Выбор слов Сунь Минлань был весьма любопытным.
Она не говорила «Азия», а подсознательно использовала «мы».
Эта девушка определенно считала себя частью «Азии»: любой, кто нападал на универмаг, нападал лично на нее, и это, естественно, вызывало у Сунь Минлань праведное негодование.
Ся Сяолань не видела в этом ничего смешного. Смеяться в такой момент было бы немудро — это могло охладить пыл Сунь Минлань.
Поэтому, изучив листовку, Ся Сяолань терпеливо объяснила:
— Торговля — это поле боя. Благодаря нашим общим усилиям ежедневная выручка «Азии» остается высокой, а по выходным здесь столько людей, что приходится ограничивать поток и запускать посетителей группами. Эти покупатели не возникли из ниоткуда. Не будь «Азии», они бы отоваривались в «Цзыцзиншани» или в Универмаге Шанду. По сути, это мы отобрали хлеб у нескольких государственных магазинов. Чтобы защититься и выжить, им пришлось объединиться против нас.
«Неужели?»
Сунь Минлань была поражена: Ся Сяолань фактически оправдывала действия государственных универмагов.
Возмущение на лице Сунь Минлань сменилось недоумением.
Тут Ся Сяолань уже не смогла сдержать улыбки:
— Помощница Сунь, взгляните на это с другой стороны. Насколько же успешно мы управляем «Азией», если несколько крупнейших государственных универмагов Шанду видят в нас такого грозного врага, что им пришлось объединить силы для борьбы с нами?
«А ведь и правда, в этом есть смысл».
При мысли о том, что в грандиозном успехе «Азии» есть и ее заслуга, Сунь Минлань сразу приободрилась.
Порадовавшись какое-то время, она снова заговорила о ценовой войне:
— Директор Ся, проблема в том, что эти магазины уже объединились. Они напечатали листовки и запустили рекламу по телевидению. С этой субботы они начинают снижать цены. Как нам реагировать… мы тоже должны их снизить?
Например, если 20 сентября универмаг «Цзыцзиншань» объявит скидку 30% на всю женскую одежду, должна ли «Азия» в тот же день дать скидку 40%?
А если 21 сентября Универмаг Шанду резко снизит цены на электротовары, должна ли «Азия» последовать их примеру?
Если держать цены на уровне конкурентов или даже чуть ниже, то, учитывая умение «Азии» привлекать внимание и ее первоклассный сервис, Сунь Минлань не верила, что они проиграют этим государственным магазинам!
Даже не обязательно делать цены ниже — достаточно сравняться, и «Азия» со своей конкурентоспособностью окажется впереди.
Сунь Минлань была куда сообразительнее «второй госпожи». Проработав в «Азии» какое-то время, она понимала, насколько хорошо здесь всё отлажено. Покупатели выберут «Азию», ведь здесь есть необычные представления, лучший сервис и товары на любой вкус.
Однако Ся Сяолань покачала головой:
— Развязать ценовую войну? Разве ты не заметила? Они выступают по очереди. Начиная с субботы, каждый день один из магазинов проводит распродажу. Если «Азия» ввяжется в эту гонку, нам придется снижать цены ежедневно! Эти магазины наверняка договорились: если в «Цзыцзиншани» женская одежда пойдет со скидкой 30%, а «Азия» даст 40%, то «Цзыцзиншань» тут же опустит цену до 50%, вот увидишь.
И что тогда делать «Азии»? Продолжать бодаться с ними, соревнуясь, кто даст большую скидку, пока прибыль не исчезнет и все не начнут торговать себе в убыток, теряя деньги на каждой проданной вещи?
Если бы дело было только в этом, Ся Сяолань бы не переживала.
В конце концов, можно было бы помериться силами с «Цзыцзиншанью» — у кого хватит запаса прочности дольше терпеть убытки. Сцепив зубы, можно было бы и на это пойти.
Но следом, 22 сентября, Универмаг Шанду обрушит цены на бытовую технику. И «Азии» снова придется, стиснув зубы, подстраиваться?
С этой субботы каждый день какой-нибудь магазин будет проводить распродажу. Если «Азия» позволит конкурентам навязывать себе этот ритм, то те будут нести убытки лишь по одному дню, а «Азия» — на протяжении всего времени.
