Сюй Чжунъи взглянул на Сюй Чанлэ; отец и сын сочли, что бюджет в десять миллионов юаней вполне приемлем.
— Без проблем, можешь ориентироваться на этот бюджет.
Ся Сяолань пришла в восторг:
— Тогда я займусь планированием и проектированием, исходя из этой суммы. В течение полумесяца представлю вам первый набросок.
— Хорошо. Нужно ведь подписать контракт с твоим бюро? Я поручу Сюй Чанлэ этим заняться.
До сих пор бюро Ся Сяолань выполнило лишь один крупный заказ — «Лоху Тяньчэн». Остальные мелкие подряды находили два штатных архитектора, Кун Юнцюань и Хоу Ци, используя свои личные связи.
Этого едва хватало на покрытие части текущих расходов; пока что Ся Сяолань содержала бюро за свой счёт, и оно ещё не вышло на самоокупаемость.
Заказ на «Лоху Тяньчэн» тоже был внутренним проектом с невысокой оплатой — по сути, Ся Сяолань перекладывала деньги из левого кармана в правый, в чём было мало прока.
Конечно, Ся Сяолань предвидела такой расклад и не возражала тратить деньги на содержание бюро «Цихан» в течение нескольких лет.
Дело было не в деньгах, а в отсутствии крупных заказов. Кун Юнцюань и Хоу Ци — опытные китайские архитекторы. Кун Юнцюань, старший сокурсник Ся Сяолань, приехал в Пэнчэн по зову Мао Каншаня, оформив на прежнем месте работы выход на пенсию по состоянию здоровья.
С Хоу Ци Ся Сяолань познакомилась на архитектурном семинаре в Цзянчэне, и та тоже уволилась с прежней работы ради этого места.
Да, даже при малом объёме работы их зарплаты были выше, чем на прежних местах.
Но использовать тесак для туш, чтобы зарезать цыплёнка — значило губить их профессиональные навыки и тратить впустую драгоценное время двух опытных специалистов!
Денег хватало, не хватало работы.
Таково было текущее состояние архитектурного бюро «Цихан».
Чтобы конкурировать с проектными институтами, бюро должно было заработать имя.
Как его заработать?
Проектируя больше известных объектов!
Именно поэтому Ся Сяолань так радовалась. Честно говоря, то, что Сюй Чжунъи доверил проект музея её бюро, обрадовало её даже больше, чем если бы он просто вручил ей полтора миллиона долларов.
Сюй Чжунъи упомянул о контракте, желая сделать всё официально.
Дружба дружбой, но дела должны вестись должным образом.
Если Сюй Чжунъи не понравится проект музея, он так же заставит бюро всё переделывать.
Ся Сяолань и сама предпочитала деловой подход. Если она схалтурит для Сюй Чжунъи, сможет ли она потом убедить других?
Это лишь подмочило бы репутацию бюро «Цихан».
Продвигать формат частного бюро в стране и так было непросто; каждый шаг должен быть верным, ошибок должно быть как можно меньше, потому что рынок не прощает промахов бюро «Цихан»!
Было семь часов утра. Ся Сяолань и Цзи Цзяньюань уже собирались в аэропорт, и уезжать им совсем не хотелось.
Тина завтракала без всякого удовольствия. Внимание всех по-прежнему было приковано к Ся Сяолань: разговоры об участках земли, о поручениях… Даже во время завтрака не обходилось без темы денег. Тина не удержалась и проворчала вполголоса:
— Можно подумать, никогда денег не видела…
Юй Найнай резко повернула голову и посмотрела на неё. Тина тут же напряглась.
Эта старушка наверняка сейчас начнёт её отчитывать!
Ну вот, зачем она только не сдержалась.
Тина разволновалась; она уже примерно представляла, что скажет Юй Найнай — заведёт шарманку о невоспитанности или о том, как тяжело достаются деньги, а потом обязательно расхвалит Ся Сяолань, противопоставляя их друг другу.
Но почему она должна так спешить зарабатывать?
То, что Ся Сяолань родилась в Китае в бедной семье — не её вина.
Ся Сяолань посмотрела на неё с усмешкой.
Девчонка, память у неё короткая, нужно проучить.
Даже не удостоив Тину ответом, Ся Сяолань села в машину вместе с Цзи Цзяньюанем и услышала, как Юй Найнай спрашивает Тину:
— Когда ты возвращаешься в университет?
