Как назло, Ван Цянькунь будто бес в ребро толкнул. Этот жест в форме буквы «С» превратился в хватательное движение, и она сама глупо хихикнула.
На мгновение в зале воцарилась тишина.
Пэй Чуань опустил взгляд и, поджав губы, произнёс:
— Пойду в уборную.
Как только Пэй Чуань скрылся из виду, Цинь Дунни поспешила закрыть Ван Цянькунь рот рукой. Ван Цянькунь была крайне недовольна, но, к счастью, она всё ещё узнавала своих, поэтому не стала давать Цинь Дунни пощёчину в ответ.
Цинь Дунни сказала:
— Дедуля Ван, умоляю тебя, почтенный старец, давай просто спокойно поедим! Пожалуйста, помолчи, ладно?
Бэй Яо поспешила убрать бокал Ван Цянькунь и налила ей сока.
Вскоре Пэй Чуань вернулся. Остаток обеда девушки доедали в неловком молчании, дрожа от страха.
Шань Сяомай набралась смелости и взглянула на лицо Профессора Пэй. Профессор Пэй, опустив глаза, открыл для Бэй Яо бутылку горячего соевого молока. По его лицу невозможно было понять, что он чувствует.
Когда в середине обеда Пэй Чуань выходил в уборную, он заодно поручил официанту купить несколько подарков.
В конце трапезы он вручил каждой по подарочному пакету.
Цинь Дунни и другие девушки стеснялись принимать их, но Пэй Чуань взглянул на часы и спокойно сказал:
— Берите, мне пора на занятия.
Цинь Дунни и её подруги увидели, что пакеты маленькие, и, решив, что это просто девичьи украшения, больше не отказывались.
У Бэй Яо и остальных днём была ещё одна обязательная лекция. Пэй Чуань знал, что она не сможет прийти к нему на занятия, а постоянно прогуливать нехорошо, поэтому он сказал Бэй Яо:
— Я пошёл на пары. Заехать за тобой вечером, чтобы отвезти домой?
Бэй Яо кивнула.
Он пошёл за машиной, а Бэй Яо осталась со своими соседками. Девушки переглянулись.
Пьяная «дедуля Ван» бесцеремонно разорвала подарочный пакет и достала золотой браслет:
— Обалдеть! Это же золото! — несмотря на опьянение, золото она узнала.
Цинь Дунни тоже заглянула в свой пакет. Там и вправду лежал такой же золотой браслет, внутри даже остался сертификат подлинности. Она остолбенела и, заикаясь, произнесла:
— Яо-Яо, твой мужчина реально богат.
Кто, чёрт возьми, видел, чтобы в качестве небольших сувениров вот так запросто раздавали золотые браслеты, словно купленные оптом!
Шань Сяомай тоже испугалась и поспешила пододвинуть браслет к Бэй Яо. Вещь была слишком дорогой, никто не решался её оставить.
Бэй Яо не знала, смеяться ей или плакать. Она сказала:
— Ничего страшного, раз Пэй Чуань подарил, берите. — Ей вдруг вспомнился тот год в средней школе, когда она радостно сообщила Пэй Чуаню, что скоро родится её младший брат. Пэй Чуань тогда ничего не сказал, но позже подарил маленький золотой браслетик, коротко пояснив, что это для её брата.
В то время он был обычным школьником, и, скорее всего, на тот браслет ушли все деньги, которые он копил больше десяти лет.
Бэй Яо сказала:
— Вы идите в университет, отпросите Цянькунь от занятий. В таком виде ей днём в аудитории делать нечего. Я скоро приду.
Бэй Яо поспешила на парковку.
Ресторан находился недалеко от университета, и Пэй Чуаню нужно было отогнать машину в подземный гараж вуза. Бэй Яо так и не решилась взглянуть на лицо Пэй Чуаня, когда Ван Цянькунь несла ту чушь. Ведь в действительности они до сих пор так и не перешли к близости. Соседки этого не знали, но она и Пэй Чуань понимали всё слишком хорошо.
Было немного неловко. Она боялась, что Пэй Чуань неправильно поймёт их девичьи дурачества.
Находясь в своём лучшем возрасте и надевая одежду двоюродной сестры Чжао Сяоцан, она никогда не заботилась о том, что о ней думают другие. Однако с появлением любимого человека она впервые осознала, что хочет быть прекрасной в его глазах. Хотела сказать ему, как он важен для неё.
Если бы кто-то другой услышал эти слова, Бэй Яо не нервничала бы так сильно. Но её Пэй Чуань был очень раним, он привык всё держать в себе. Из-за вчерашнего случая с менструацией она чувствовала себя виноватой перед ним.
