Чем лучше у человека характер и чем он мягче, тем невозможнее его вернуть, если он однажды принял какое-то решение.
Если бы его мать раскаялась, то на протяжении многих лет, пока отец оставался в одиночестве, у неё была масса возможностей всё исправить.
Связь между разными странами поддерживать трудно, но даже в прошлом году, когда мать и сын вернулись в страну, шанс всё ещё оставался.
Нужно было довести ситуацию до предела, заставить Тан Хунэна почувствовать к ней отвращение и начать новые отношения, чтобы Цзи Цзяньюань наконец смог разглядеть истинные мысли своей матери.
Цзи Цзяньюань был в этом уверен, но Цзи Я не желала признавать очевидного. Придя в себя, она пришла в ярость:
— Ты понимаешь, что несёшь? Кто он такой? Даже если бы он на коленях умолял меня вернуться, я бы на него и глазом не повела!
— Мы оба знаем, что мужчина с достоинством никогда не станет ползать на коленях, умоляя бывшую вернуться…
Цзи Цзяньюань уже не знал, что и сказать.
Как раз в этот момент Ся Сяолань с остальными расплатились и вышли из ресторана. Цзи Цзяньюань тут же замолчал.
Тан Хунэн окликнул его, но на Цзи Я даже не взглянул.
Лю Фэнь чувствовала себя крайне неловко, но всё же кивнула Цзи Цзяньюаню.
Ся Сяолань не до конца понимала тонкости атмосферы между этой матерью и сыном. Для женщины с нездоровой психикой вполне естественно срывать злость на собственном сыне. Цзи Цзяньюань хоть и отказался от финансовой поддержки Цзи Я, но эмоционально и по крови не мог полностью разорвать с ней связь. Именно поэтому она могла общаться с Цзи Цзяньюанем, но они никогда не смогли бы стать близкими друзьями… При мысли об этом Ся Сяолань замерла: не могут быть друзьями, а вдруг в будущем станут сводными братом и сестрой?!
Ся Сяолань и её спутники быстро прошли мимо матери и сына.
Харолд выбежал из ресторана вслед за ними и протянул Ся Сяолань визитку:
— Мисс Ся, это наша третья встреча, пришло время познакомиться официально. Харолд Уилсон, очень рад знакомству.
Тан Хунэн нахмурился, но Харолд лишь пожал плечами:
— Мэр Тан, давайте расслабимся, сейчас личное время. Мы же не обязаны каждую минуту обсуждать государственные дела?
Нет никаких причин, по которым мэр может ужинать с дамой в западном ресторане, а он должен вести себя как чопорный иностранный инвестор.
— У меня нет визитки, но я тоже рада знакомству, мистер Уилсон…
Даже если не получится переманить его на свою сторону, можно хотя бы позлить Цзи Я.
Ся Сяолань взяла визитку. Она, конечно, была рада знакомству с Харолдом. Она планировала подождать, пока он выкупит земли вокруг озера Сянми, чтобы потихоньку последовать за ним и собрать остатки!
Лицо Цзи Я стало ещё мрачнее, но какое дело до этого Ся Сяолань?
Когда троица вышла из отеля, Сяо Ван уже ждал снаружи.
Тан Хунэн велел Сяо Вану сначала отвезти Ся Сяолань с матерью домой. Когда машина тронулась, Ся Сяолань то и дело поглядывала на мать.
Лю Фэнь только что выпила полбокала красного вина.
На лице человека, который почти не пьёт, влияние алкоголя отражается мгновенно.
— Мам, вы с дядей Таном… начали встречаться?
Лю Фэнь не подтвердила и не опровергла это. Возможно, она и сама не понимала, как назвать их нынешний статус. Всему, что произошло сегодня вечером, поспособствовала Цзи Я.
Ся Сяолань не собиралась допрашивать мать, поэтому сменила тему:
— А стейк вы резали просто отлично!
Об этом можно было поговорить, и Лю Фэнь, сдерживавшая лёгкую гордость, наконец призналась:
— Я научилась этому у твоей Юй Найнай. Я сказала, что мне неудобно пользоваться иностранными ножом и вилкой, и Юй Найнай научила меня жарить стейки дома… Я вообще-то хотела дождаться твоего дня рождения и приготовить тебе западный ужин, чтобы ты попробовала.
Значит, это был сюрприз для неё, который раскрылся раньше времени из-за провокации Цзи Я.
Теперь Ся Сяолань окончательно убедилась, что норма её матери — один бокал.
Хоть она и шла ровно, на самом деле была уже пьяна.