В зеркале заднего вида Ся Сяолань заметила, как лицо Тины вытянулось от недоумения. Похоже, Юй Найнай не стала её ругать, а задала совершенно посторонний вопрос, что очень удивило девушку.
Ся Сяолань отвела взгляд.
Чжэн Фэн уже плавно тронул машину с места.
Цзи Цзяньюань с улыбкой спросил:
— Ты совсем не злишься?
— Стану я злиться на человека, чей психологический возраст — девять лет? Злость на неё не принесёт ни гроша прибыли, только зря потрачу время!
Ся Сяолань произнесла это с таким благородным пафосом, что если бы не лукавый блеск в её глазах, Цзи Цзяньюань почти бы поверил.
Слова Ся Сяолань были правдой лишь наполовину.
Злиться на Тину и впрямь было пустой тратой времени. Нравится она Тине или нет, это не мешало ей общаться с семьёй Сюй и строить карьеру.
К тому же Юй Найнай как раз искала повод приструнить Тину, так что за свой длинный язык та ещё поплатится.
…
Ся Сяолань и Цзи Цзяньюань уехали.
Тина действительно оказалась под огнём критики Юй Найнай.
Под пристальным взглядом старушки Тина вяло ответила:
— Я подала заявление на академический отпуск. Вернусь к занятиям, когда приду в себя.
— Бабушка, Тина уже пообещала мне, что вернётся в университет к летнему семестру, — заступился за сестру Сюй Чанлэ.
В большинстве американских университетов семестровая система довольно гибкая. Шёл март, летний семестр должен был скоро начаться… Сюй Чанлэ поначалу был против отпуска, но потом решил, что Тина проведёт это время в Китае и сблизится с семьёй, поэтому согласился.
Юй Найнай холодно усмехнулась:
— Умные люди вовсю трудятся, а она собирается тратить лучшие годы, когда память острее всего, на праздные прогулки. Видимо, боится, что разрыв между ней и умными людьми окажется недостаточно велик?
— Ты… ты хочешь сказать, что Ся Сяолань умная, а я дура? — лицо Тины покраснело от гнева.
Юй Найнай согласно кивнула:
— А разве нет?
Тина в ярости развернулась, чтобы уйти.
Юй Найнай не позволила Сюй Чанлэ пойти и утешить её. Каждое её слово разило, словно снаряд:
— Сюй Чанлэ, запомни: любой, кто под каким бы то ни было предлогом уговаривает тебя расслабиться и предаться праздности — человек с чёрным сердцем! И никогда не слушай жизненных советов неудачников. Успех или провал определяются не количеством денег, а тем, какими ты воспитал своих детей… Если твои дети — бездельники, способные только проедать наследство, то грош цена твоим знаниям о жизни!
«Человек с чёрным сердцем!» «Грош цена!»
Тине казалось, что старуха намеренно поливает грязью миссис Уилсон.
Вчера вечером старушка уже ругалась, но не так яростно.
Тина хотела поспорить с Юй Найнай, но при мысли о Цяо Чжи ей стало не по себе.
Чем она могла возразить?
Цяо Чжи действительно нельзя было назвать успешным человеком.
Успех зависит не только от суммы на счету, но и от стартовых условий. Стартовая позиция Цяо Чжи была высока: третье поколение семьи Уилсон, ресурсы и возможности в сотни раз лучше, чем у обычных людей. Пока другие начинали с нуля, Цяо Чжи мог запросто получить миллион долларов в качестве стартового капитала… Однако, дожив до средних лет, он так и не добился значимых успехов в делах.
Цяо Чжи, несомненно, был хорошим человеком.
Не мелочным в деньгах.
Он прекрасно относился даже к разведённой Цзи Я.
Но звание «хорошего человека» не могло скрыть отсутствие деловой хватки.
Голова Тины была готова взорваться, она быстрым шагом направилась в свою комнату.
Её дверь располагалась прямо напротив комнаты четы Уилсон.
Когда Тина вошла, господин и госпожа Уилсон как раз проснулись. Миссис Уилсон ласково улыбнулась:
— Ты так рано встала, куда ходила? Почему не отдыхаешь? Пока ты молода, это не так заметно, но через несколько лет недостаток сна скажется на коже. Никакие дорогие средства не смогут исправить преждевременное старение.
Тина не знала, что ответить.
После всего, что случилось вчера вечером и сегодня утром, ей было совсем не до состояния своей кожи!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
