненную янтарным вином; густой аромат мгновенно распространился вокруг, заполняя весь зал.

Сянь Цзяньчэнь, запрокинув голову, осушил её одним глотком:

— Воистину, доброе вино!

— Подавайте вино! — даосский мастер Пин Юань хлопнул в ладоши.

Один за другим стали выносить винные кувшины; драгоценные запасы из хранилищ всевозможных сект и кланов доверху заполнили дворец Цянькунь.

Торжественная и строгая даосская музыка внезапно стала порывистой, а золотой свет в центре зала рассеялся.

Танцовщицы взмахнули широкими рукавами, и в воздухе мелькнул холодный блеск клинков.

Грациозные красавицы с грозными мечами в руках закружились в танце, и золотые шпильки-буяо1 в их волосах издавали чистый перезвон.

Разноцветные отблески мечей перемежались с мельканием изящных причёсок, а аромат вина под звуки смеха лился в глотки.

— Чихэ с пика Минся секты Хуавэй подносит чашу богу меча.

— Юйян-цзы с пика Чунвэнь секты Хуавэй вместе с несколькими нерадивыми учениками выражают почтение богу меча!

— Лю Чжоу из дисциплинарного зала секты Хуавэй также подносит чашу богу меча.

— …

Лишь когда главы пиков и старейшины секты Хуавэй уровня Зарождающейся души и выше закончили свои подношения, настала очередь других орденов и кланов земель Тяньси.

Перед столом Сянь Цзяньчэня не иссякала череда желающих выпить с ним, и каждый из них называл своё имя и школу.

Глаза Сянь Цзяньчэня сияли, он пил всё быстрее и быстрее:

— С тех пор как я женился, мне больше не доводилось так пить.

Юэ-нян с улыбкой ответила:

— Сегодня я не стану тебя сдерживать.

Ещё один человек произнёс:

— Здесь собрались все герои и выдающиеся мужи земель Тяньси. Я же — личность безвестная, и боюсь, что не достоин делить эту чашу вина с богом меча.

Сянь Цзяньчэнь махнул рукой:

— Какая разница, герой ты или трусливый медведь? Мы же вино пьём, а не на мечах бьёмся. К чему эти разговоры о достоинстве? Какое вино ты принёс?

Ду Цююэ молча ела, опустив голову и размышляя: «Ты так нарываешься своими речами… Если ты до сих пор жив, то лишь потому, что никто не может тебя одолеть».

Вино благоухало, музыка гремела, танец с мечами был яростным — и хозяева, и гости были в восторге.

Сянь Цзяньчэнь, прихватив винный кувшин, запрыгнул на нефритовый стол и громко объявил:

— С сегодняшнего дня я вместе с супругой ухожу на покой! Большие и малые дела мира совершенствующихся меня больше не касаются!

Он выпил слишком много и был пьян на добрых семь частей, отчего его фигура слегка покачивалась.

Но голос его прозвучал подобно раскату грома, от которого музыка и танец мгновенно оборвались.

Все перестали смеяться и переговариваться, на их лицах застыло недоумение.

Великий бог меча, чья боевая мощь первая под небесами, ещё не взявший учеников и не основавший собственную школу, решил отойти от дел?

Как он мог это бросить?

Неужели он разгадал то, что должно произойти сегодня?

— Ты собираешься покинуть мир совершенствования? А как быть с долгами, что ты накопил в прошлом?

Чей-то голос раздался в тишине, сопровождаемый холодным смешком.

Сянь Цзяньчэнь вскинул бровь, и температура в зале резко упала.

Он спросил:

— Какие долги я задолжал?

— Долги жизнями!

— Кому я задолжал?

— Мне!

Сверкающий блеск меча обрушился сверху, и давление уровня Зарождающейся души в миг достигло цели.

Пошатнувшаяся фигура Сянь Цзяньчэня внезапно замерла. Он взмахнул рукой, отбрасывая какой-то предмет наперерез молниеносному удару.

— Пак!

Блеск меча замер и рассыпался на куски.

Раздался истошный крик. Убийца врезалась в одну из главных колонн зала, и тогда все смогли разглядеть нападавшую.

Это была женщина, возглавлявшая танец.

Остальные танцовщицы окружили её, с ненавистью взирая на Сянь Цзяньчэня.

А кувшин вина, небрежно брошенный Сянь Цзяньчэнем, уже вернулся в его руку; в нём не пролилось ни капли.


  1. Буяо (步摇, bùyáo) — традиционное китайское головное украшение, шпилька с подвесками, которые колышутся при каждом шаге. ↩︎

Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы