Лю Юн тоже не хотел ничего рассказывать, но рану на спине было не скрыть: если ночью лечь в одну постель с Ли Фэнмэй и снять одежду, всё сразу станет явным.
Признавшись сам, он ещё мог бы как-то замять ключевые подробности.
Ли Фэнмэй тут же разрыдалась. Ведь он чуть жизни не лишился, она едва не осталась вдовой, а Таотао чуть не стал сиротой — как тут не расплакаться? Ли Фэнмэй выплакалась вволю, вынудив Лю Юна пообещать, что он больше никогда не пойдёт на такие заработки, и только тогда вспомнила, что нужно поблагодарить двоих спасителей.
— Товарищи, я даже не знаю, как вас благодарить. Вы не просто спасли Лао Лю, вы спасли целую семью!
Вытирая слёзы, Ли Фэнмэй хотела оставить Чжоу Чэна и Кан Вэя на обед.
Чжоу Чэн же вдруг словно что-то вспомнил:
— Врач сказал, что рану дяди Лю нужно постоянно проверять. Мы так торопились в путь, что забыли осмотреть его в дороге. Тётушка, обед готовить не нужно. Нам с Кан Вэем всё равно нужно ехать в город Шанду разгружаться, так что заодно отвезём дядю Лю в больницу. Условия в народной больнице Шанду лучше, чем в уезде.
Лю Юн вытаращил глаза.
Какая, к чёрту, проверка раны? Ему просто во что бы то ни стало нужно увидеть Сяолань.
После слов Чжоу Чэна Ли Фэнмэй начала усиленно кивать. Повторяя, какой Чжоу Чэн предусмотрительный, она засобиралась вместе с Лю Юном в Шанду.
Пока Ли Фэнмэй не услышит слова врача своими ушами, она не успокоится.
Она попросила хорошую соседку присмотреть за сыном:
— Если мы с Лю Юном сегодня не вернёмся домой, пусть Таотао переночует у вас.
Соседка не поняла всех этих уловок, но, видя, что Чжоу Чэн и Кан Вэй приехали на машине, подумала, что жизнь в семье Лю Юна и впрямь круто переменилась, поэтому охотно согласилась. Ли Фэнмэй взяла с собой все оставшиеся дома несколько сотен юаней и заставила неохотно сопротивляющегося Лю Юна забраться в грузовик.
Кан Вэй втайне показал большой палец: брат Чэн действительно силён, парой фраз снова перехватил инициативу.
Он-то думал, что Чжоу Чэн, завидев Ли Фэнмэй, бесстыдно назовёт её «тётушкой», но кто же знал, что Чжоу Чэн даже обращение к Лю Юну изменит!
Чжоу Чэн рассудил так: Лю Юн знает его подноготную, и между мужчинами незачем притворяться — чем искреннее, тем лучше. Но старшие женщины обычно любят зрелых и степенных, так что перед Ли Фэнмэй он точно не мог продолжать вести себя развязно.
Вчетвером они снова помчались в Шанду.
Насколько же Чжоу Чэн был умён: по пути он вставил всего пару фраз, и тема разговора ушла совсем в другое русло. Ли Фэнмэй сама прыгнула в ловушку, сказав, что нужно позвать Ся Сяолань вместе сходить в больницу. Вероятно, она хотела, чтобы Ся Сяолань и Лю Фэнь встали с ней на одну сторону и помешали Лю Юну снова ввязываться в такие опасные для жизни подработки.
Лю Юн лишь наблюдал, как его жена, следуя ходу мыслей Чжоу Чэна, выкладывает новый адрес Ся Сяолань до последней цифры.
Глупая баба!
Лю Юн втайне сокрушался, но поделать уже ничего не мог.
Большой «Дунфэн» остановился у ворот дома бабушки Юй. Ли Фэнмэй постучала, и дверь открыла Лю Фэнь.
— Брат, ты вернулся?
Лю Юн буркнул в ответ и, разумеется, снова представил Чжоу Чэна и Кан Вэя. Услышав о его ранении, Лю Фэнь тоже наверняка была готова расплакаться. У бабушки Юй было много правил, и Лю Фэнь не могла просто так заводить всех в дом.
Впрочем, ей было не до приёма гостей — сейчас нужно было первым делом отправить Лю Юна в больницу.
Ся Сяолань так и не показалась. Когда Ли Фэнмэй спросила о ней, Лю Фэнь ответила, что Сяолань сегодня уехала в уезд Аньцин.
— Сегодня в школе экзамен, ей нужно было заскочить туда. А потом она собирается в Янчэн, даже билет на поезд на завтра уже купила…
Кан Вэю стало немного жаль брата Чэна. Неужели сегодня им с будущей невесткой не суждено встретиться?
