Даже перед самым отъездом он не забыл сделать внушение Чжоу Чэну.
— Дядя Тан, я всегда поддерживал стремление Сяолань к учебе и развитию ее карьеры. Вам не стоит слишком переживать о том, что мы с Сяолань будем отвлекаться от важных дел. Через некоторое время меня переведут в другую часть.
Раз его больше не будет в Пекине, как же они смогут часто видеться?
Они смогут встречаться только тогда, когда у него будет отпуск или у Сяолань — каникулы.
Раз будущий тесть не до конца доволен даже командиром полка, оставалось только, собрав волю в кулак, добиться еще более блестящих успехов в карьере!
В недавно сформированной морской пехоте условия были суровыми, но это действительно было место, где можно было быстро достичь выдающихся результатов.
Ся Сяолань тоже рассуждала здраво:
— Отношения и брак не мешают делу, в этом мы с Чжоу Чэном всегда были единодушны, и именно так мы и поступаем.
Тан Хунэн не стал больше докучать своими наставлениями.
Он не верил словам — подождем, пока это будет доказано на деле.
Когда Ся Сяолань и Чжоу Чэн ушли собирать вещи, Тан Хунэн сказал секретарю Лаю:
— Эти пару дней тебе придется потрудиться. Присматривай повнимательнее за тем, что происходит у Цзян Юаня. Если возникнут трудности, которые можно решить на месте, — действуй сам, если нет — докладывай мне.
Секретарь Лай с готовностью согласился.
После того как он осознал свое место, лидер снова начал ему доверять!
Значит, он поступил правильно, дежуря вчера в полицейском участке.
Это дело он обязан уладить наилучшим образом.
Лидер сказал, что Цзи Цзяньюань справляется хорошо, значит, нужно слушаться Цзи Цзяньюаня. Он здесь для того, чтобы быть помощником Цзи Цзяньюаню, а не решать за него.
По мнению секретаря Лая, для Цзи Я было бы лучше не разводиться с американцем.
Но раз Цзи Цзяньюань настаивал на разводе, а лидер не возражал… секретарь Лай решил просто наблюдать за планами Цзи Цзяньюаня. Судя по текущей ситуации, этот молодой человек был весьма решителен.
Сразу видно — родной сын лидера.
…
Ся Сяолань и Чжоу Чэн возвращались в столицу. Примерно в то же время Цзи Линь, получивший известие еще вчера вечером и через все возможные связи доставший билет на самый ранний рейс, прибыл в аэропорт Янчэн — как раз тогда, когда Ся Сяолань и Чжоу Чэн собирались вылетать.
Одному только предстояло отправиться в путь, другой же только прилетел.
Цзи Линь и Ся Сяолань торопливо разминулись. У него не было сил расспрашивать ее: за одну ночь с Цзи Я произошло слишком много событий, ее жизнь буквально перевернулась с ног на голову!
Все это касалось самой Цзи Я, и решения принимал Цзи Цзяньюань, который был рядом с ней. Цзи Линь не был настолько глуп, чтобы предъявлять претензии Ся Сяолань — впрочем, даже если бы он и попытался, она бы не стала с ним церемониться.
— Цзи Линь выглядит постаревшим на несколько лет, — вздохнула Ся Сяолань.
Цзи Линь всегда работал в Министерстве иностранных дел и очень следил за своим внешним видом. К тому же все в семье Цзи были внешне привлекательны, и Цзи Линь тоже выглядел весьма представительно.
Однако сейчас он казался изможденным, в волосах прибавилось седины, словно у него не было времени даже на то, чтобы их подкрасить!
Чжоу Чэн почувствовал укол сочувствия:
— Это бремя, которое накладывают родственники. Если позволить Чжоу И и дальше вести себя так, как ей вздумается, через десять-двадцать лет она может превратиться во вторую Цзи Я.
— Ты хочешь сказать, нам повезло, что мы взялись за Чжоу И пораньше?
И то верно: когда нет родных братьев и сестер, двоюродные становятся самыми близкими людьми.
Если не заняться Чжоу И сейчас, то через двадцать лет на износ работать придется самому Чжоу Чэну!
Сегодняшний день Цзи Линя — это завтрашний день Чжоу Чэна. Даже думать об этом страшно.
Лучше задушить кризис в зародыше — так спокойнее и для Чжоу Чэна, и для самой Ся Сяолань.
— Из-за этой кутерьмы с Цзи Я я совсем забыла поинтересоваться, как там дела у семьи Юань.
— А как они могут быть? Будут собирать деньги. Те, что не смогут найти сразу, выручат от продажи дома. Через пару дней придут новости.
