— Хочешь остаться в провинциальном центре?
Лю Юн не удивился. Увидев, как выглядит хорошая жизнь, никто не захочет прозябать в бедности в деревне, не двигаясь с места. Иначе почему он сам вечно стремился что-то предпринять?
— А как же домашние поля? Ты ведь раньше всегда переживала, что без земли мы с голоду помрем.
Действительно, а что делать с полями?
Независимо от того, обрабатываешь ты землю или нет, ежегодный налог зерном и различные сборы платить обязана — таковы ограничения крестьянского статуса. Копаться в земле ради пропитания тяжело; если трудиться усердно, можно набить живот, но когда дело доходит до денег, чувствуешь себя стесненным. Прокормиться — это одно, а вот лучшей жизни не видать. В деревне все так жили. Даже городские рабочие не ели мясо каждый день, все экономили каждую копейку!
По сравнению с прошлым, Ли Фэнмэй стоило бы довольствоваться нынешней жизнью. После распределения земли по дворам жизнь крестьян становилась всё лучше.
Но повидав кое-что, Ли Фэнмэй уже не хотела покорно сидеть в деревне.
И дело не в ней самой — родители ведь должны думать о детях?
— Кто сказал, что я брошу поля? Найму кого-нибудь, пусть пашут. В конце концов, если с торговлей прогорим, вернемся — там еще несколько му земли, уж как-нибудь наша семья с голоду не помрет!
Ли Фэнмэй повысила голос.
Она и не чаяла стать такой же хваткой, как племянница, но уж на госпоставки и сборы заработать-то сможет?
— Ладно-ладно, не кипятись. Как скажешь, так и будет.
Лю Юн просто поддразнивал жену, но в итоге пробудил в ней азарт и нежелание уступать. Изначально он планировал перебраться из деревни в уездный город, но, поразмыслив, понял, что в уезде Аньцин делать особо нечего — население там маленькое, на жизнь торговлей заработать можно, но для большого развития нужно ехать в крупный город.
Лю Юн не разбирался в городской экономике. Он знал только одно: когда покупателей много и в их карманах есть деньги, частник может заработать.
Шанду — столица провинции Юйнань. С Шанхаем или Янчэном его не сравнить, но для Юйнани это самый большой и лучший город. От деревни Цицзин недалеко — можно и за старым домом приглядывать, и бизнесом заниматься… Лю Юн подумал, что раньше у него в голове будто опилки были: изо всех сил стремился в Аньцин, когда можно было сразу в Шанду.
— Подожду, когда верну свои вложения, а там все тщательно спланируем.
Ли Фэнмэй пересказала предложение Ся Сяолань. Лю Юн инстинктивно покачал головой:
— И тебе не совестно пользоваться добротой Сяолань? Девчонка явно хочет просто подкинуть тебе денег. У тебя что, глаз наметан одежду выбирать? Или ты рискнешь сама мотаться в Янчэн за товаром? Чем ты реально можешь помочь Сяолань в бизнесе!
Партнерство подразумевает принесение пользы.
Одежду, которую Ся Сяолань привозила из Янчэна, расхватывали в миг, потому что у нее был уникальный вкус.
А если за товаром поедет Ли Фэнмэй, выберет ли она ходовые модели?
Да и язык у нее не особо подвешен. Любая девчонка, которую Ся Сяолань наймет в городе, будет продавать лучше, чем Ли Фэнмэй. Лю Юн не соглашался на долю — это значило наживаться на племяннице!
Ли Фэнмэй засомневалась.
И правда, раз помочь не может, разве это не корысть?
— А как же Таотао? Заработок на мне, а ты должна как следует заниматься сыном.
В семье Лю не было старших, кто мог бы помочь. Родители Лю Юна рано ушли из жизни, а мать Ли Фэнмэй приглядывала за детьми своих братьев и вела их хозяйство — ребенка оставить было не на кого. А Лю Цзитао не шестнадцать, ему всего шесть!
На самом деле, взгляды этой пары отличались от большинства людей того времени. Хоть они и были малограмотными, но придерживались идеи «родительского присутствия», которую станут пропагандировать лишь в будущем. Сейчас было полно семей, где работали оба родителя, и далеко не у всех были бабушки-дедушки. Детей просто спроваживали в школу, и малыши сами возвращались домой. Детей растили просто. Какое там сопровождение или помощь с уроками? Родители вкалывали, чтобы прокормить семью, не до церемоний!