Узнав адрес Ся Сяолань в столице провинции, Чжоу Чэн перестал нервничать. Он запомнил номер дома бабушки Юй, сам не упоминал о встрече с Ся Сяолань и действительно отвёз Лю Юна в народную больницу Шанду на осмотр. Он бегал по всем делам и во всём помогал, так что не только Ли Фэнмэй была безумно благодарна, но и Лю Фэнь прониклась к нему глубокой симпатией.
Всё-таки дорога была долгой, и условия в машине оставляли желать лучшего. Хотя Чжоу Чэн использовал это лишь как предлог, рана Лю Юна действительно была не в лучшем состоянии.
Врач вколол противовоспалительное и велел Лю Юну соблюдать покой.
Когда закончили с больницей, наступил вечер. Чжоу Чэн предложил Лю Юну всем вместе остановиться в гостинице.
Лю Фэнь не согласилась:
— Сяолань наверняка уже вернулась из Аньцина домой, мне тоже нужно вернуться и проверить.
Чжоу Чэн ответил с предельной искренностью:
— Тогда я отвезу вас, тётушка.
Лю Фэнь стало неловко:
— Уже так поздно, неудобно вас обременять. Я сама дойду, дорогу я знаю.
— Это пустяковое дело, один раз на газ нажать. Тётушка, не церемоньтесь со мной. По правде говоря, как только я вас увидел, сразу почувствовал какую-то особую близость. Вы действительно чем-то похожи на мою маму. Я в отъезде уже долго не разговаривал с ней, очень скучаю.
Как Лю Фэнь могла отказать после таких слов?
Мягкосердечная Лю Фэнь уже дорисовала в воображении образ молодого человека, который мечется в делах вдали от дома и не может часто видеться с родными.
Лю Юн про себя проклинал Чжоу Чэна за бесстыдство. Кан Вэй и вовсе пребывал в замешательстве: брат Чэн слишком уж нагло лжёт. Лю Фэнь — смуглая, худая, неприметная, типичная честная деревенская женщина. Мать Чжоу Чэна — это статная, благородная дама. Чжоу Чэн красив именно в неё.
Когда Чжоу Чэн снова подвёз её к дому Юй, в свете тусклых уличных фонарей послышался звон велосипедного звонка.
Ся Сяолань выехала из круга света фонаря на велосипеде. Белое личико, две небрежно заплетённые косы — всё в ней выглядело так кокетливо и мило.
Она увидела стоящий у ворот большой «Дунфэн» с очень знакомым номером.
— Чжоу Чэн?
— Товарищ Сяолань!
Чжоу Чэн зашагал к ней, подавляя желание сжать её в объятиях. Он словно потратил весь свой актёрский талант, припасённый на вторую половину жизни.
— Что ты здесь делаешь?
Ся Сяолань про себя подумала: «Зачем ты воруешь мои реплики?»
Мало того что ворует реплики, так ещё и так официально называет её «товарищем Сяолань». Чжоу Чэн что, головой ударился?
Лю Фэнь вышла из кабины, появились также Лю Юн и Ли Фэнмэй. Ся Сяолань не понимала, что это за представление, Лю Юн всё осознавал, а Лю Фэнь и Ли Фэнмэй удивились:
— Сяолань, ты знаешь Чжоу Чэна?
А? И что теперь? Она должна сделать вид, что не знает его?
Ся Сяолань моргнула Чжоу Чэну, надеясь получить какую-то подсказку.
Чжоу Чэну показалось, что от взмаха её ресниц его сердце вот-вот растает. На мгновение он даже едва не признался Лю Фэнь и Ли Фэнмэй, что влюбился в Ся Сяолань и спит и видит, как бы скорее забрать её в жёны.
Лю Юн, скрепя сердце, поспешил выручить Чжоу Чэна и Ся Сяолань:
— Сяолань, ты знаешь Чжоу Чэна… Помнишь, ты говорила о двух отзывчивых товарищах, которые подвезли тебя домой, когда ты подвернула ногу? Неужели это были Чжоу Чэн и Кан Вэй?
Лю Юн лучше всех знал подоплёку, ведь Ли Фэнмэй и Лю Фэнь не знали о том, что хулиганы пытались напасть на Ся Сяолань. Теперь, когда всё было позади, незачем было их пугать.
Услышав слова Лю Юна, Ся Сяолань поняла, как ей отвечать.
Похоже, её мама и тётя всё ещё не знают о случае с хулиганами. Но дядя ведь говорил, что вернётся только через два месяца, как же он оказался вместе с Чжоу Чэном?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
