Бай Чжэньчжу взяла сто штук и заработала 6000 юаней.
Чэнь Силиан в одиночку реализовал 230 штук, заработав больше всех — целых 13 800 юаней.
Ли Шисюн тоже остался весьма доволен: вложив 900 юаней, он в мгновение ока получил сверху ещё 600. Лишь Вань Шисюн, долго раздумывая, в итоге так и не продал магнитофоны другу Чэнь Силиана — он решил продавать их сам в розницу! Всего-то десять радиоприемников: не купят — и ладно, друг Чэнь Силиана не обиделся, и трое остальных просто разделили между собой оставшиеся 490 штук.
Когда расчет за товар был окончен, Ся Сяолань ничего не сказала.
Чэнь Силиан, одурманенный внезапным заработком в десять с лишним тысяч, теперь смотрел на Ся Сяолань как на само божество богатства.
— Ся-цзе, если снова будет такое выгодное дело, не забудь позвать меня!
Несмотря на страх и тревогу, в которых он провел день и ночь, прибыль была настолько впечатляющей, что Чэнь Силиан явно хотел повторить это еще несколько раз.
Однако Ся Сяолань знала, что нужно вовремя остановиться. Она и сама не понимала, какой удачей была эта сделка, но зарабатывать такие деньги, дрожа от страха, стоило лишь однажды. Теперь у неё был капитал, чтобы затеять с Бай Чжэньчжу что-нибудь другое.
— Кстати, утром заходил твой зять, просил тебя поскорее найти его, как вернешься.
Лицо Чэнь Силиана изменилось, и, забыв о своем триумфе, он поспешно ушел.
Когда Ся Сяолань осталась с тремя спутниками, она обратилась к двоим Шисюнам:
— Мне нужно сесть на ближайший рейс до Шанду, будьте добры, проводите меня до вокзала.
Вань Шисюн всё еще нес в руках десять радиоприемников, поэтому ему сначала нужно было зайти домой. Ся Сяолань ждала их у Бай Чжэньчжу. Хозяйка дома не стала обсуждать поведение двоих Шисюнов — время Ся Сяолань было дорого, и Бай Чжэньчжу хотела обсудить их совместный бизнес.
Ся Сяолань не стала ничего скрывать:
— Я хочу открыть магазин строительных и отделочных материалов, но конкретнее этим займусь только после июля.
Если Лю Юн будет брать заказы на ремонт, где ему закупать материалы?
Найти подходящую плитку — задача не из легких, со светильниками та же беда, не говоря уже о мебели. Ремонт включает в себя как черновую, так и чистовую отделку: полы, потолки, стены, двери и окна. А декор подразумевает мебель, картины, керамику, шторы, освещение и даже живые растения.
Делая ремонт в «Синем фениксе», Ся Сяолань на собственном опыте прочувствовала, как трудно достать нужные материалы.
Если она откроет такой магазин, не создаст ли это целую производственную цепочку вместе с делом дяди Лю Юна? Даже если заказам Лю Юна не потребуется столько материалов, Пэнчэн — это особый экономический район, который будет стремительно развиваться долгие годы. Здесь много иностранного капитала, и Пэнчэн первым примет на себя влияние внешних веяний. В стране уже появилось первое коммерческое жилье, и не пройдет и пары лет, как люди начнут массово интересоваться качественным ремонтом.
На данный момент эта отрасль, конечно, не приносит деньги так быстро, как торговля одеждой, но Ся Сяолань смотрела в будущее. В любом случае, её двадцать тысяч юаней лежали без дела, а крошечные проценты в банке её не интересовали — лучше было пустить их в оборот.
Ся Сяолань прямо сказала Бай Чжэньчжу, что поначалу больших денег ждать не стоит, и если та хочет войти в долю, ей нужно всё хорошенько обдумать.
— К июлю я планирую вложить как минимум 50 тысяч. Либо делать по-крупному, либо не браться вовсе. Я хочу, чтобы это был самый большой магазин отделочных материалов в Пэнчэне. Я уже присмотрела то здание на перекрестке у моста Жэньминь. Без сотни тысяч с лишним нам такой размах не потянуть, поэтому я планирую привлечь в качестве пайщика Кан Вэя, которого ты видела в прошлый раз.
Каждому нужно было вложить по 50 тысяч — бизнес, требующий более ста тысяч инвестиций.
Если бы не сегодняшняя шальная прибыль, всё состояние Бай Чжэньчжу не дотягивало бы и до десяти тысяч. Сможет ли она заработать необходимые 50 тысяч к июлю? Если дела и дальше пойдут так гладко, Бай Чжэньчжу верила, что сможет.
Но имея на руках несколько десятков тысяч, она могла бы выбрать любой другой бизнес.
Не обязательно перепродавать брюки — как говорила Ся Сяолань, можно превратиться из розничного торговца в оптовика. Имея капитал, можно перейти с одежды на электронику.
