— Расследование будет проведено, это точно.
Тан Хунэн перестал улыбаться. — Это цена, которую приходится платить за плохое воспитание ребенка.
Честно говоря, если бы Чжоу Чэн не «увел» Сяолань, Тан Хунэн, судя объективно, признал бы, что этот молодой человек очень хорош и выдающийся во всех отношениях. Но хотя они оба носят фамилию Чжоу, Чжоу И слишком сильно отстает от Чжоу Чэна. Неизвестно, как их воспитывали в семье Чжоу: неужели они уделяли внимание только образованию мальчиков, а девочек пустили на самотек?
Если в ходе расследования в отношении Чжоу Вэньбана не обнаружится серьезных проблем, то все будет в порядке, но если что-то всплывет… В любом случае, это дело так или иначе скажется на Чжоу Вэньбане. Даже если он выдержит проверку, скорее всего, он больше не сможет продвигаться по службе.
Ся Сяолань задумалась:
— Думаю, проблем не будет. В финансовых вопросах члены семьи Чжоу очень осторожны, и это связано с влиянием дедушки Чжоу Чэна.
Самым дерзким из них, на самом деле, был Чжоу Чэн!
Остальные члены семьи Чжоу работают исправно и никогда не думали о наживе за счет иных источников, кроме своей зарплаты. Жить стабильно и благополучно — это уже лучше, чем у простых людей, так зачем же идти на риск? Именно этому принципу следуют в семье Чжоу.
Денег хватает — и ладно. Если бы им не на что было жить, то как бы выживали другие семьи?
Тан Хунэн не выразил ни согласия, ни несогласия:
— Будем надеяться.
Тан Хунэн видел немало подобных случаев. Некоторые кадры кажутся безупречно чистыми, но не выдерживают расследования. Пока не объявлены окончательные результаты, Тан Хунэн никому не верил.
Как и предсказывал Тан Хунэн, расследование коснулось Чжоу Вэньбана.
Чжоу И, будучи «дочерью-катастрофой», сделала правильно лишь одно: отправившись на стажировку в США, она не воспользовалась государственными квотами своего учреждения. В Америке она совмещала работу с учебой, подрабатывая нелегально, и, помимо оплаты языковой школы и проживания, не просила у семьи лишних денег. А расходы на обучение и жилье вполне покрывались сбережениями Чжоу Вэньбана и Цзянь Хун… В финансовом плане Чжоу Вэньбан действительно оказался чист перед законом.
О его неприязни к Юань Ханю знали все вокруг. Если бы он хотел брать взятки, зачем бы он делал это через зятя?
Деньги, полученные Юань Ханем в качестве взяток, пошли на покупку вещей для Чжоу Кэ, но Цзянь Хун из отвращения к Юань Ханю даже не давала ребенку ими пользоваться, так что их можно было передать следственной группе в целости и сохранности!
Дальнейшее расследование показало, что Чжоу И, будучи женой Юань Ханя, также ничего не знала о его взяточничестве.
Находясь за границей, она не тратила деньги, полученные Юань Ханем незаконным путем — Юань Хань, будучи ее мужем, ни разу не перевел Чжоу И ни гроша. Чжоу И говорила, что не нуждается в деньгах, и Юань Хань действительно ничего не предлагал.
Ради чего вообще был этот брак?
Супруги не виделись и не имели никаких финансовых связей. Однако это сделало показания Чжоу И более убедительными.
Юань Хань, конечно, не принимал таких результатов расследования. Он целыми днями кричал о несправедливости и о том, что следствие ведется за кулисами.
Члены следственной группы были по горло сыты этим. Обычно, когда ловят нарушивших дисциплину кадров, те изо всех сил стараются оградить своих близких, утверждая, что семья ничего не знала.
Но такой человек, как Юань Хань, который без всяких доказательств поливает грязью тестя и пытается утянуть его за собой, был поистине злобным и мелочным!
Это был не зять, а настоящий враг.
— Юань Хань.
Дверь в камеру, где содержался Юань Хань, открылась, и он бросился вперед:
— Товарищ, я несправедливо обвинен! Я уже все рассказал: это Чжоу Вэньбан подстрекал меня. Как я, простой клерк, мог обладать таким влиянием? Это Чжоу Вэньбан мне приказывал, мэр Тан — мой родственник…
Этот человек был просто отвратителен.
