Кое-кто, хоть и был всего лишь тайным поклонником, пекся о ней как настоящий парень, за что и удостоился титула «Гонконгского короля ревности».
А кое-кто, будучи телохранителем, выполнял работу няньки.
Если не помнить день рождения пассии своего босса, то он как нянька… ох, нет, как телохранитель, рискует остаться без работы, не так ли?
В прошлом году на день рождения мисс Ся А Хуа думал, что молодой господин подарит что-то дорогое, но тот, ведомый каким-то непонятным порывом, преподнес набор чертежных инструментов.
Дорогую вещь мисс Ся могла и не принять. А чертежные инструменты стали гениальным ходом — А Хуа был уверен, что Ся Сяолань точно найдет им применение.
Через пару дней у мисс Ся снова день рождения. Но что молодой господин подарит в этот раз?
Какая жалость: в этом году день рождения мисс Ся проведет с господином Чжоу, и у молодого господина даже не будет шанса показаться ей на глаза.
Ду Чжаохуэй и не подозревал, что А Хуа ему глубоко сочувствует; он размышлял о причинах появления Чжоу Чэна в Гонконге.
Ведет себя скрытно — возможно, выполняет задание.
Хм, раз на задании, так и веди себя прилежно, а не бегай к Ся Сяолань, пользуясь служебным положением в личных целях. А если он ее подставит?
«Гонконгский король ревности» в машине погрузился в раздумья. Этот Чжоу тоже человек жесткий; в одном Ду Чжаохуэй признавал, что уступает ему: будь у него такая красавица-девушка, как Ся Сяолань, он бы ни за что не удержался от встреч с ней. Даже если бы он служил, то на следующий же день после начала отношений наверняка уволился бы из армии… Насколько же нужно быть суровым к самому себе, чтобы сдерживаться и не видеться с ней?
Если такой кремень выполняет секретное задание, он ни за что не станет добровольно раскрывать себя. Чтобы увидеться с Ся Сяолань, можно было выбрать другое время и место. Являться на свадьбу Тан Юаньюэ — разве это не привлечет слишком много внимания?
Ду Чжаохуэю очень не хотелось этого признавать, но этот Сяо Хэйлян по фамилии Чжоу и впрямь был капельку симпатичнее его самого — где бы он ни появился, он неизменно приковывал к себе взгляды!
Что-то не так. Все это очень странно.
Разве что у Сяо Хэйляна Чжоу была веская причина появиться на свадьбе Тан Юаньюэ. Значит, задание связано либо с хозяином торжества, либо с кем-то из гостей.
Ду Чжаохуэй подпер подбородок рукой:
— Неужели для меня пришло время покарать близких ради высшей справедливости?
Рановато еще. У него пока нет уверенности, что он справится с этим старым чертом.
По первоначальному плану ему следовало вернуть из Канады адвоката. В идеале нужно заполучить обратно 20% акций, ну или хотя бы половину. Если он прибавит себе 10%, а у старика на 10% убудет — баланс сил изменится. Посмотрим, как старик занервничает и сможет ли он и дальше выставлять против него Ся Цзыюй и Ду Чжаоцзи.
Вернуть 20% будет трудно, но надежду терять нельзя. Вначале у старика было 53% акций, он отдал ему 5%, осталось 48%. Если его заставят отдать еще 20%, у него останется 25%… А у старика — всего 28%.
С 28% акций, хоть он и останется крупнейшим акционером группы, он перестанет быть непоколебимым тираном. Стоит Ду Чжаохуэю объединиться с другими мелкими акционерами, и он в любой момент сможет свергнуть власть старика, устроив «переворот». Старый черт все эти годы отодвигал на задворки ветеранов, строивших империю, и те затаили на него немалую обиду.
Ду Чжаохуэй представил это, и на его лице расплылась самодовольная улыбка, перешедшая в смех. Но вскоре он снова помрачнел. К сожалению, за всю его жизнь ничего не проходило так гладко. Было бы чудом, если бы все решилось так просто.
Отдать 20% акций — значит вдвое ослабить контроль над корпорацией «Ду Чэнжун». До самой смерти старик ни за что не выпустит акции из рук! Даже если слова Юй Шихуа — правда, и его мать действительно оставила ему 20% акций, он не сможет их вернуть.
У Ду Чжаохуэя заныло в груди. Он и сам не знал, было ли это сожаление о такой огромной сумме денег или же ярость. Вероятно, и то, и другое.
