Услышав шорох, Юй Ту поднял голову:
— Проснулась?
Он выключил компьютер и поднялся навстречу:
— Я оставил тебе ужин.
Ужином оказались лёгкая рисовая каша и простые закуски — возвращаясь из-за границы, она всегда хотела только этого. Да и Юй Ту, положа руку на сердце, мало что ещё умел готовить. Цяо Цзинцзин сидела в столовой, медленно черпая кашу ложкой, и вдруг почувствовала: что-то здесь не так.
Не слишком ли учитель Юй спокоен? По обыкновению, если ей завтра предстояло уехать, он должен был всеми силами цепляться за каждую секунду до рассвета.
А вместо этого учитель Юй…
Она скосила глаза в сторону гостиной: он что, читает книгу?!
В полнейшем недоумении Цяо Цзинцзин пошла сполоснуть рот. Взглянув на себя в зеркало, она решила, что разгадала причину: после десятка часов в самолёте она сразу завалилась спать, затем последовала бурная постельная разминка — вид у неё сейчас был, мягко говоря, растрёпанный.
Цяо Цзинцзин поскорее приняла душ и привела себя в порядок. Однако когда она высушила волосы феном и вышла, Юй Ту всё так же читал — разве что переместился на кровать. На её шаги он даже брови не повёл.
Цяо Цзинцзин подошла к краю постели:
— Иди умойся, я освободила ванную.
— Я уже умылся в гостевом санузле.
— А-а… Спать собираешься?
— Угу. Все эти дни работал допоздна, сегодня лягу пораньше.
С этими словами Юй Ту отложил книгу, протянул руку и щёлкнул выключателем бра:
— Ты тоже постарайся уснуть, перестройся на местное время.
Цяо Цзинцзин: «…»
Какой уж тут сон! Она ворочалась с боку на бок. Неужели Юй Ту обиделся? Да вроде не должен: он и сам не раз нарушал обещания из-за работы.
Слабый свет уличных фонарей пробивался сквозь щель в шторах, едва позволяя различить очертания лежащего рядом человека. Глаза Юй Ту были закрыты, он казался глубоко спящим. Цяо Цзинцзин посмотрела на него немного, тоскливо вздохнула и снова перевернулась на другой бок.
Едва она отвернулась, как из-за спины раздался голос Юй Ту:
— Пока ты спала, звонила Лин-цзе.
Цяо Цзинцзин оцепенела.
— Трубку взял я.
Цяо Цзинцзин: «…»
— Ничего не хочешь мне объяснить?
«…Всё пропало. Забыла договориться о показаниях!»
Цяо Цзинцзин поспешно села в постели, готовая выдать защитную речь на десять тысяч знаков:
— Ну… ты же знаешь, есть такая штука — романтическая игра… К тому же я ведь тебя не обманула! Я сказала, что уеду утром, но не говорила, что не вернусь вечером! Сегодня всё было так сумбурно, я хотела завтра съездить в Луцзяцзуй, забрать вещи, принарядить дом и устроить тебе сюрприз…
Юй Ту молча смотрел на неё, и у Цяо Цзинцзин иссякли слова. Наконец Юй Ту выдохнул короткое:
— Ладно.
А затем добавил:
— Мне лень тратить время на споры.
Не успела Цяо Цзинцзин опомниться, как сильный рывок опрокинул её на спину, припечатав к матрасу, и пуговицы на пижаме с треском распахнулись…
На этот раз от прежней нежности не осталось и следа. Юй Ту брал своё безудержно и властно, не оставляя ей ни шанса на передышку. Спустя вечность взмокшая Цяо Цзинцзин, не выдержав напора, взмолилась о пощаде:
— Я виновата! Больше никогда не буду тебя разыгрывать! Я правда хотела сделать сюрприз завтра!
— И как, удался сюрприз? — навис над ней Юй Ту. Тёмные пряди волос на его лбу взмокли от пота.
— Ох… Юй Ту… — простонала Цяо Цзинцзин, прерывисто всхлипывая его имя. Однако хватка его ничуть не ослабла — он буквально выбивал из неё признание. Чуть не плача, Цяо Цзинцзин выдавила: — Не-ет… не удался!
— Так сколько длится твой отпуск?
— Два месяца!
— Больше не обманешь?
— Ни за что! — Цяо Цзинцзин обвила руками его разгорячённую спину, жалобно заискивая: — Я останусь здесь и буду каждый день рядом с тобой!
Юй Ту пристально посмотрел на неё, и ритм наконец смягчился. У Цяо Цзинцзин не осталось сил даже на ласки — она лишь безвольно отдавалась его движениям.
Когда истома вновь накрыла их с головой, поцелуи, осыпавшие её лицо, вернули прежнюю ласку.
Цяо Цзинцзин окончательно выбилась из сил и проваливалась в сон. Сквозь туман дремоты до неё донёсся вопрос Юй Ту:
— Ты заметила сегодня что-нибудь новое в доме?
— Нет… Я сразу спать легла, — сонно пробормотала она.
— Я переделал северную маленькую комнату, — видя, что глаза её слипаются, Юй Ту запечатлел поцелуй на её сомкнутых веках: — Утром покажу.
Однако в Цяо Цзинцзин мгновенно взыграло любопытство. Превозмогая слабость, она распахнула глаза:
— Я прямо сейчас хочу посмотреть!
Завернувшись в халат и спустив ноги на пол, она чуть не подкосилась от слабости в коленях. Тем не менее гордо отвергнув помощь виновника своего бессилия, она с безупречно величавой осанкой прошествовала к северной спальне.
Стоило толкнуть дверь, как Цяо Цзинцзин застыла как вкопанная.
Она помнила, что прежде здесь стояла узкая кровать и громоздились коробки со всяким хламом. Теперь же ни кровати, ни коробок не осталось — вместо них сияла новенькая гардеробная.
Юй Ту встал позади неё:
— Ты как-то обмолвилась, что хочешь взять отпуск на два месяца. Я подумал, что ты, вероятно, проведёшь его со мной здесь. Но моя Цзинцзин так любит наряжаться — где бы поместились все её платья и туфли?
— И ты переоборудовал комнату под гардеробную?
— Угу. Цвет нравится?
— Очень!
Она отвечала ему, а на сердце вдруг сладко защемило: он ведь так ждал её отпуска, а она вздумала шутить над ним такими вещами.
— Я добавил несколько полезных функций: панель управления вон там…
Цяо Цзинцзин не выдержала и крепко обняла его за пояс:
— Это твой подарок мне?
Юй Ту осёкся, бережно прижал её к себе и тихо произнёс:
— Какой же это подарок? Это то, чем ты будешь пользоваться, пока живёшь здесь. Это, самое большее… — он замялся, подбирая подходящее слово, а затем, улыбнувшись, опустил голову к её плечу: — Можно считать, что я вил гнездо.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.