Иначе с чего бы ей выдавать все секреты?
В этом году на свой день рождения Ся Сяолань, скорее всего, будет в Цзянчэне!
Архитектурный симпозиум открывается в Цзянчэне 20 июля и продлится три дня, а её день рождения — 24 июля.
— Тогда поехали со мной в Цзянчэн.
Это поможет немного успокоиться. Ся Сяолань чувствовала, что под влиянием Цзи Я её мать сделала слишком широкий шаг. Завтра утром, когда хмель выветрится, она, возможно, не будет знать, как смотреть в глаза мэру Тану!
…
— Ай Лунь, как думаешь, «мисс Мафия» позвонит мне?
Ужинать с племянником Цяо Чжи было совершенно скучно — он ни остроумен, ни умен. Харолд терпеть не мог серых, заурядных людей.
Но встретить сегодня в ресторане Ся Сяолань было для него настоящим сюрпризом.
Она не была похожа на тех женщин, с которыми он встречался раньше.
Как человек, ценящий эффективность, Харолд придерживался принципа: если женщину можно соблазнить, её нужно соблазнять сразу; если за короткое время нет реального прогресса, не стоит тратить время.
Ся Сяолань была другой.
Он приехал в Пэнчэн по делам инвестиций и задержится здесь ненадолго. Это была прямо-таки хрестоматийная «случайная встреча» из голливудских мелодрам: три раза за полмесяца, и каждый раз Ся Сяолань производила на него неизгладимое впечатление. Ради такого знакомства стоило замедлить шаг и действовать постепенно.
Дворецкий Ай Лунь, на удивление, всерьёз задумался над вопросом.
В частной обстановке их отношения не были такими сухими, как у хозяина и слуги. Когда рядом никого не было, Харолду не нужно было постоянно изображать из себя представителя элиты.
— Думаю, сейчас у неё вряд ли есть на это время. Вы ведь даже не знаете, кто она такая.
Ай Лунь уже слышал от Харолда, почему тот прозвал Ся Сяолань «мисс Мафия».
Когда красота сочетается с дерзостью, это становится невероятно притягательным.
Леди созданы для брака, а плохие девчонки заставляют мужчин влюбляться без памяти!
Но плохие девчонки очень опасны. Ай Лунь даже подозревал, что появление Ся Сяолань не было случайностью.
И дело не в том, что Ай Лунь привык думать о людях плохо. Семья Уилсон в Америке, может, и не входила в число богатейших, но они определенно были состоятельными людьми. А в экономически отсталом Китае щедрость мистера Харолда могла обеспечить обычному китайцу безбедную жизнь до конца дней… Нет ничего удивительного в том, что китайская девушка захотела бы сблизиться с мистером Харолдом.
Ай Лунь был полон сомнений.
Харолд расхохотался:
— Я уже знаю достаточно. Она — подруга Цзи, и Цзи не хотел, чтобы я с ней знакомился. Но, Ай Лунь, эта девушка слишком горячая. Все мужчины на приёме хотели познакомиться с ней, они совали ей свои визитки… Могу поспорить, ни один из них так и не дождался её звонка!
Ай Лунь пробормотал:
— Да, сэр, она обязательно позвонит вам, ведь вы не такой, как те люди.
Ай Лунь полагал, что «охотница за золотом» не упустит мистера Харолда.
Он богат, красив и не женат.
Кто откажет такому идеальному мужчине?
Харолд, честно говоря, думал так же.
Но прошло два дня, а в отель к нему никто не пришёл и никто не позвонил.
Он ведь специально написал адрес отеля и номер телефона на обороте визитки.
Телефон упорно молчал. Ай Лунь твердил, что это «мисс Мафия» ведет тонкую игру, но Харолд не слишком в это верил.
Так ли это было на самом деле?
На самом деле Ся Сяолань уже вообще не было в Пэнчэне.
Она и знать не знала, что Харолд оценил её как «горячую».
Она уже день как находилась в Цзянчэне.
Что такое «горячо»?
Это погода и еда в Цзянчэне!
Жара в одной из «четырех печей» и привычка местных жителей к острой пище заставляли Ся Сяолань обливаться потом.
Она и не собиралась звонить Харолду. У неё даже козырей на руках не было, сейчас она надеялась лишь на то, что на симпозиуме ей попадётся какой-нибудь доверчивый авторитет из индустрии. Если не удастся завлечь сладкими речами, она его наймет. А если и за деньги не удастся… Невозможно, значит, просто предложила слишком мало!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
