Ся Сяолань мысленно ворчала на тестя Ван Цзяньхуа.
Она и вправду не знала, насколько блестяще сложилась жизнь Ван Цзяньхуа в прошлом воплощении; сколько в «блестящей жизни» прежней Ся Сяолань было лишь домыслами Ся Цзыюй? Разве такой мужчина стоил того, чтобы за него бороться?
Если бы Ван Цзяньхуа жил душа в душу со своей нынешней женой, у Ся Сяолань, возможно, еще возникли бы какие-то моральные сомнения — ведь устраивать ему встречу с Ся Цзыюй означало причинить боль его супруге.
Но раз сам Ван Цзяньхуа вел себя непотребно, заигрывая с сокурсницами, Ся Сяолань больше не чувствовала никакого угрызения совести.
Этот человек работал в управлении по привлечению инвестиций одного из уездов провинции Фуцзянь. Заманить его в Гонконг было бы хлопотно, а вот в Пэнчэн — вполне легко.
Ранее Е Сяоциун использовала тот же прием против Юань Ханя. Никто не мог устоять перед искушением «привлечения инвестиций», ведь для сотрудников такого управления показатели работы — это и есть новые инвесторы.
Вспомнив о Е Сяоциун, Ся Сяолань подумала и о Хэ Шиюань.
Хоть та и была падшей женщиной, но оказалась весьма верной своему слову.
Кажется, она подхватила какую-то непристойную болезнь, и неизвестно, вылечилась ли теперь.
Ся Сяолань искренне надеялась, что Хэ Шиюань сможет выжить.
А Е Сяоциун после отъезда из Пэнчэна пропала без вести, и неизвестно, как она сейчас поживает.
Что касается Юань Ханя, его положение она знала: сейчас он покорно мотал срок в тюрьме. Альфонсу, пробившемуся наверх обманом женщин, изуродовали лицо. Даже когда он выйдет на свободу, без былой внешности и с судимостью жизнь его определенно будет крайне тяжелой.
Вернувшись из Гонконга, Ся Сяолань собиралась отправиться в Шанду.
В июне чертежи музея были опубликованы в журнале *Domus*.
В июле наконец пришла очередь выпуска *a+u*.
Благодаря поддержке двух топовых изданий подряд, после месяца обсуждений и «брожения» после выхода *Domus*, имя Ся Сяолань вышло за пределы архитектурных кругов Нью-Йорка и стало широко известным среди профессионалов.
Или даже не только среди них.
Шумиха вокруг ее судебного процесса с Лисой в суде Нью-Йорка еще не успела окончательно утихнуть!
Репортажи в двух ведущих журналах также стали признанием ее мастерства.
Журналист из *Domus* назвал ее:
— Талантливым и трудолюбивым молодым архитектором с уникальным пониманием архитектуры.
Журнал *a+u* использовал более пафосные выражения, окрестив ее «будущей звездой азиатской архитектуры».
— Ее проекты гармонично сочетают в себе искусство и коммерцию…
Японские журналы в этом плане прямолинейны.
Такова натура японцев: они искренне восхищаются способными людьми.
Сначала восхищение, затем учеба и попытка превзойти.
Описывая Ся Сяолань, *a+u* не скупился на похвалу — будь на их месте «Страна кимчи», там бы, наверное, одновременно и хвалили, и пытались доказать наличие у Ся Сяолань корейских корней!
Оба журнала расхваливали ее на все лады, а ассоциация AIA официально извинилась за свою «неосмотрительность», со всей серьезностью заявив, что в некоторых механизмах отбора AIA все еще существуют лазейки. Будь они осторожнее, случая с присвоением Лисой проекта театра просто не произошло бы.
Естественно, не случилось бы и лишения Ся Сяолань права участвовать в конкурсе «Восходящая звезда».
— У она могла получить первую премию «Восходящая звезда архитектуры AIA», и мы глубоко сожалеем об этом… К счастью, это не помешало ей продолжать создавать выдающиеся работы. Двери AIA всегда открыты для нее, и мы приглашаем ее принять участие в конкурсе в следующем году. Если она победит, то побьет рекорд нынешнего лауреата премии «Восходящая звезда» — в следующем году ей будет всего двадцать три года…
Первому обладателю премии «Восходящая звезда архитектуры AIA» не повезло: в этом году Ся Сяолань лишили права участия, но из-за череды последовавших событий ее слава стала гораздо громче, чем у него.
