Июньская летняя ночь, воздух был таким сухим, что становилось не по себе. Тот парень, что признался в любви, в конце концов ушёл с раскрасневшимся лицом.
Кто же теперь в И- Сань- Лю-чжун не знает Пэй Чуаня? Знаменитый чжуанъюань по естественным наукам на гаокао. Однако никто и подумать не мог о его отношениях с Бэй Яо. Когда юноша уходил, выражение его лица было сложным, но, в конце концов, выпускной настал, и этим сплетням уже не суждено было разойтись.
Придорожные деревья слегка покачивались под порывами лёгкого ветерка. Бэй Яо сощурила глаза, и в её зрачках отразилось всё звёздное небо.
Она повернулась к нему и звонко позвала его по имени:
— Пэй Чуань, Пэй Чуань!
Он стиснул зубы, раздосадованный тем, что не может совладать со своими чувствами. Его решимость раз за разом разбивалась вдребезги. Её глаза сияли слишком ярко, словно звёзды в них радостно подмигивали.
Пэй Чуань опустил взгляд и лишь спустя долгое время произнёс:
— Тот парень плохой, у него нет твёрдости духа. Девушкам не стоит выбирать себе таких в бойфренды.
Даже побороться не посмел, какая уж тут твёрдость духа?
Она не могла сдержать смеха:
— Угу, ты прав.
Он снова замолчал.
Спустя долгое время Пэй Чуань спросил:
— А если бы меня не было рядом?
Если бы в следующий раз, когда тебе признаются в любви, меня не оказалось рядом?
Бэй Яо ответила:
— Я бы сказала ему, что у меня уже есть парень.
Он крепко сжал кулаки. Глупая девочка.
Бэй Яо шла вместе с ним в сторону дома и спросила его:
— Пэй Чуань, на какую специальность ты подал документы?
— Компьютерные науки, — Пэй Чуань посмотрел на неё. — А ты?
Бэй Яо сказала:
— Сейчас не скажу. В июле узнаешь.
Он опустил глаза.
На самом деле Бэй Яо подала документы в медицинский институт. В итоге она решила стать врачом.
У неё не было такого острого ума, как у Пэй Чуаня, и в будущем она не сможет изобрести что-то выдающееся на благо страны, но, став врачом, она сможет лучше всего заботиться об этом ранимом и закомплексованном мужчине.
Как в ту ночь в Университете B, когда Пэй Чуань настоял на том, чтобы нести её на спине. Она до сих пор не знала, какой болью и вредом это обернулось для человека, носящего протезы.
Никто в этом мире не любил его, и она отдаст все силы, чтобы любить его самой.
Садясь в автобус, идущий к дому, Бэй Яо помахала ему рукой:
— Пэй Чуань, увидимся в сентябре в университете!
Его костяшки пальцев побелели, когда он смотрел вслед уходящей девушке.
Автобус медленно отъехал. В магазине аксессуаров на углу улицы негромко зазвучала песня.
Хозяин лавки поставил песню Дэн Лицзюнь тысячи девятьсот восьмидесятого года «На том берегу» (在水一方, zài shuǐ yī fāng).
Женский голос неспешно запел:
— …Я готов плыть против течения,
Чтобы быть с нею рядом.
Но впереди опасные мели,
А путь далёк и долог.
Пэй Чуань смотрел на удаляющийся автобус и вдруг сделал несколько шагов вперёд:
— Яо-Яо!
Летняя ночь была длинной и прохладной.
Ветер трепал его чёрные волосы, но она была уже всё дальше и дальше, и он побежал сквозь ночь.
А песня всё звучала в ушах:
— Я готов плыть по течению,
Вслед за ней путь искать.
Но вижу лишь смутный образ её
Там, посреди воды.
Он забыл о своих культях, забыл о том, что у него нет голеней, и бросился вдогонку за автобусом:
— Яо-Яо!
Оглянись на меня ещё разок, прощание не должно быть таким блёклым… Он хотел ещё немного на неё посмотреть.
Но в конце концов песня затихла вдали, а уличные фонари потускнели. Пэй Чуань пошатнулся и упал прямо посреди дороги.
От автобуса уже и след простыл.
Летняя ночь две тысячи девятого года. Для Бэй Яо она стала началом, а для Пэй Чуаня безмолвным расставанием навсегда.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
