Ся Сяолань не понимала восторга Мао Каншаня.
Она и не подозревала, что новоиспечённый наставник возлагает на неё такие большие надежды: ещё не успев ничему научить, он уже хотел, чтобы Ся Сяолань засучила рукава и померилась силами с Нин Яньфанем.
Мао Каншань внимательно осмотрел стройплощадку гостиницы «Наньхай», засыпая Ся Сяолань вопросами на каждом шагу.
Ся Сяолань могла отвечать только по части отделки; в проект основного здания, созданный Нин Яньфанем, она не была посвящена полностью.
Мао Каншань топал ногами и ругался, называя её дурой, но, закончив, присел на корточки, подобрал ветку и принялся чертить на земле, объясняя ей материал.
Ся Сяолань оставалось только присесть рядом. Она не смела слушать вполоборота — старик Мао явно вошёл в режим преподавания.
Оказалось, что Мао Каншань — прекрасный лектор.
Ся Сяолань доводилось слушать и лекции Нин Яньфаня: он объяснял всё доходчиво, начиная с самых азов.
У Мао Каншаня был совсем другой стиль.
Он взял спроектированную Нин Яньфанем гостиницу «Наньхай» в качестве шаблона и буквально препарировал ход мыслей соперника. Будучи столь же знаменитым, Мао Каншань видел проект Нин Яньфаня насквозь.
Он обучал Ся Сяолань на примере работы Нин Яньфаня.
Кое-чего Ся Сяолань совсем не понимала.
Мао Каншань не сюсюкал с ней и не давал поблажек. Куда делась та заторможенность и сонливость, что он проявлял на семинаре? Энергия из него била ключом, и он отчитал Ся Сяолань по полной программе.
Выругавшись, он разложил всё по полочкам и объяснил заново.
Закончив с одним моментом, он, не заботясь о том, усвоила ли Ся Сяолань материал, называл список книг, которые ей нужно прочитать.
Некоторые книги входили в бакалаврскую программу архитектурного факультета Хуацин, другие же явно выходили за её рамки.
Ся Сяолань никогда с ними не сталкивалась и поспешно всё записывала.
Заметив, что у Мао Каншаня от долгой речи на губах выступила пена, она поспешила подать ему воды:
— Учитель, отдохните немного, потом продолжим. И давайте не будем сидеть на корточках. Я ничего такого не имею в виду, просто вы уже в возрасте, если резко встанете после долгого сидения, голова может закружиться.
Мао Каншань жадно выпил стакан воды:
— Какой отдых? Я за тебя переживаю! Твои базовые знания слишком сильно отстают!
Ся Сяолань вовсе не отставала. Она только переходила на второй курс, и для студента-архитектора её уровень был, напротив, весьма продвинутым.
Но под «отставанием» Мао Каншань подразумевал сравнение с Нин Сюэ, внучкой Нин Яньфаня.
Нин Яньфан начал закладывать базу Нин Сюэ, когда та была ещё совсем маленькой. Мао Каншань обычно не интересовался чужими внучками, но эта по воле случая училась в том же университете, на том же факультете и даже в той же группе, что и Ся Сяолань. Он не хотел, чтобы через несколько лет Ся Сяолань сокрушалась: «Зачем небо явило Чжоу Юя, если уже создало Чжугэ Ляна?». Если быть, то только первой, и ни с кем не делить это место.
«Две красавицы Хуацин» — такого прозвища Мао Каншань слышать не желал.
Самому Мао Каншаню тоже до смерти надоело это «Нин на севере, Мао на юге»!
Тем не менее, вняв словам Ся Сяолань, Мао Каншань всё же медленно поднялся.
Ся Сяолань была права: он стар, нужно беречь здоровье, иначе он не успеет проучить её и нескольких лет. Если он не увидит, как Ся Сяолань обходит внучку Нин Яньфаня, он и на том свете не обретет покой… Да-да, превзойти Нин Сюэ — это лишь первый шаг. Второй — помериться силами с самим Нин Яньфанем.
При мысли о том, что инвесторы гостиницы «Наньхай» выбрали проект отделки Ся Сяолань, отвергнув старый вариант Нин Яньфаня, Мао Каншань, заложив руки за спину, принялся кружить по стройке, сияя от необъяснимого восторга.
Ян Юнхун стояла поодаль, в её глазах читалась зависть.