Что еще больше удручало конкурента, так это то, что если Ся Сяолань примет участие и выиграет в следующем году, ей, черт возьми, все равно будет всего двадцать три, и она снова его раздавит!
Славу нужно обретать смолоду!
Эта фраза применима к любой отрасли.
Нельзя отрицать, что есть люди, к которым успех приходит поздно, но большинство разделяет водораздел еще в юности.
Чем раньше ты прославишься, тем больше ресурсов сможешь заполучить.
При прочих равных клиенты предпочитают обращаться к известным архитекторам, особенно клиенты, не стесненные в средствах!
Обычным архитекторам приходится самим искать заказы.
Перед знаменитыми же архитекторами проекты лежат горой, и они могут перебирать и выбирать.
Они могут капризничать и поступать по-своему, и клиенты в большинстве случаев подчиняются воле архитектора — в конце концов, имя говорит само за себя, а идеи мастера кажутся более профессиональными.
А если нет славы… ха, будь добр, внимательно слушай, что говорит «папочка-клиент». Если у тебя нет имени, но ты лезешь со своим мнением, тебя могут заменить в любой момент!
Таким образом, тот, кто вырвался вперед на шаг, будет впереди во всем.
Случайно взятая награда — и после тщательного отбора проекты становятся более яркими, что приносит еще больше наград. Разрыв с обычными архитекторами, естественно, увеличивается всё сильнее.
С начала судебного процесса в Нью-Йорке в апреле и до репортажа в журнале *a+u* в июле, после публичных извинений AIA, имя «Ся Сяолань» стало в архитектурных кругах еще более популярным, чем она сама ожидала.
Разве может китайский архитектор, получивший международное признание, быть отвергнут на родине?
Нет, тех, кто «приносит славу стране», всегда приветствуют.
Самым прямым проявлением этого стало то, что Фуланькэ привлек для бюро «Цихан» зарубежные проекты.
Заказчик был из его личных связей и поначалу не понимал, почему Фуланькэ присоединился к маленькому китайскому бюро. Фуланькэ объяснил, что основательница бюро вызывает у него восхищение, а профессионализм фирмы не подлежит сомнению… И клиент, на удивление, слышал имя Ся Сяолань!
Китайская женщина-архитектор, выигравшая суд в Америке и заставившая ассоциацию AIA склонить голову, действительно вызывала любопытство.
Расценки «Цихан» к тому же были ниже, чем за границей, так что проект вполне можно было доверить им на пробу.
Если первый вариант чертежей не устроит, всегда можно прекратить сотрудничество.
С другой стороны, две отечественные организации также проявили потребность и, вместо того чтобы идти в проектные институты, пришли в «Цихан» на разведку. Очевидно, их прислали по рекомендации инсайдеров отрасли — если услуги «Цихан» не будут стоить баснословных денег, эти две организации были готовы попробовать что-то новенькое.
Еще большей неожиданностью для Ся Сяолань стало то, что в гольф-клубе ее узнал один гонконгский застройщик.
И не как владелицу «Цихан Реал Эстейт» или «Цихан Кэпитал», а именно как «архитектора Ся Сяолань».
Не обошлось и без легкого чувства неловкости — ведь в обоих журналах были напечатаны ее фотографии. Обычные люди не читают профессиональную прессу, но тем, кто связан со строительной отраслью, стоило раз взглянуть, чтобы уже не забыть.
— Госпожа Ся действительно молода и талантлива!
Застройщик осыпал Ся Сяолань комплиментами весьма искренне.
Возможно, красота Ся Сяолань добавила ему энтузиазма, но прежде всего это было уважение. Денег у всех хватало, а что до красоты — разве при деньгах нельзя найти других красивых женщин?
Но ум встречается редко. Прославиться в отрасли, где женщин традиционно оттесняют на задний план, да еще и в таком юном возрасте — это заслуживало почтения.
В этом меркантильном обществе большинство людей подобострастно относятся к деньгам, но есть и те, кто в глубине души глубоко уважает знания… Это чувство было для Ся Сяолань в новинку. В этой жизни она всего лишь хотела получить университетский диплом, придать себе весу и обзавестись связями, не ожидая, что случайно станет знаменитой в профессиональной сфере. Такого чувства у нее не было даже в прошлой жизни!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