Продолжать ли играть роль, виляя хвостом перед старым чертом в надежде на милость, или просто пробить в корабле семьи Ду огромную брешь и забрать себе столько, сколько удастся ухватить?
…
Появление Чжоу Чэна стало для Ся Сяолань огромным сюрпризом. Эта радость была такой сильной, что ей расхотелось тратить слова на Лу Юньши и Хэ Чжитун — лучше провести время, милуясь со своим мужчиной.
— Как ты узнал, что я там?
Она прикинула на пальцах: три месяца закрытых тренировок действительно подошли к концу. Этот негодяй Чжоу Чэн не сделал ни единого звонка, а внезапно объявился в Гонконге, да еще на свадьбе Тан Юаньюэ и Хэ Чжитун — настоящий мастер маскировки!
Чжоу Чэн прекрасно знал, глупа ли его женушка. Вот и сейчас, стоило ей на мгновение растеряться, как она тут же во всем разобралась — ее не так-то просто обмануть. Да он и не собирался.
— Я спросил у нашего дяди и узнал, что ты едешь в Гонконг на свадьбу. Сначала я планировал встретиться с тобой после банкета, но, прибыв в Гонконг, услышал всякие грязные слухи. Тогда я решил показаться прямо на торжестве, чтобы эти люди перестали верить сплетням.
Ся Сяолань крепко сжала руку Чжоу Чэна:
— Что за глупости ты говоришь! Если ты будешь так привлекать к себе внимание, твоей карьере придет конец…
Чжоу Чэн погладил тыльную сторону ладони Ся Сяолань.
— Придет конец?
Ну и пусть. Если он защищает страну и народ, но не может защитить собственную жену, то в такой «карьере» нет никакого смысла.
Если дело не примет серьезный оборот, его просто накажут, придержав повышение. Если же раздуют скандал, то максимум — заставят уволиться из армии… В тот момент Чжоу Чэн не мог здраво взвешивать все «за» и «против». Если он уволится, семья будет разочарована, но для него самого это не станет тупиком. Возможность окунуться в мир бизнеса и сражаться бок о бок со своей женой — такая жизнь тоже манила Чжоу Чэна.
Снимая военную форму, он почувствует горечь. Но эту горечь он спрячет глубоко в сердце и никогда не даст Сяо Лань ее заметить.
В тот миг, когда он подошел к Хэ Шиэню, Чжоу Чэн уже сделал свой выбор на перепутье жизни. Он был готов принять любые последствия скандала! Однако его женушка, его умница Сяо Лань, в критический момент сама увела его из зала — Чжоу Чэн понимал, что это не было случайностью.
Растроганная Ся Сяолань тем не менее не позволила бы Чжоу Чэну так поступить. Сейчас это принесло бы мимолетное удовлетворение, и она верила, что Чжоу Чэн не пожалел бы о своем выборе, но как бы она потом смотрела в глаза семье Чжоу?
— Не переводи тему. Тренировки закончились, ты узнал у дяди, что я в Гонконге, но мог бы подождать нашей встречи, когда я вернусь в Пэнчэн. Почему ты примчался прямо сюда?
После окончания закрытых тренировок связь с внешним миром должна была восстановиться. Ни единого звонка заранее — этот сюрприз заставил Ся Сяолань кое в чем усомниться.
Да, через пару дней у нее день рождения. Она сама изо всех сил старалась встретиться с ним в его день рождения, и Чжоу Чэн наверняка хотел того же. Влюбленные всегда придают значение таким вещам, искренне желая порадовать друг друга и дать почувствовать свою значимость! Но все равно что-то не сходилось.
За рулем сидел Чжэн Фэн, на переднем пассажирском сиденье — Сяо Юй. Пятого человека в машине не было. Чжоу Чэн не стал ничего скрывать:
— Возможно, мне придется пробыть в Гонконге какое-то время. Не знаю точно: неделю, полмесяца или дольше. Я не смогу быть с тобой каждый день, но в этот период, если я тебе понадоблюсь, я появлюсь максимально быстро.
— А?! Будешь все время в Гонконге? А как же служба?
— У тебя задание…
Это задание позволяло Чжоу Чэну находиться в Гонконге. Сейчас Чжоу Чэн уже не был в сухопутных войсках… Неужели это связано с семьей Ду и Лю Тяньцюанем?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