Она завидовала не богатству Ся Сяолань, а возможности учиться у профессора Мао.
Факультеты архитектуры и гражданского строительства часто то объединялись, то разделялись, и Мао Каншань был величиной в обеих областях.
Ли Дунлян, заметив её взгляд, спросил:
— Почему бы тебе не подойти и не послушать?
Ян Юнхун почесала затылок:
— Менеджер Ли, не искушайте меня. Это совсем другое дело.
Нужно знать меру. Сяо Лань по доброте душевной устроила её на подработку с высокой зарплатой в 400 юаней, и Ян Юнхун обязана работать так, чтобы оправдывать эти деньги.
Разве она пришла сюда, чтобы получать частные уроки в рабочее время?
Если бы она набралась наглости и подошла послушать, Сяо Лань наверняка бы не возражала. Но Ян Юнхун не собиралась этого делать.
Отведя завистливый взгляд, Ян Юнхун спросила Ли Дунляна:
— Менеджер Ли, разве мы не собирались на приемку товара?
— Верно, пошли!
Если от пребывания здесь на душе скребут кошки, лучше просто не смотреть. Ли Дунлян, шедший следом, на самом деле был доволен.
Эта однокурсница госпожи Ся и впрямь хороша. Трудолюбивая и способная. А главное — порядочная!
Она помнит о долге перед госпожой Ся. Ли Дунлян и Гэ Цзянь были как братья и понимали лучше других, каких трудов стоило Ся Сяолань добиться нынешнего расположения Мао Каншаня.
Статус учителя и ученицы уже определен. Одно дело учить одного студента, и совсем другое — двоих.
Человек должен знать границы и не пользоваться добротой и связями ради выгоды.
В этом плане Ян Юнхун молодец… Будь у госпожи Ся побольше таких однокурсников… Ли Дунляна посетила одна мысль. Госпожа Ся нацелена на великие дела — это он и Гэ Цзянь поняли давно. Весь этот бизнес с одеждой и стройматериалами — лишь подготовка к торговле недвижимостью.
Термин «недвижимость» Ли Дунлян выучил совсем недавно.
Каким бы бизнесом ни занималась госпожа Ся, ей нужны помощники.
Ли Дунлян решил обсудить это с Лю Юном: нельзя ли приложить усилия и окончательно переманить Ян Юнхун к ним?
Если Гун Ян из Шандуского университета может на них работать, почему бы не нанять Ян Юнхун из Хуацин?
Попробовать стоит. Ли Дунлян зашагал быстрее, догоняя её.
…
Пока Ся Сяолань училась у Мао Каншаня на стройплощадке, Мао Гоушэн сопровождал свою мать, Сунь Дяньян, на прогулке по озеру Сянмиху.
С тех пор как они приехали в Пэнчэн, на душе у Мао Гоушэна было неспокойно, словно капля воды упала в раскалённое масло — всё вокруг шипело и брызгалось.
Его сердце было этой самой каплей: оно не смешивалось с маслом, но ужасно пугалось жара сковороды!
— Гоушэн, я вижу, тебя что-то гложет?
Сунь Дяньян не была высокообразованной, но, прожив полвека с Мао Каншанем, обладала неплохой наблюдательностью.
Возможно, она и сама того не сознавала, но Мао Каншань влиял на неё во всём.
Она не умела рассуждать о высоких материях, её заботили лишь житейские мелочи.
Перемены в настроении Мао Гоушэна после приезда в Пэнчэн не укрылись от её взгляда.
На вопрос матери Мао Гоушэн ответил не сразу. Он подбирал слова, не зная, как начать.
Под пристальным взором Сунь Дяньян Мао Гоушэн, переборов себя, высказал свои опасения:
— Сяо Ся приставила к нам людей, чтобы возить по развлекательным местам, а сама невесть куда уволокла отца. Мама, неужели вы не беспокоитесь? Эта Сяо Ся ведет себя слишком вызывающе, швыряет деньги направо и налево… Уж не…
Мао Гоушэн не договорил.
Сунь Дяньян вздохнула:
— По-моему, Сяо Ся — славная девушка. Если сомневаешься, почему бы не спросить прямо? А если не можешь спросить — смотри в оба.
Мао Гоушэн густо покраснел: он ведь уже спрашивал однажды, но Ся Сяолань ничего ему не ответила!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
