Никто не мог предположить, что падение Бэйшу произойдёт так стремительно и будет столь ужасающим. Ещё не прошло и пяти дней, как Бэйшу потерпело сокрушительное поражение под яростным натиском Чжао Ци. Можно быть уверенным, если бы не оборонительные средства, оставленные ранее Чу Цяо, на стенах Яньбэя уже развевались бы золотые драконьи знамёна Великого Да Ся.
В этот момент Цао Мэнтун стоял на городской стене, глядя на несущихся, словно саранча, солдат Да Ся, и ощущал, как, кажется, содрогаются небо и земля. Он никак не мог понять, куда же подевалась его миллионная армия? Почему, имея неприступную крепость, он потерпел такое полное поражение? Но сейчас уже не было времени размышлять об этом. Лу Чжи подбежал и громко крикнул.
— Генерал, бежим скорее! Если не сейчас, войска Да Ся вот-вот ворвутся сюда!
— Бежать? — Цао Мэнтун повернулся и с некоторой оцепенелостью спросил. — Бежать?
— Да! — закричал Лу Чжи. — Ся Ань с войсками Бэйшу уже бежал. Говорят, Чиду не пал, девчонка по имени Чу Цяо со своими солдатами до сих пор держит оборону. Мы можем отступить туда, а затем в Ланьчэн. Господин, скорее, иначе будет поздно!
— Бежать? — реакция Цао Мэнтуна была замедленной. Всего за несколько дней его волосы полностью поседели, он пробормотал. — Нет, я не могу бежать.
— Генерал! Даже старый негодяй Ся Ань сбежал! Он командующий гарнизоном Бэйшу, если даже он бежал, зачем нам оставаться?
Цао Мэнтун с горечью вздохнул, его старческие глаза посмотрели на Лу Чжи.
— Он может бежать, а я нет. Лу Чжи, я верховный командующий по отражению Северной экспедиционной армии Великого Да Ся. Если я сбегу, Бэйшу погибнет.
— Если ты не уйдёшь, Бэйшу всё равно погибнет, генерал, не упрямься!
Цао Мэнтун покачал головой.
— Нет, Лу Чжи, уходи, если хочешь.
Лу Чжи замер, затем выкрикнул.
— Господин, ты и правда не уйдёшь?
Цао Мэнтун твёрдо подтвердил.
— Не уйду.
— Тогда и я не уйду! — этот грубый мужчина громко воскликнул. — Что там смерть? Господин продвигал меня, заботился обо мне, как о родном отце. Если умирать, так умру в бою вместе с господином!
Цао Мэнтун растроганно прослезился, похлопал Лу Чжи по плечу.
— В беде познаётся истинное сердце. Лу Чжи, я не зря тебя ценил.
— Господин, выдели мне двадцать тысяч солдат, я вырвусь из города и решу исход битвы с врагом!
— Хорошо! — с небывалой решимостью сказал Цао Мэнтун. — Я отдам тебе свой последний отряд личной гвардии. Это самые преданные воины Яньбэя и самые элитные части Второй армии. Лу Чжи, не обмани моих ожиданий!
— Не подведу доверие генерала!
Полчаса спустя северные ворота распахнулись. Лу Чжи с последним отрядом личной гвардии Цао Мэнтуна, прихватив городские сокровища и драгоценности, в панике бежал. Цао Мэнтун, стоя на стене, смотрел, как его любимый военачальник покидает его, кровь хлынула у него изо рта, и он бессильно рухнул на стену.
Очередная волна атаки Да Ся вновь обрушилась на город. Во всём городе поднялся переполох, все в панике метались туда-сюда. Северные ворота были запечатаны офицерами военной префектуры, посланными Цао Мэнтуном, запретившими дальнейшее бегство.
Крики, рёв, звуки битвы, кровь залила весь город. Войска Да Ся уже подошли к стенам на двести шагов. Они устанавливали лестницы, снова карабкаясь вверх. Солнце медленно садилось, небо и земля стали кроваво-красными. Это была последняя атака сегодня. Враг дал сигнал к штурму, поднимая солдат на взятие Бэйшу сегодня же!
— Сдавайтесь! Сдавшимся — жизнь!
Великое Да Ся отправило триста солдат с громкими голосами под стены, раз за разом выкрикивавших эти слова. Жители Бэйшу то и дело пытались открыть ворота и сдаться, но офицеры военной префектуры убивали их. Вопли и звуки битвы становились всё ближе, казалось, уже чувствовался запах крови от солдат Да Ся.
