Восьмого числа Жуань Юй и Тэн И покинули Саньмэнься.
Когда Жуань Хэпин провожал их к выходу, он не проронил ни слова. Жуань Юй чувствовала, как тяжело дедушке с ними расставаться, но не знала, как его утешить. В конце концов, лишь когда Тэн И пообещал, что вернется навестить его на каникулах, дедушка немного расслабил нахмуренные брови.
Вскоре после их возвращения в Ляочэн вернулся и Тэн Хао.
Немного отдохнув и расслабившись за границей, юноша наконец-то снова обрел свой живой и жизнерадостный вид. Этим и прекрасна молодость: какими бы сильными ни были раны, они заживают сами собой, без всяких лекарств.
После окончания каникул все один за другим стали возвращаться, за исключением Хань Цзо. По слухам, мать Хань Цзо заболела, причем весьма серьезно, и, чтобы побыть с ней, он взял длительный отпуск.
В «Сию» возобновились занятия, и желающих записаться становилось всё больше. К тому же, в рядах «Сию» появились двое новых маленьких участников — мальчик и девочка. Мальчика звали Янь Сюйян, ему было семь лет. Девочку звали Хэ Сусу, ей было шесть лет.
Эти двое малышей, по правде говоря, оба были так или иначе связаны с Тэн И.
Янь Сюйян был тем самым мальчиком, которого Тэн И в свое время встретил на скоростном шоссе, а Хэ Сусу, той маленькой девочкой с заячьей губой, которую он увидел у лотка с печеным бататом в день своего рождения.
Однако по сравнению с Сюйяном появление Сусу оказалось гораздо более неожиданным.
Мать Сусу рассказала, что они узнали Тэн И во время мероприятия «Пусть уличные танцы вернутся на улицы», приуроченного к открытию «Сию». С того дня Сусу постоянно вспоминала, как красиво и уверенно танцевал старший брат, и в ней тоже зародилось желание учиться уличным танцам. Однако финансовое положение семьи было стесненным, и смышленая Сусу ничего не говорила. Но мать поняла, что на душе у дочери, и начала тайком откладывать деньги. И вот теперь, наконец-то накопив нужную сумму, она привела дочь в «Сию». Она надеялась, что здесь Сусу сможет научиться танцевать и стать такой же уверенной в себе и счастливой, как все те танцоры, которых они увидели в тот день на улице.
Растроганный историей Сусу и ее матери, Тэн И тайком вернул плату за обучение девочки и решил лично тренировать ее и Сюйяна. Оба ребенка были невероятно счастливы и твердо пообещали, что будут старательно учиться.
Дела в «Сию» постепенно вошли в привычную колею; Тэн И уставал, но был счастлив.
И Жуань Юй тоже.
Она успешно сдала национальный экзамен по путунхуа на высшую категорию «А», а также получила государственную стипендию за прошлый учебный год и сертификат о награждении государственного образца. Все эти достижения будут занесены в ее личное учебное дело.
В день получения стипендии Жуань Юй пригласила соседок по комнате вместе поесть хого.
Это была недавно открывшаяся у западных ворот университета хогошная. Цзянь Сянсян была там однажды и говорила, что соусы там просто невероятно вкусные, а соотношение цены и качества отличное. После ее горячих рекомендаций все пришли к единогласному решению.
Людей в заведении оказалось больше, чем ожидалось, свободных мест в общем зале не было, поэтому Жуань Юй попросила отдельную маленькую кабинку.
Это был их первый совместный ужин вчетвером после праздников, атмосфера была замечательной. Чэнь Маньбай предложила немного выпить, что также было быстро и единогласно одобрено.
После того как принесли пиво, девушки ели и болтали, и как-то незаметно разговор зашел о том, как Тэн И ездил к Жуань Юй домой на Новый год.
— Переспали? Переспали? — Цзянь Сянсян, как всегда, была на передовой всех сплетен.
— Конечно нет.
— Эх, упустить такой шанс, ну ты и дурочка! Будь я на твоем месте, раз уж Тэн И сам пришел с доставкой на дом, я бы в ту же ночь проглотила его без остатка.
От котелка юаньян поднимался горячий пар, от которого лицо Жуань Юй сильно раскраснелось.
Опустив голову, она то и дело тыкала палочками в говяжий шарик в своей пиале, чувствуя себя немного неловко.
В те несколько дней дома дедушка Жуань Хэпин почти все время находился рядом с ними, так что не то что спать в одной комнате — у них даже не было лишней возможности обняться или поцеловаться.
— Сянсян, хватит! Думаешь, Жуань-жуань такая же, как ты! — вступилась за Жуань Юй Ся Цяофэн.
— А что я? Разве я сказала что-то не так? Если тебе нравится человек, конечно же хочется завладеть им целиком и полностью. Иначе почему, по-вашему, у этих дешевых гостиниц возле университета отбоя нет от клиентов? Неужели вы думаете, что все эти парочки снимают номера только ради того, чтобы укрыться одеялом и просто поболтать!
Ся Цяофэн и Жуань Юй переглянулись и смущенно замолчали.
Глядя на них, Чэнь Маньбай смеялась до боли в животе.
— Ой, я больше не могу! Сянсян, продолжай лихачить с этими двумя малышками из детского сада, а я пока схожу в туалет! — сказала она, поднялась и вышла из отдельного кабинета.
–_–
Вскоре после того, как Чэнь Маньбай вышла, из коридора снаружи вдруг донеслись звуки ссоры.
Жуань Юй и остальные только удивленно переглянулись, как внутрь поспешно вбежал официант.
