Мэр Тан проработал в Пэнчэне уже достаточно долго и давно перестал быть тем чужаком, которому на каждом шагу чинили препятствия и которому приходилось тайно ездить с водителем в низы, чтобы разобраться в ситуации.
Сочетая способности и твердую руку, он уже прочно закрепился в Пэнчэне.
Его власть стала столь велика, что начала угрожать даже первому лицу города… Даже упоминая его в частных беседах, этот человек невольно старался говорить уклончиво.
В мэрии невозможно ничего скрыть. Цзи Я нанесла один визит, совершенно не скрывая своей личности; стоило узнать одному, как новость разлетелась среди всех осведомленных. И дело было не в желании посмеяться над руководством — знание подробностей личной жизни начальника помогало избегать запретных тем.
— Правда? А я-то думал, это слухи…
— Тсс, это не слухи.
Иностранцы — народ безрассудно смелый, ведут дела, совершенно не заботясь о том, чтобы сохранить лицо другим.
Бывшая жена мэра Тана тоже хороша: она ведь даже не из Пэнчэна, зачем ей понадобилось устраивать свадьбу именно здесь?
Она еще и пригласила многих сотрудников правительственных ведомств, намеренно ставя мэра Тана в неловкое положение. После этой свадьбы личная жизнь Тан Хунэна определенно станет темой для пересудов.
Эти люди и не подозревали, что модные молодожены пригласили самого мэра Тана… О таком дерзком поступке никто из них и помыслить не мог.
В комнате Цзи Я надела свадебное платье, доставленное авиапочтой.
Она была прекрасна до кончиков волос — в конце концов, она целую неделю тщательно ухаживала за собой.
То же самое касалось и кожи лица: благодаря уходу и искусному макияжу морщинки в уголках глаз исчезли.
Визажист, приглашенный из Гонконга, без конца восхвалял грацию и красоту Цзи Я.
И это не было лестью — в праздничном наряде Цзи Я действительно выглядела выдающейся.
Цяо Чжи несколько раз заглядывал в дверь, но присутствующие в комнате всякий раз выпроваживали его.
Чжэнь Вэньсю была рада за Цзи Я, но в то же время ее сердце было не на месте. Только она одна знала, что Цзи Я пригласила Тан Хунэна, и это давление было слишком тяжелым. Видя, что банкет вот-вот начнется и Цзи Я с Цяо Чжи должны выйти для церемонии клятвы перед священником, Чжэнь Вэньсю не выдержала и, улучив момент, выскользнула из комнаты.
Цзи Линь принимал гостей по всему залу.
Старик Цзи ушел из жизни, и прежние связи со многими учениками и старыми друзьями ослабли, но свадьба Цзи Я дала повод вновь встретиться и пообщаться. Людей, пожелавших прийти на торжество, оказалось немало.
Цзи Линь, разумеется, был очень доволен. Свадьба была обставлена достойно, Цяо Чжи проявил щедрость, оплатив проживание и питание всем гостям — ведь если приглашаешь людей в Пэнчэн на свадьбу, нельзя заставлять их тратиться на поездку.
Сначала Цзи Линь был против того, чтобы проводить свадьбу в Пэнчэне, но теперь находил это решение отличным.
Не в Пекине — значит, не нужно соблюдать столько условностей.
Цзи Я не ошиблась с выбором мужа: американский зять Цяо Чжи заставлял Цзи Линя гордиться, и гости то и дело расспрашивали о нем.
Чжэнь Вэньсю никак не могла втиснуться, чтобы поговорить с Цзи Линем, поэтому ей пришлось искать жену Цзи Линя.
Жена брата Цзи Я совершенно не хотела приходить, и согласилась только после того, как Цзи Линь устроил дома грандиозный скандал.
Сегодня на свадьбе тётя Цзи старалась держаться в тени, работая, так сказать, спустя рукава. Она лишь хотела, чтобы сегодняшняя церемония поскорее закончилась без происшествий. Если Цзи Я хочет роскоши — пусть, разве она может указывать Цзи Я, как тратить деньги?
Когда Чжэнь Вэньсю нашла тётю Цзи и рассказала ей новости, та почувствовала, будто невидимые руки вцепились ей в горло, не давая вздохнуть:
— Ты серьезно?
Чжэнь Вэньсю кивнула:
— Серьезно. Посмотри, сколько здесь людей, у меня сердце в груди колотится как барабан…
Барабан?
Тёте Цзи казалось, что прямо у нее над ухом взрывают петарды!
У нее перехватило дыхание от тревоги. Она хотела поговорить с Цзи Линем, но тот стоял в окружении гостей, сияя от успеха, и тётя Цзи чувствовала лишь горечь.