Ся Сяолань кивнула:
— Ты прав, что должно случиться, того не миновать. Мне нужно сказать Лао Чэню, чтобы готовил средства.
…
Цзи Линь без промедления добрался до Пэнчэна, и ему еще предстояло доехать до полицейского участка, где содержалась Цзи Я.
Пока он пересаживался с одного транспорта на другой, Цзи Цзяньюань вместе с юристом обсуждал с представителями банка вопрос о кредите.
Со стороны банка требовалось присутствие Шэн Сюань. Честно говоря, обсуждение деловых вопросов в стенах полицейского участка Шэн Сюань запомнит на всю жизнь. Кто бы мог подумать, что для Цзи Я настанет такой день — «жемчужина семьи Цзи» в итоге довела себя до такого жалкого состояния.
Тан Хунэн с виду кажется мягким и спокойным, но когда нужно действовать, он не знает жалости.
Шэн Сюань стало немного не по себе.
Но стоило ей вспомнить, что она уже замужем за Чжу Суйчжоу, как она успокоилась: какой человек Тан Хунэн, ее больше не касается!
Погрузившись в свои мысли, Шэн Сюань не сразу заметила, как юрист Цзи Цзяньюаня предъявил банку доверенность, согласно которой теперь Цзи Цзяньюань обладал всеми полномочиями по управлению бизнесом Elegance.
— Что касается ипотечного кредита Elegance…
— Прошу прощения, Elegance уже не в состоянии выплатить этот кредит, но положение дел в компании не так уж плохо, она по-прежнему приносит прибыль. Я считаю ее качественным активом, так что давайте действовать строго по процедуре.
Ох, «строго по процедуре» означало, что банк должен забрать Elegance себе!
Вернуть кредит не так-то просто, и государственные предприятия обычно не расстаются с активами так легко.
Но у сотрудников кредитного отдела банка сложилось впечатление, что Цзи Цзяньюань сам очень хочет поскорее избавиться от Elegance.
Взглянув на счета Elegance, они обнаружили, что компания действительно прибыльна!
Почему же все проходит так гладко?
Они ожидали затяжной борьбы, а оказалось, что это дело принесет им легкие заслуги перед начальством.
— Директор Шэн, что скажете?
Шэн Сюань пришла в себя:
— Сделаем так, как говорит молодой господин Цзи. Решим вопрос в особом порядке и как можно быстрее. Молодой господин Цзи еще учится, не стоит тратить его время впустую!
Если не оформить все быстро, пока Цзи Я под стражей, то потом, когда она выйдет и начнет скандалить, Шэн Сюань это не сулит ничего хорошего.
Кредит не погашен — залог изымается. Это позволит списать безнадежный долг, и тогда Шэн Сюань сможет, как и хотела, перевестись на другую работу и покинуть Пэнчэн.
Шэн Сюань хотела покончить с этим делом даже больше, чем Цзи Цзяньюань.
Когда Цзи Линь добрался до полицейского участка, Цзи Цзяньюань уже подписал с Шэн Сюань предварительные документы и провожал банковских служащих.
— Где твоя мать? Она совсем с ума сошла!
— Дядя, прошу вас, не волнуйтесь так. Я попросил вас приехать в Пэнчэн, потому что хочу обсудить с вами вопрос лечения мамы.
Цзи Линь злился, но чувствовал бессилие:
— Теперь только так и остается поступить. Если не отправить ее лечиться, никто не сможет ее удержать. Кстати, почему не видно Цяо Чжи?
— Вчера вечером дядя Цяо Чжи подписал с моей матерью соглашение о разводе. Я дал на это свое согласие.
У Цзи Линя не было повода винить Цяо Чжи. Это Цзи Я не хотела жить по-человечески, разве можно винить в этом Цяо Чжи? Плечи Цзи Линя в мгновение ока поникли еще сильнее.
На создание бренда Elegance Цзи Я, должно быть, потратила немало денег Цяо Чжи.
— А что с финансовой стороной…
— Каждый берет свои долги на себя. Дядя Цяо Чжи будет выплачивать маме алименты в размере 1000 юаней в месяц до тех пор, пока она снова не выйдет замуж.
На сердце у Цзи Линя отлегло.
По меркам семьи Цяо Чжи это были сущие гроши, но в условиях Китая 1000 юаней в месяц было вполне достаточно, чтобы Цзи Я жила припеваючи. Если она больше не выйдет замуж, она будет получать эти деньги постоянно. Цзи Линь посчитал это отличной гарантией для ее будущего.
— А как решился вопрос с Elegance?
— Банк забирает Elegance себе, маме не придется выплачивать кредит. У нее на руках осталось немного денег, как раз хватит на лечение!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