Зачем вкладывать деньги в дело, которое в краткосрочной перспективе может не окупиться?
Рассудок подсказывал Бай Чжэньчжу отказаться. Но интуиция шептала, что Ся Сяолань никогда не станет заниматься убыточным делом. Бай Чжэньчжу не ответила прямо, а задала вопрос, казалось бы, совсем не по теме:
— Почему именно после июля? Если мы соберем капитал раньше, разве нельзя начать пораньше?
Ся Сяолань покачала головой:
— Нет, нельзя. Потому что в июле я сдаю Гаокао.
Что сдаешь?
Бай Чжэньчжу с первого раза даже не расслышала.
— Я буду участвовать в единых государственных вступительных экзаменах.
Они были знакомы несколько месяцев, и Бай Чжэньчжу даже не подозревала, что Ся Сяолань всё еще учится!
Разве она была похожа на студентку?
Смелая, хваткая в делах, умеющая вести себя на равных с таким главарем банд, как Кэ Исюн… Обладая такими талантами в столь юном возрасте, она производила впечатление человека, прошедшего суровую школу жизни. И теперь, когда Ся Сяолань сообщила, что она — всего лишь абитуриентка, Бай Чжэньчжу лишь беззвучно открывала рот, не в силах вымолвить ни слова.
«Да уж, люди действительно бывают разными».
Обычно прямолинейная и даже грубоватая Бай Чжэньчжу впервые в жизни лишилась дара речи!
***
После того как Ся Сяолань призналась, что она выпускница, Бай Чжэньчжу смотрела на неё как на живую панду.
Ся Сяолань поручила ей задание: до июня во что бы то ни стало арендовать то здание на перекрестке у моста Жэньминь.
— Бай-цзе, даже если вы не войдете в долю, просто помогите мне с этим.
Бай Чжэньчжу согласилась, а затем спросила:
— А такие сделки, как сегодня, ты еще будешь проворачивать?
Ся Сяолань, подумав, покачала головой:
— У меня неспокойно на душе. Такие деньги достаточно заработать один раз. Возможностей заработать и так предостаточно, нам не к чему так спешить. Бай-цзе, подумайте сами: разве тех денег, что мы зарабатываем сейчас, уже не хватает на вполне безбедную жизнь?
Бай Чжэньчжу замерла.
А ведь и правда. Если бы не поездки в Пэнчэн, она бы так и стояла у своего захудалого фруктового лотка или уже подумывала бы податься в мясники. Забивая по две свиньи в день, она в лучшем случае имела бы тысячу в месяц.
Сейчас же её доход от перепродажи дешевой одежды был в разы выше. С такой скоростью она могла обеспечить бабушку и накопить брату на свадьбу. Так зачем же идти на такой риск? Она так помешалась на деньгах, что едва не сбилась с пути.
Когда Вань Шисюн и Ли Шисюн проводили Ся Сяолань до автобуса, она вручила каждому по щедрому конверту.
Заработав денег, Ся Сяолань никогда не скупилась. Хоть она и была еще далека от статуса «большого босса», она выделила им два «хунбао» по 200 юаней. У них фактически выходила дневная оплата как у высококлассных специалистов: побегали несколько дней с Ся Сяолань, не подвергаясь смертельной опасности, и вот результат. Ли Шисюн прикинул: 600 юаней прибыли с радиоприемников плюс бонусы от Ся Сяолань — за эту неделю он получил доход в 900 юаней.
— С Ся Сяосянь не пропадешь.
Вань Шисюн молчал, он всё думал о тех десяти радиоприемниках, что оставил дома. Почем их продать? По 200 юаней или дороже?
На фоне прибыли от радиоприемников бонус в 300 юаней от Ся Сяолань уже не казался ему чем-то значительным. На своих 150 приемниках Ся Сяолань заработала чистыми 9000 юаней. Вань Шисюн считал, что эти десять штук достались ему только благодаря протекции его «младшей сестры» Бай Чжэньчжу, ведь это она узнала о товаре… Ему и в голову не пришло, что даже если бы Бай Чжэньчжу узнала о сделке, без решительности Ся Сяолань и её связей с Чэнь Силианом, Бай Чжэньчжу никогда бы не смогла выкупить партию в 500 штук, и возможность заработать просто проплыла бы мимо!
Ли Шисюн лишь незаметно качал головой. У каждого свои амбиции. Когда-то они вместе учились кунг-фу и были близки как братья, но школа закрылась, каждый пошел своим путем, и за годы разлуки все изменились.
Он видел, что Вань Шисюн начал заноситься. Неважно, кто такая Ся Сяолань, если Бай Шимэй признает её главной. Бай Шисюн мог позвать на помощь кого угодно — в их школе когда-то было полно учеников. Неужели они обязательно должны были упрашивать именно Вань Шисюна?
Тот, кто не знает своего места, долго ни с кем не сработается!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