Лучше было найти Цзи Цзяньюаня — он был рассудительнее своего дяди:
— Цзяньюань, скажи тёте честно, ты знал, что твоя мать пригласила твоего отца на свадьбу?
Если бы Цзи Цзяньюань знал и промолчал, тётя Цзи посчитала бы, что зря его любила.
Сегодня Цзи Цзяньюань был в парадном костюме, выглядел бодрым и красивым. Многие гости, у которых были дочери, наверняка присматривались к нему. Родители Цяо Чжи, прилетевшие из-за океана, были о нем весьма высокого мнения.
По ребенку можно судить о воспитании старших. Цяо Чжи был без ума от Цзи Я, и видя, каким выдающимся вырос Цзи Цзяньюань, его родители решили, что и мать должна быть под стать.
Благодаря тому, что Цзи Цзяньюань производил хорошее впечатление, родители Цяо Чжи были довольны семьей Цзи. А поскольку Цзи Линь работал в министерстве и вся семья была образованной, они легко находили общий язык с родителями Цяо Чжи, что стало приятным сюрпризом.
Цзи Цзяньюань сегодня чувствовал себя как рыба в воде. Он очень хотел, чтобы его родная мать спокойно вышла замуж, но, услышав вопрос тёти, нахмурился:
— Тётя, я не знал. Составлением списков гостей занимался не я. От кого вы это услышали?
Тётя Цзи от возмущения едва не подпрыгнула:
— Неважно, от кого я это услышала! Теперь она действительно пригласила твоего отца посмотреть на церемонию, ты считаешь это уместным? Посмотри на гостей: здесь друзья и родственники семьи Цзи, местные чиновники Пэнчэна. Если твой отец придет —
Тётю Цзи вовсе не заботило, потеряет ли лицо Тан Хунэн.
Но если Тан Хунэн опозорится, какая выгода от этого семье Цзи?
Этот счет всё равно предъявят семье Цзи!
Цзи Цзяньюань нахмурился еще сильнее.
В Америке в этом не было бы ничего особенного — некоторые пары даже устраивают вечеринки по случаю развода, — но в Китае это было весьма проблематично.
— Тётя, пригласила она его или нет, позвольте мне с этим разобраться. Когда он приедет, я всё устрою.
Тётя Цзи прижала руку к груди:
— Ты уж постарайся всё уладить. Не хватало еще, чтобы твоя мать пустила по ветру репутацию твоего дедушки, которую он нарабатывал всю жизнь.
Присутствие родного сына должно было успокоить Тан Хунэна. Тёте Цзи безумно хотелось вправить золовке мозги. Скорее бы она вышла за Цяо Чжи и уехала с ним в Америку, подальше с глаз, чтобы сердце не болело!
Цзи Я вышла в белом свадебном платье.
Изящная и прекрасная. Цяо Чжи тоже был в костюме. Все в семье Уилсон были хороши собой, и Цяо Чжи следил за фигурой, так что они с Цзи Я действительно составляли отличную пару. На лужайке было, пожалуй, две или три сотни гостей. Только что все обменивались приветствиями, но теперь затихли и начали рассаживаться по местам, следуя указаниям распорядителя.
Арка из живых цветов, помост для клятв и иностранный священник — такая свадьба была в диковинку. Оказывается, вот как празднуют свадьбы иностранцы.
Цзи Я шла под руку с Цзи Линем. Её отец умер, и Цзи Линь, как старший брат, заменял ей отца. Он должен был пройти с ней весь путь и передать ее в руки жениху, Цяо Чжи — это был один из обязательных свадебных обрядов.
Свадьба вот-вот начнется, но Тан Хунэна нигде не было видно. Заиграла музыка, и Чжэнь Вэньсю вместе с тётей Цзи облегченно вздохнули.
Неужели Цзи Я просто болтала чепуху, или Тан Хунэн, получив приглашение, решил не приходить?
Не придет — и хорошо, свадьба сможет пройти спокойно.
Цзи Я была крайне разочарована. Неужели Тан Хунэн побоялся прийти?
Если он не придет, всё теряет смысл! Цзи Я чувствовала, что без присутствия Тан Хунэна в этой свадьбе будет не хватать самого главного звена.
У каждого были свои мысли, когда машина въехала прямо на территорию курорта и остановилась у самой лужайки. Кто же это такой важный, что ему позволили так заехать? Все невольно обернулись. Тот сотрудник из правительства, который ранее говорил, что невеста — бывшая жена мэра, вздрогнул. Его тело среагировало быстрее мозга, и он мгновенно вскочил:
— Это машина мэра!
Боже мой! Машина мэра на свадьбе бывшей жены — об этом будут судачить не пару лет, а всю жизнь!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