— Генерал! Генерал! Третьему дивизиону нужно подкрепление!
Окровавленный офицер, спотыкаясь и падая, подбежал вперёд. Цао Мэнтун посмотрел на него и медленно покачал головой. Пожилой генерал выхватил меч и, полный боевого духа, сделал два шага вперёд. Сколько лет прошло с тех пор, как он последний раз сражался с врагом? Столько лет его высмеивали, называли генералом-беглецом. Но, единственный раз в жизни, когда он захотел проявить храбрость, привёл к чудовищной ошибке.
«Если бы с самого начала послушал ту девчонку Чу Цяо…» — непроизвольно мелькнула у него мысль, но он с горькой усмешкой покачал головой, какую пользу принесут эти мысли сейчас? Он горько усмехнулся и медленно произнёс.
— Я сам и есть последнее подкрепление.
— Генерал!
Офицер замер, слёзы вдруг потекли у него из глаз, и сквозь рыдания он проговорил.
— Заставить шестидесятилетнего генерала лично идти в бой, это неспособность подчинённого!
Старый генерал выпрямил руку и медленно сказал.
— Умрём вместе в бою!
— Есть!
В этот момент за стенами внезапно раздался пронзительный звук, в стане Да Ся забили срочные барабаны. Солдаты Да Ся под стенами, услышав этот звук, в растерянности обернулись, лица их выражали панику.
Цао Мэнтун и офицер Третьего дивизиона тоже застыли в недоумении. Подняв головы, они увидели, как на далёкой линии горизонта внезапно появилась чёрная тень. Затем эта чёрная тень превратилась в поток, из точки в плоскость, постепенно расширяясь, увеличиваясь. Внезапно чёрная армия выпрыгнула за линию горизонта и с быстротой молнии устремилась вперёд с рёвом. Над ними развевалось большое знамя с красными облаками на белом фоне, словно пылающее пламя!
— Подкрепление пришло!
На стенах Бэйшу внезапно раздался оглушительный рёв ликования. Воины плакали от счастья, громко крича.
— Это наши войска! Наше подкрепление пришло!
— Юго-Западный гарнизон! Это штабной советник Чу!
— Госпожа Чу пришла! Мы спасены!
В мгновение ока чёрная конница издала потрясающий небо и землю клич.
— Сражаемся за свободу!
Безупречный строй, высокая скорость атаки, сопровождаемые глухим, словно далёкий гром, низким гулом. Отряд становился всё больше, людей становилось всё больше, целых двадцать-тридцать тысяч, все быстрая конница. Они держали клинки наискосок, управляя конями лишь ногами. В лучах закатного солнца тысячи и десятки тысяч воинов неслись вперёд, плотным строем врезаясь в ряды врага, стремительные, как буря!
— Юго-Западный гарнизон! Это мятежники Юго-Западного гарнизона!
В отличие от ликования на стенах Бэйшу, в стане Ся поднялся вопль. Их войска были огромны, тыл внезапно подвергся атаке, и им просто не хватило времени перестроиться. К тому же боеспособность Юго-западной армии под командованием Чжао Ци была несравнимо ниже северо-западной армии Чжао Яна. А Юго-Западный гарнизон был прославлен своей мощью. В одно мгновение тыл обратился в беспорядочное бегство, кругом царили хаос и неразбериха.
— Да, здравствует госпожа Чу!
Солдаты на стенах Бэйшу громко ликовали, многие обнимались, плача на стенах.
— Госпожа! — Хэ Сяо бросился вперёд и громко крикнул. — Силы неравны, не стоит идти на лобовое столкновение!
Чу Цяо холодно покачала головой и твёрдо сказала.
— Наши войска свежие, неожиданная атака поднимает боевой дух. Войска Да Ся не знают наших реальных сил, это уникальная возможность. Если не победить в этой битве, у нас больше не будет шанса на победу!
Войска бешено ринулись вперёд, сокрушительной мощью обрушиваясь на врага. Пока приказы из центрального шатра ещё не дошли до тыла, тыловые части, численностью более ста тысяч человек, уже после первой атаки были смяты, строй полностью нарушен. Чу Цяо приказала не обращать внимания на разрозненные отряды, всей армией ударить по центральному лагерю.
Для армии Да Ся начался кошмар. Всего несколько десятков тысяч человек, но они шли под ясными знамёнами, с высокой выучкой, стремительно, с быстротой молнии, сверкая клинками, невероятно ловко и быстро продвигаясь вперёд. На их пути повсюду царили хаос и паника.