— Юань Хань, мы из полицейского участка, пришли прояснить ситуацию! Мы получили заявление от вашей бывшей жены, товарища Е Сяоциун. Вы украли и распродали антиквариат и каллиграфию, передававшиеся в ее семье из поколения в поколение. Было такое?
Юань Хань изо всех сил затряс решетку:
— Это она меня подставила, она! Это Чжоу Вэньбан подстрекал брать деньги, мэр Тан — мой родственник! Схватите этих дряней, Е Сяоциун и Хэ Шиюань, они меня погубили!
Как Е Сяоциун посмела заявить в полицию?
По какому праву?
Ведь это она занималась похищением, шантажом и избиениями! Ей бы сейчас прятаться!
Юань Хань чувствовал, что погряз в каком-то густом тумане.
Полицейским же, проводившим расследование, казалось, что этот человек сошел с ума.
Честно говоря, все в семье Юань казались сумасшедшими: говорили бессвязно и обвиняли других в преступлениях без малейших доказательств.
А вот слова Е Сяоциун подтверждались проверкой.
Сначала работа в корпорации Чэнжун, затем возвращение в Пэнчэн, после чего увольнение.
Полиция уже связалась с отделом кадров корпорации Чэнжун, и те подтвердили версию Е Сяоциун.
Удалось даже выяснить размер ее зарплаты.
Не говоря уже о времени, когда она была секретарем, после того как она стала помощником руководителя, ее жалованье стало весьма высоким. Она говорила, что копила деньги, желая выкупить дом своей семьи, и, судя по ее доходам, она действительно могла собрать нужную сумму.
Но остальные расходы были Е Сяоциун не по карману.
Полиция никак не могла найти Хэ Шиюань и не могла добыть больше улик.
Е Сяоциун утверждала, что Юань Хань украл и продал антиквариат ее семьи. Полиция начала расследование, но магазин письменных принадлежностей Дин Лаобана давно закрылся, а сам хозяин исчез. Зато люди из лавки напротив еще помнили Юань Ханя:
— Вел себя подозрительно, притащил в лавку Лао Дина какой-то сверток.
— Да кто не знает, что Лао Дин скупает всякий хлам? Что? Это был не хлам, а старинные вещи и культурные ценности? О-о, ну, может и так, мы, простые люди, в этом не разбираемся!
— Не знаем, куда делся Лао Дин и откроет ли он еще лавку. Он закрылся еще до Нового года, мы думали, после праздников снова заработает.
— Вы спрашиваете, почему я его запомнил?
Услужливый прохожий указал на фотографию Юань Ханя: — Да он же выглядит как кинозвезда! Высокий, статный, такого и захочешь — не забудешь!
Это была правда.
Сейчас в моде были не нежные красавчики, а типаж Юань Ханя — Ся Сяолань он не нравился, но в то время такие «суровые» герои пользовались большой популярностью.
Честно говоря, с таким лицом Юань Хань мог бы стать киноактером, и это могло бы стать для него выходом.
В итоге же этот человек решил использовать свою внешность, чтобы обманывать женщин.
Сначала он обманул Е Сяоциун, а теперь и нынешнюю жену — Чжоу И.
Хотя неизвестно, сколько лет тюрьмы получит Юань Хань, его лицо было безнадежно испорчено. В день происшествия он получил травмы, которые не были вовремя обработаны; он провисел привязанным к дереву всю ночь, пока его не забрала Комиссия по проверке дисциплины. Хотя позже ему оказали медицинскую помощь, раны уже загноились, и пришлось вырезать большой кусок омертвевшей плоти… Кто стал бы оплачивать пластическую операцию Юань Ханю? Теперь на одной его щеке не хватало куска мяса, а другую пересекали глубокие шрамы — зрелище было крайне жутким.
Во время содержания под стражей у Юань Ханя проявились определенные симптомы в организме.
Маленькие язвы, безболезненные и не вызывающие зуда, казались пустяком по сравнению с побоями, которые он перенес раньше, поэтому он сам не обратил на них внимания.
В это время он был полон негодования и жаждал утянуть за собой всех остальных.
Он ненавидел Е Сяоциун, ненавидел Хэ Шиюань, ненавидел Чжоу Вэньбана, Чжоу И и прочих. К тому же он переживал о том, сколько лет ему придется провести в тюрьме — где уж тут следить за мелкими изменениями в организме? Ранние симптомы всегда легко пропустить: они могут исчезнуть и без лекарств, но это не значит, что вирус исчез. Он затаился в теле Юань Ханя, выжидая дня, когда вспыхнет с новой силой…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