Пэй Чуань с таким трудом подготовил себя психологически. Вероятно, это потребовало от него огромной решимости и мужества, а в итоге её организм распорядился иначе.
Когда Бэй Яо нашла парковку, Пэй Чуань как раз собирался выезжать.
Увидев её, он опустил стекло:
— Что случилось? Почему ты не вернулась с ними на занятия?
Бэй Яо открыла дверцу переднего пассажирского сиденья, села рядом с ним и украдкой взглянула на него. Лицо мужчины было спокойным, на нём не читалось ни раздражения, ни каких-либо других эмоций. Он тоже смотрел на неё и привычным жестом поправил прилипшую к её лицу прядь волос.
Бэй Яо вспомнила о выходке Ван Цянькунь и тихонько кашлянула:
— Я должна тебе всё объяснить.
Пэй Чуань посмотрел на неё, его зрачки были черны. Когда он не улыбался, его глаза походили на тихую гладь озера, на которой нет ни единого всплеска.
— Хорошо, говори.
Бэй Яо: «…ах, как же неловко».
Словно маленький перепел, она опустила голову и решила выпалить всё на одном дыхании:
— Ван Цянькунь просто шутила, она напилась, и у неё на языке нет засова. Обычно мы всегда принимаем душ по отдельности.
В машине было тихо, ощущался майский зной.
Смущённая и раздосадованная Бэй Яо добавила:
— Она… она тоже никогда меня не… не трогала. — При воспоминании о тех двух похабных жестах, что сотворила Ван Цянькунь, её лицо покраснело от стыда.
Рядом кто-то завёл мотор и проехал мимо.
У Бэй Яо покраснели даже кончики ушей. Не смея смотреть на него, она договорила последнюю фразу:
— Просто… девушки в основном могут на глаз определить раз… размеры. Она была пьяна, не принимай это близко к сердцу.
Ах, какой позор.
Зачем она объясняет такие постыдные вещи!
Пэй Чуань всё это время молчал.
Она набралась смелости и подняла взгляд. Если бы она увидела в его глазах усмешку, то, скорее всего, захотела бы найти какую-нибудь нору, чтобы в неё спрятаться. К счастью, Профессор Пэй лишь молча смотрел на неё. Бэй Яо спросила:
— Ты сердишься?
Она думала, он ответит «нет».
Однако он наклонился к ней и нежно коснулся её щеки:
— Немного.
Бэй Яо опешила, не зная, что на это ответить.
Спустя мгновение она прошептала:
— Ты сердишься, но всё равно подарил им подарки? — Она догадывалась, что, даже если бы она не пришла объясняться, Пэй Чуань ничего бы не сказал.
Пэй Чуань поцеловал её раскрасневшуюся от смущения щёку и негромко наставил её:
— У взявшего подарок руки коротки1.
Бэй Яо не совсем поняла смысл.
Пэй Чуань не стал пускаться в долгие объяснения.
Принцип того, что у взявшего подарок руки коротки, в полной мере проявлялся на примере матери Бэй Яо, госпожи Чжао. Он сделал каждой из её соседок по комнате подарок, чтобы они, по крайней мере в течение следующего года совместной жизни, понимали, что у неё есть мужчина, а значит, нельзя отпускать сомнительные шутки и следует соблюдать дистанцию.
У каждого есть свой круг общения. Он не мог лишить её привычной жизни, поэтому мог лишь незаметно проникать в неё.
Бэй Яо подумала об этом, и уголки её губ невольно дрогнули в улыбке.
Она ткнула пальцем в его грудь:
— Когда ты раньше заставлял меня быть с кем-то другим, тебе ведь было невыносимо больно? О чём ты только думал?
Он ведь совсем не был великодушным. Напротив, он был ужасно собственническим и мелочным. Даже к девушкам умудрялся ревновать!
Профессор Пэй знал, что она иногда бывает чересчур любопытной.
Однако мысли мужчины, который в прошлом страдал так, словно ему приходилось вырезать кусок мяса из собственного сердца, было слишком трудно облечь в слова. Он пристегнул её ремнём безопасности, готовясь ехать, чтобы заодно подбросить свою девочку до университета.
Бэй Яо подумала: «Только что я выставила себя в глупом свете, а Пэй Чуань почти никогда не рассказывает о своих чувствах, словно закрытая горлянка». Смущение прошло, уступив место азарту. Она обхватила мужчину за руку:
— Не поедем, пока не скажешь.
Пэй Чуань произнёс:
— Яо-Яо, не балуйся.
Бэй Яо настаивала:
— Просто ответь, ну пожалуйста.
Ей действительно очень хотелось это знать. До средней школы она порой думала, что Пэй Чуань не очень-то её любит, а после старшей школы ей несколько раз казалось, что он действительно готов её отпустить и что его сердце способно на такую жестокость.