— Всей армии сохранять строй! За мной, в атаку!
Хэ Сяо шёл впереди всех, за ним знаменосец нёс большое знамя с красными облаками на белом фоне. Чу Цяо, находясь в центре войска, гнала коня вскачь. Воины, забыв о смерти, наконец выплеснули долго сдерживаемое молчание и горечь. Армия с рёвом, подобно извивающемуся дракону, пронеслась по всему строю войск Да Ся.
— Контратаковать! Восстановить строй! — сидя на коне, изо всех сил кричал Чжао Ци.
Он всеми силами пытался стабилизировать войска, не слушая предупреждений своей личной гвардии, и оказался на краю поля боя. Однако в этот момент стрела, словно обладавшая зрением, внезапно просвистела в его сторону. Один из гвардейцев, забыв о себе, бросился вперёд и встал перед ним, но стрела с кровавым следом пронзила его грудь насквозь. Чжао Ци в ужасе побледнел и, с грохотом, упал с коня, едва избежав гибели.
Войска двигались с огромной скоростью, в мгновение ока ворвавшись в гущу битвы. Чу Цяо знала Чжао Ци. Взгляд девушки был острым, она спрыгнула с коня, сверкнул меч, она наступила ногой на спину мужчины, серебряная вспышка и, прежде чем Чжао Ци успел вскрикнуть, его голова была отсечена.
— Чжао Ци мёртв! Складывайте оружие!
Словно гром средь ясного неба. Сорокатысячная армия, под защитой которой находился командующий, оказалась разгромлена после всего одной атаки. Чу Цяо, стройная, высоко сидела на коне, держа в поднятой руке голову Чжао Ци. Взгляд её был острым, спина прямой.
Сотни ли переходов, бесшумно, стремительно, как ветер, свирепо, как волки, прорываясь в атаку, прямо сквозь вражеские ряды, среди десятков тысяч воинов взяв голову врага, невероятно дерзко, по праву можно назвать первым полководцем современности!
Войска Да Ся тут же пришли в полное смятение. Увидев это, Цао Мэнтун на стене немедленно принял решение и громко скомандовал.
— Открыть ворота! Открыть ворота! Всей армии в атаку!
Ворота Бэйшу наконец распахнулись. Солдаты, прежде лишённые воли к борьбе, все разом вырвались наружу. В одно мгновение поражение армии Да Ся стало неизбежным!
Двадцать седьмого октября Чу Цяо оставила Чиду, подожгла город, и пожар преградил путь Чжао Яну. Он мог лишь бессильно смотреть, как Чу Цяо с меньше чем десятью тысячами воинов уходит прочь. А, по дороге Чу Цяо встретила, скачущего во весь опор из Бэйшу в Чиду генерала Лу Чжи. Узнав, что этот генерал предал Бэйшу, личная гвардия генерала Цао Мэнтуна тут же взбунтовалась, изрубив Лу Чжи в клочья, и двадцать тысяч гвардейцев немедленно присоединились к Юго-Западному гарнизону.
Затем под руководством Чу Цяо они, обойдя врага с тыла, нанесли внезапный удар, на огненных равнинах Холэй перед воротами Бэйшу нанеся сокрушительный удар высокомерной армии Да Ся.
В этой битве было уничтожено более семидесяти тысяч врагов, большинство из которых погибли, будучи растоптаны конями во время бегства. Тридцать тысяч было взято в плен. Командующая Юго-Западным гарнизоном Чу Цяо лично обезглавила главнокомандующего противника, сильного претендента на престол Великого Да Ся, Третьего принца Чжао Ци, что нанесло армии Да Ся неисчислимый урон.
В этот день прошло ровно восемь лет с той битвы на Холэй. На глазах всего Яньбэя Великое Да Ся заплатило разрушительную цену за свои действия того дня.
В ту же ночь Четырнадцатый принц Великого Да Ся Чжао Ян, приведя войска, собрал остатки Юго-западной армии и, имея пятьсот тысяч солдат, вновь плотно окружил Бэйшу.
А, в это время, во внутренних землях Великого Да Ся, в провинции Мэнлай, Янь Синь получил соколиное письмо от госпожи Юй. Прочитав послание, он задумчивым взглядом долго смотрел на уже не столь далёкую древнюю столицу Чжэньхуан, стоя в одиночестве очень-очень долго. Наконец, он вернулся в центральный шатёр и отдал приказ, потрясший всех.
— Немедленно сниматься с лагеря и идти на выручку Бэйшу!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