— Беда, ваша подруга там с другой посетительницей подралась!
Услышав это, все трое тут же вскочили и выбежали из кабинета.
В коридоре Чэнь Маньбай удерживали двое сотрудников хот-потной, а с другой стороны еще двое работников оттаскивали девушку, с которой она повздорила.
Этой девушкой оказалась не кто иная, как Ю Юлэсюань.
Чэнь Маньбай обладала открытым характером и со всеми находила общий язык, поэтому во всем университете лишь Ю Юлэсюань с ней не ладила, и надо же им было столкнуться именно здесь. Поговорка «враги всегда пересекаются на узкой дорожке», вероятно, как нельзя лучше описывала эту ситуацию.
— Маньмань, что случилось? — спросила Жуань Юй.
— Она подслушивала мой телефонный разговор! — закричала Ю Юлэсюань прежде, чем Чэнь Маньбай успела ответить.
— Кто подслушивал? Ты говорила по телефону в общественном месте, а я просто проходила мимо и услышала.
— Ты всё врёшь!
— Тьфу, сама же испугалась, что тебя застукали, а теперь на меня кидаешься.
Чэнь Маньбай действительно просто проходила мимо. Она направлялась в туалет и даже подумать не могла, что, едва свернув в коридор, услышит, как Ю Юлэсюань разговаривает по телефону.
На другом конце провода, судя по всему, была какая-то девушка, и Ю Юлэсюань обсуждала с ней своего парня, Линь Шаня.
— Мы с Линь Шанем хот-пот едим. Ха, конечно, Линь Шань мне не по-настоящему нравится, он же как бревно, ты ему скажешь три-четыре фразы, а он в ответ может и слова не вымолвить. Если бы не то, что он состоит в «Сию», я бы вообще с ним не связывалась… Да, мне просто кажется, что иметь парня, который танцует уличные танцы — это круто. Ты же видела в прошлый раз девушку того Тэн И из нашей группы, разве она не ведет себя так заносчиво только потому, что ее парень классно танцует? Пф-ф…
Чэнь Маньбай, услышав, что Ю Юлэсюань так отзывается о Жуань Юй, естественно, не стерпела.
Она сердито бросила «Эй!», напугав Ю Юлэсюань так, что та едва не выронила телефон из рук. Сбросив вызов, Ю Юлэсюань обернулась, увидела Чэнь Маньбай и тут же вспылила.
Она обвинила Чэнь Маньбай в подслушивании, а Чэнь Маньбай гневно отчитала ее за сплетни за спиной. Никто не хотел уступать, и дело чуть не дошло до драки, но, к счастью, сотрудники хот-потной вовремя подоспели и разняли их.
Пока они препирались, Линь Шань, пришедший вместе с Ю Юлэсюань, находился в зале, но, услышав шум, тоже прибежал сюда.
Увидев Линь Шаня, Ю Юлэсюань тут же запаниковала. Боясь, что Чэнь Маньбай перескажет ему все услышанное, она поспешно схватила его за руку, намереваясь немедленно уйти.
— Эй! — Чэнь Маньбай бросилась вдогонку и схватила Линь Шаня за руку.
Линь Шань замер на месте. Он взглянул на руку Чэнь Маньбай, а затем перевел взгляд на ее лицо.
— Чэнь Маньбай, чего ты добиваешься? — вытаращилась на нее Ю Юлэсюань.
Проигнорировав Ю Юлэсюань, Чэнь Маньбай посмотрела на Линь Шаня и смягчила тон:
— Эй, дай мне две минуты, мне нужно кое-что тебе сказать.
— О чем это! Я не позволю! — закричала Ю Юлэсюань.
— Если хочешь что-то сказать, говори прямо здесь, — равнодушно отозвался Линь Шань.
Чэнь Маньбай оглядела столпившихся вокруг людей и усмехнулась:
— Ты уверен?
— Уверен.
— Тогда я и вправду скажу, — Чэнь Маньбай указала на Ю Юлэсюань. Слова уже вертелись у нее на языке, но она все же решила сохранить Линь Шаню хоть каплю достоинства. Вместо этого она приподнялась на цыпочки, приблизилась к его уху и произнесла так тихо, чтобы слышали только они вдвоем: — Ю Юлэсюань дурит тебя. Говорит, что ты ей вообще не нравишься, так что бросай ее поскорее. Если продолжишь с ней встречаться, останешься круглым дураком.
Сказав это, Чэнь Маньбай поспешно схватилась за живот и помчалась в туалет.
На бегу она выкрикнула:
— Черт возьми, я же сейчас лопну! А тут еще приходится разбираться с вашими дурацкими проблемами!
Все:
— …
Линь Шань какое-то время молча смотрел вслед убегающей Чэнь Маньбай.
От паники у Ю Юлэсюань даже покраснели глаза.
— Что она тебе сказала?
Линь Шань не ответил, лишь бросил:
— Пойдем.
–_–
Нелепый фарс, вспыхнувший из ниоткуда, точно так же ничем и закончился.
Жуань Юй и остальные вернулись в кабинет доедать хот-пот. Как только Чэнь Маньбай пришла из туалета, Цзянь Сянсян тут же начала выпытывать, что же там стряслось. Чэнь Маньбай во всех подробностях пересказала им всю историю, включая и те самые слова Ю Юлэсюань.
— Боже, в лицо одно, а за спиной совсем другое. Как и ожидалось, человек она так себе, — поразилась Цзянь Сянсян.
— Да уж, связываться с ней — себе дороже.
Покончив с хот-потом, вчетвером они неспешно прогулялись до общежития, чтобы утрясти съеденное.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