Он сказал:
— Отпусти, ты опоздаешь. Если ты будешь меня держать, я не смогу вести машину.
Бэй Яо покачала головой:
— Я и так уже опаздываю, так что говори скорее.
— … — Он помедлил и беспомощно вздохнул: — Яо-Яо, не нужно каждый раз хитрить.
Чем больше он упирался, тем сильнее Бэй Яо хотелось узнать правду:
— Неужели до средней школы я тебе и правда не нравилась? — Одно время она даже думала, что ему нравится та старшеклассница, Шан Мэнсянь. Лишь позже она узнала, что это не так.
Пэй Чуань поджал губы:
— Нет. — Он полюбил её очень, очень давно.
Снаружи стояла летняя жара, но в машине заранее включили кондиционер. На парковке было тихо. Он смотрел в глаза девушки, они были чистыми и отражали его образ.
Пэй Чуань сказал ей:
— Есть вещи, которые невозможно объяснить. Давай оставим прошлое в прошлом, хорошо?
В тот год, когда он пошёл сдаваться властям, он действительно был готов погибнуть вместе с теми людьми или быть расстрелянным. Для своего состояния в несколько сотен миллионов он тоже сделал распоряжения. Если бы она в будущем вышла замуж и жила не очень хорошо, эти средства в конечном итоге нашли бы способ попасть к ней.
Если бы она жила счастливо, ему не было смысла напоминать о себе через материальные блага.
Для прежнего Пэй Чуаня любовь была слишком горькой.
Эта горечь растекалась от кончика языка до самого сердца. В своей жизни он любил лишь одного человека. Познав запредельные страдания, он не хотел, чтобы она чувствовала то же самое. Если бы она могла быть счастливой безо всякого бремени, для него это было бы лучшей наградой.
Но человек не может удержаться от надежд. Когда адвокат сказал ему, что у него есть шанс увидеть её снова, он всё же решил приложить все усилия, чтобы вернуться к ней. А в итоге отдал все деньги государству.
Если наградой от этого мира для него стала Яо-Яо, он будет стараться быть хорошим человеком, приносящим пользу миру.
Бэй Яо моргнула:
— Ладно.
А она-то надеялась услышать от Пэй Чуаня признание о том, как сильно ему не хотелось её отпускать. Она понуро прижалась к нему, немного расстроенная тем, что не услышала от него нежных слов.
К его крепкой руке прижалось что-то мягкое, и Пэй Чуань невольно вспомнил слова Ван Цянькунь.
В старшей школе он общался с Цзинь Цзыяном и остальными, это был возраст самого сильного гормонального всплеска. Цзинь Цзыян в разговорах не стеснялся в выражениях, так что Пэй Чуань, разумеется, знал, какая прекрасная фигура у его нежной молодой жены.
У него пересохло в горле, и он поцеловал её в щёку:
— Послушай, сядь ровно.
Бэй Яо выпрямилась, и только тогда Пэй Чуань тронул машину в сторону университета.
Бэй Яо влетела в аудиторию на предельной скорости. Когда она села на место, Цинь Дунни прошептала:
— Ван Цянькунь отпросили, она спит в общежитии.
Пэй Чуань ещё какое-то время постоял на подземной парковке, подставив лицо холодному воздуху кондиционера, и лишь после этого запер машину и направился к факультету компьютерных наук.
Студенты кафедры компьютерных наук с удивлением обнаружили, что их всегда пунктуальный Профессор Пэй опоздал. Пэй Чуань вошёл с бесстрастным лицом и сразу начал писать на доске, объясняя тонкости разработки программного обеспечения.
Его рубашка была из дорогой ткани, но после того, как Бэй Яо прижималась к нему, она немного помялась.
Студенты внизу, сами того не подозревая, пребывали в крайнем возбуждении.
Одна девушка прошептала:
— Ты слышала, вчера вечером на спортивной площадке кто-то видел, как наш «бесстрастный» Профессор Пэй прижал какую-то девушку и целовал её? Чжао Синьсинь говорит, это было нечто из ряда вон выходящее. Прямо у ограждения! И даже не пытались скрыться, сразу видно, не смогли сдержать чувств.
Слушавшая сплетню подруга ответила:
— Да не может быть, он не похож на такого порывистого человека.
Этот совсем ещё молодой мужчина всегда казался суровым и не по годам степенным. Даже первая красавица кафедры Дуань Юй проявляла инициативу, но Профессор Пэй на неё даже не взглянул.
Рассказчица изо всех сил старалась убедить подругу:
— Правда, зачем мне тебе врать. Вчера на лекции была Бэй Яо, помнишь? Мы ушли рано, а Чжао Синьсинь рассказывала, что после занятий профессор сам подошёл к ней и предложил вместе пообедать.