Даже без всякого планирования семьи, Таотао был их единственным сыном… Лю Юн женился поздно, для Ли Фэнмэй это был второй брак, оба уже не молоды.
Ли Фэнь пришла в гостиницу спозаранку.
Она не знала, что любят Чжоу Чэн и Кан Вэй, поэтому завтрак не принесла. В Шанду не было недостатка в закусочных.
Ся Сяолань и Чжоу Чэн хорошо знали улицу еды и привычно повели всех завтракать. Ся Сяолань чувствовала на душе что-то необычное.
Никто не знал, что они с Чжоу Чэном уже бывали здесь раньше.
И никто не знал, что Чжоу Чэн помогал ей продавать угрей и яйца. Телеграммы от него, электрошокер для самообороны, их руки, встретившиеся на вокзале, и объятие перед отправлением поезда… Между ними были секреты, неведомые другим, и это создавало особую связь.
А этот бесстыдник Чжоу Чэн еще и притворялся, будто ничего не понимает:
— Сяолань, чего бы ты хотела съесть?
Ся Сяолань подавила желание смерить его взглядом.
— Миску супа из ослятины.
Уголки губ Чжоу Чэна поползли вверх.
— Слишком мало. Ты такая худенькая, тебе надо есть больше. Давай еще порцию гуаньтанбао!
Миска супа из ослятины и порция гуаньтанбао — когда они с Чжоу Чэном впервые приехали в Шанду, ели то же самое.
Хотя в ноябре начало холодать, Ся Сяолань почувствовала, как кончики ее ушей покраснели еще до того, как она притронулась к супу.
Чжоу Чэн услужливо заказывал еду для всех, ведя себя предупредительно и радушно. Лю Юн все еще не верил, что Чжоу Чэн — кадровый военный. Где в нем солдатская закалка и привычка к тяготам? Совсем не похож на работягу-рядового, скорее на изнеженного барчука, знающего толк в еде и удовольствиях!
Лю Юн пребывал в унынии, а хозяин лавки, видя, что компания заказывает много и не скупится, решил поддакнуть:
— Брат, это твой зять, что ли? Такой почтительный и щедрый, да и парень справный. Завидую тебе, дружище!
Лю Юна чуть кондрашка не хватила. Какой еще зять? Завидуешь — так забери его себе!
Кто угодно мог разглядеть, что Чжоу Чэну нравится Ся Сяолань. Ли Фэнмэй это знала, Ли Фэнь тоже видела. У обеих женщин сложилось о нем хорошее впечатление. Чжоу Чэн не скрывал своих чувств и открыто проявлял знаки внимания.
Покончив с завтраком, он спросил напрямую:
— Сяолань, я слышал от тетушки, что ты сегодня одна собираешься в Янчэн? Мне тревожно отпускать тебя одну. Можно я поеду с тобой?
— А?
Да если ты поедешь, будет еще опаснее!
Лю Юн почувствовал, что спина разболелась еще сильнее.
Кан Вэй уже привык к тому, что Чжоу Чэн ради девушки готов забыть о друзьях. Одному небу известно, какой путь проделал Кан Вэй — от шока при первом «предательстве» до нынешнего спокойствия.
Ли Фэнмэй посмотрела на племянницу. Чжоу Чэн — парень видный, неужели и Сяолань он приглянулся?
Ли Фэнь была в смятении. Впечатление о Чжоу Чэне у нее было хорошее: парень так внимателен к ее дочери, хлопочет вокруг, да еще и в Янчэн хочет сопроводить… Ли Фэнь не сомневалась в его порядочности, она просто переживала из-за поступления Ся Сяолань в университет.
Торговля и так отнимает много сил, куда еще об отношениях думать?
Ся Сяолань тоже не ожидала, что Чжоу Чэн будет настолько смел.
Он сказал это при всех. Даже если она откажет, Чжоу Чэн найдет способ поехать… Однако Ся Сяолань поймала себя на мысли, что ей не очень-то и хочется отказывать. Она убедила себя, что Чжоу Чэн хотя бы поможет таскать тяжелые тюки.
— Хорошо, если это не отнимет у тебя слишком много времени.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