Кто такое выдержит!
Мало того, что «вторая госпожа» первой поднимет крик, так и самой Ся Сяолань это было не по душе.
Она потратила столько времени, отвоевала право управления «Азией» вовсе не для того, чтобы соревноваться с другими универмагами в том, кто быстрее разорится!
Цель бизнеса — приносить доход. Деньги любят мир и согласие, к чему эта пустая вражда?
От слов Ся Сяолань у Сунь Минлань еще сильнее защемило в груди.
И обида эта была не на Ся Сяолань, а на те государственные магазины.
— Это же вредительство, причем бессмысленное! Им просто завидно, что у «Азии» дела идут хорошо. Так пусть учатся у нас! Пусть вкладывают душу в управление: мы продумали всё — от рекламы и сервиса до выбора товаров, их выкладки и внутреннего менеджмента. А они? Просто берут и снижают цены!
Ся Сяолань промолчала.
Рассуждения Сунь Минлань всё еще были наивны. Торговля — это война, а конкуренты — вовсе не друзья Ся Сяолань, с чего бы им играть по правилам «Азии»?
В коммерческой борьбе правил не существует.
Каждый выживает как может, и снижение цен, хоть и является грубым приемом, работает безотказно.
Впрочем, насколько знала Ся Сяолань, в ее прошлой жизни та яростная «Коммерческая война в Центральной равнине» не выявила истинного победителя. «Азия» и государственные универмаги так ожесточились, что снижали цены до предела, разрушив рыночный порядок. В итоге «Азия» вроде бы и победила, но это была пиррова победа.
Государственные универмаги тоже подорвали свои силы.
Пострадала вся розничная торговля Шанду. Никто не зарабатывал, все несли убытки. Ценовая война длилась семь лет, и после ее окончания местному рынку потребовалось еще несколько лет, чтобы прийти в себя.
Ся Сяолань не хотела ввязываться в ценовую войну.
— Пока не будем снижать цены. Я хочу встретиться с их руководством. Помощница Сунь, разузнай, кто стоит во главе этой «осады» против «Азии».
Среди государственных универмагов наверняка есть лидер.
Без вожака они не смогли бы так организованно чередовать скидки.
Ся Сяолань хотела поговорить с этим зачинщиком.
Выяснить это оказалось несложно: вскоре всплыло имя руководителя универмага «Цзыцзиншань» — Лу Хунбо.
Ся Сяолань спросила у Сунь Минлань:
— Господин Лу приходил к нам на открытие?
Сунь Минлань покачала головой.
— Господин Лу не пришел, был только один из его заместителей. Но если вы хотите встретиться с ним, директор Ся, скоро представится отличный повод: послезавтра его сын женится.
Свадьба — это хорошо.
Лу Хунбо — генеральный директор универмага «Цзыцзиншань», у него обширные связи в Шанду. Разве могли люди пропустить такое важное событие и не зайти поздравить?
Наверняка будет пышный банкет. В такой радостный день Ся Сяолань вполне могла бы явиться с подарком и как бы невзначай встретиться с этим Лу Хунбо — придраться будет не к чему.
Ся Сяолань всё спланировала и даже подготовила подарок.
Когда она прибыла к назначенному времени к ресторану, ее остановили прямо у входа, стоило ей представиться.
Сунь Минлань вежливо произнесла:
— Это директор нашего универмага «Азия» Ся Сяолань, она пришла искренне поздравить господина Лу…
— Прошу прощения, на банкет приглашены только родные и близкие семьи Лу. Посторонним вход воспрещен.
Что?!
Тут даже Ся Сяолань растерялась.
Гость в дом — радость в дом, неужели ее даже на порог не пустят выпить за здоровье молодых?
Она вспомнила материалы о коммерческих войнах «Азии», которые читала когда-то: там говорилось, что, когда в 1990 году открывался торговый центр «Хуалянь», Чжу Суйчжоу лично пришел поздравить их с памятной табличкой, но его выставили за дверь… Сейчас был всего лишь 1988 год, торговый центр «Хуалянь», который позже вступит в борьбу, еще только строился, но Ся Сяолань уже на себе почувствовала то, что в другой жизни испытал Чжу Суйчжоу, — и всё из-за Лу Хунбо, главы «Цзыцзиншани»!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