— А? Так та вчерашняя…
— Все гадают, не наша ли это королева университета.
Девушка наконец поверила. Если речь шла о Бэй Яо, то это действительно казалось возможным. Та девушка из медицинского института и вправду была невероятно красива.
Однако…
— Бэй Яо же говорила, что у неё есть парень? Из-за того пользующегося дурной славой парня, который сидел в тюрьме, она даже Чу Сюню отказала. Об этой истории тогда знал весь университет, все говорили, что у Бэй Яо нет вкуса.
— Вот именно! Посмотри на лицо Дуань Юй, мы все как раз об этом и толкуем. Хоть Бэй Яо и на хорошем счету в своём медицинском институте, кто знает, что она за человек. Вдруг наш Профессор Пэй просто обманулся её невинным видом и не знает, что у неё есть парень?
Внизу не умолкал гул. Такую сенсационную новость было просто невозможно игнорировать.
Обсуждали это не только девушки. Парни тоже отказывались верить. Особенно страдал тот парень, который просил у Бэй Яо номер телефона, его сердце было просто разбито! Неужели вчера Профессор Пэй сам положил на неё глаз, поэтому и разозлился из-за той записки?
Хотя каждый старался говорить тихо, из-за общего количества голосов в аудитории поднялся шум.
Пэй Чуань отложил мел и холодно произнёс:
— Если что-то непонятно, спрашивайте напрямую. Не нужно вести частные обсуждения во время лекции.
Его голос был чистым и довольно низким.
В аудитории мгновенно воцарилась тишина.
В душе Дуань Юй всё ещё полыхало негодование. Бэй Яо, конечно, красивая, но неужели она сама намного хуже? Почему мужчины предпочитают ту, у которой уже есть парень, и даже не желают с ней заговорить?
Она была уверена, что Профессор Пэй не знает о парне Бэй Яо, поэтому встала и спросила:
— Профессор Пэй, скажите, у вас есть возлюбленная?
Пэй Чуань спокойно посмотрел на неё:
— Да.
Никто не ожидал, что профессор признается в личных делах, и по аудитории пронеслось дружное «ва-а-ау!».
Дуань Юй спросила:
— Эта девушка — Бэй Яо?
— Да.
Дуань Юй громко произнесла:
— А вы знаете, что у неё есть парень? Об этом в своё время гудел весь университет.
Пэй Чуань спокойно продолжил:
— Её парнем всегда был я, и её законным мужем тоже являюсь я. У вас есть ещё какие-то вопросы?
У студентов глаза на лоб полезли. Дуань Юй опешила:
— Не… невозможно, её парень ведь… — Он ведь сидел в тюрьме, как он мог оказаться молодым и перспективным учёным из НИИ?
Пэй Чуань сказал:
— Моё прошлое было не самым светлым, и я благодарен своей жене за то, что она не отвернулась от меня и прошла со мной весь этот путь до сегодняшнего дня.
После его откровенных слов Дуань Юй почувствовала неловкость и села на место.
На мгновение в аудитории стало тихо. На самом деле все понимали, что человек, который смог выйти из тюрьмы и стать учёным, — это национальное достояние невероятного масштаба.
В глазах студентов не было презрения, лишь любопытство и восхищение.
Кто-то из толпы поднял руку:
— Профессор Пэй, можно задать вопрос?
— Спрашивайте.
— А когда вы начали встречаться?
Внизу раздался одобрительный свист и гул. Очевидно, эти подробности интересовали всех гораздо больше, чем профильные предметы. Пэй Чуань помедлил, обвёл их взглядом и ответил:
— С пяти лет.
С самого начала и до сих пор она принадлежала только ему.
Аудитория буквально взорвалась!
Снова поднялась рука:
— А то, что вы пришли преподавать в наш университет, — это тоже ради Бэй Яо?
Лучи летнего солнца заливали аудиторию. В этом году, в отличие от времён средней школы Пэй Чуаня, здесь не крутились старые вентиляторы. В университетских залах уже установили кондиционеры.
Однако тепло лета оставалось неизменным.
То, в чём он никогда раньше не осмеливался признаться при всех, в этом году он наконец мог объявить во всеуслышание.
— Да. Мы только что поженились, и я очень по ней скучаю.
В глазах этого холодного мужчины промелькнула едва заметная улыбка, и на этот раз её увидели все.
Ветерок раннего лета, влетевший в аудиторию, был необычайно нежным.
- У взявшего подарок руки коротки (拿人手短, ná rén shǒu duǎn) — иносказание о том, что принявший дар человек становится обязанным дарителю. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
