— Господин Мэн хочет продать земельный участок?
Ся Сяолань была немного удивлена.
Земельный аукцион, проверенный правительством Ечэна, завершился совсем недавно, и его последствия уже начали проявляться. Если правительство Ечэна смогло продать землю по цене более 200 тысяч юаней за му, почему этого не могут сделать спекулянты, у которых участки уже на руках?
Следовательно, вся рыночная цена выросла!
Подстегнутый аукционом, местный рынок недвижимости стал напоминать дикую лошадь, сорвавшуюся с привязи — конечно, только что освободившись от оков, лошадь чувствовала себя немного растерянно и непривычно, лишь делая пробные шажки. Если никто не остановит её, она вскинет копыта и понесётся вскачь, и больше никакой узде не сдержать её, пока она не загонит себя до смерти или пока кто-нибудь её не пристрелит!
В такое время никто не станет продавать землю. Люди, приехавшие инвестировать на Циндао после основания провинции, были просто смелыми, но Мэн Гуаньчао и остальные, кто рискнул купить участки еще в прошлом году, едва услышав смутные слухи… они были не просто смелыми. Раз цены на землю так хорошо растут, зачем Мэн Гуаньчао её продавать?
Ся Сяолань чувствовала не только удивление, но и недоумение.
Мэн Гуаньчао неловко потер руки:
— Есть такие мысли.
«О, значит, мысли есть, но окончательное решение еще не принято?» — поняла Ся Сяолань.
— До 13 апреля этого года наше соглашение о преимущественном праве переуступки остается в силе. По истечении этого срока, когда бы господин Мэн ни решил продать землю, это уже не будет иметь ко мне никакого отношения.
Ся Сяолань приехала на Циндао в декабре прошлого года. Она дождалась окончания аукциона в Ечэне, открыла продажи и распродала объект «Хайтянь Июань», и вот наступила вторая половина января нового года. К 13 апреля исполнится ровно год с тех пор, как Циндао получил статус провинции.
Мэн Гуаньчао не ожидал такого ответа — не жесткого, а, напротив, слишком мягкого.
Слова Ся Сяолань означали, что она предлагает ему попридержать землю еще три месяца и посмотреть, будут ли цены расти или падать?
Искушение было слишком велико, и Мэн Гуаньчао не смог устоять. Он с чувством произнес:
— Ся-цзун, вы порядочный человек.
Ся Сяолань лишь улыбнулась.
Продавать или не продавать, и когда именно это делать — для тех, кто оказался в водовороте «лихорадки недвижимости» на Циндао, этот выбор всегда был мучительным. Те, кто не успел вовремя выйти из игры, разорялись и прыгали с крыш; те же, кто уходил слишком рано, потом горько сожалели.
Если бы Ся Сяолань купила землю Мэн Гуаньчао сейчас, тот, вспоминая об этом позже, с большой вероятностью не испытывал бы к ней благодарности, а считал бы, что покинул рынок слишком рано!
Поэтому Ся Сяолань не убеждала Мэн Гуаньчао продавать. Когда уходить — он должен был решить сам.
Кто-то довольствовался прибылью в два-три раза, а кому-то было мало и десятикратной прибыли. Ся Сяолань не знала, к какому типу людей относится Мэн Гуаньчао, поэтому просто предоставила выбор ему.
Однако судя по всему, Мэн Гуаньчао еще не окончательно потерял голову. Раз он пришел спросить о соглашении, когда ситуация была в самом расцвете, значит, он, как и дядя Лю Юн, почувствовал беспокойство?
Подстегнутые аукционом и вдохновленные примером Чжу Суйчжоу, некоторые люди, как слышала Ся Сяолань, теперь подражали «Яньфань Дичань»: они не продавали землю, а закладывали её в банк, чтобы брать новые кредиты и покупать еще больше участков.
В идеале — в Ечэне.
Если правительство не выставляло на продажу новые участки, они покупали у частников.
Если частники не продавали, они покупали в других частях Циндао.
Правительство Ечэна открыло эту дверь, доказав, что политика одобрения сделок на всем Циндао смягчилась. В других уездах и городах тоже задавались вопросом: почему только Ечэну позволено продавать землю? Они тоже могут!
Вот только инвесторы смотрели на них без особого энтузиазма — цены там и близко не стояли с ечэньскими.
Те, у кого денег было поменьше, спекулировали жильем.
Ся Сяолань отчетливо видела, как рынок недвижимости на Циндао раскаляется добела. Проводив Мэн Гуаньчао, к ней вошли Ин Цзинчуань и Гэ Цзянь, чтобы доложить о завершении продаж в «Хайтянь Июань»:
— После выплаты банковского кредита и налогов чистая прибыль «Цихана» от проекта «Хайтянь Июань» составила 10 миллионов 700 тысяч юаней.
Этот проект не был крупным, и цены в нем не были выше, чем в двух жилых комплексах Пэнчэна, однако прибыли он принес немало.
Почему?
Потому что земля под «Хайтянь Июань» досталась почти даром. Для застройщиков в Гонконге стоимость земли — это одна из главных статей расходов. В Ечэне же стоимость земли не шла ни в какое сравнение даже с расходами на строительство!
Средняя цена покупки не превышала 50 тысяч за му, а к моменту продажи готовых домов цена земли под ними перевалила за 200 тысяч за му. Если бы даже при таких условиях Ся Сяолань не смогла заработать, ей действительно стоило бы вернуться домой и торговать бататом.
Гэ Цзянь спросил Ся Сяолань, не пора ли приступать к разработке нового проекта, но она засомневалась.
Ведь у компании «Цихан Дичань» на руках оставалось еще немало участков.
«Цихан Капитал» также выкупил несколько участков, и вместе у них было больше земли, чем те 300 му, что принадлежали Чжу Суйчжоу.
— Скоро Чуньцзе. Завершайте текущие дела и отпускайте сотрудников на каникулы. Пусть люди как следует отпразднуют Новый год. Какие бы проекты компания ни планировала, всё обсудим уже после праздников!
Незаметно подкрался еще один год.
Хотя по лунному календарю Чуньцзе еще не наступил, праздник Лаба уже прошел. Стоило перешагнуть порог последнего месяца года, как «хвост» уходящего времени начал таять на глазах.
Ся Сяолань хотела отправить в отпуск не только сотрудников, но и саму себя.
Хотя её ждало огромное количество дел — например, подведение годовых итогов в нескольких компаниях или решение вопроса с участком в Лучэне, подаренным Чжоу Чэном (начинать ли стройку и что именно возводить)… Дел было слишком много. Если человек не хочет сидеть без дела, он всегда его найдет, но Ся Сяолань действительно хотела отдохнуть. Всех денег не заработаешь, а если и заработаешь, то нужно время, чтобы их тратить!
Поэтому она быстро разобралась с текучкой и объявила, что на этот год её «кисть отложена».
— Если я буду подписывать каждую бумажку, зачем я наняла столько сотрудников?
С самым серьезным видом она учила Бай Чжэньчжу тому, как быть ленивым боссом, но Бай Чжэньчжу, хоть и слушала, совершенно не принимала это близко к сердцу.
Сяо Лань на словах всё красиво расписывает, но стоит ей просидеть без дела больше месяца, как она заскучает, и в суставах у неё, верно, начнет скапливаться ржавчина.
Надо признать, что за годы знакомства Бай Чжэньчжу очень хорошо изучила Ся Сяолань.
Чжоу Чэн должен был уйти в ежегодный отпуск только 10 февраля — это был пятый день первого месяца по лунному календарю.
Ся Сяолань оставалась в расположении части Чжоу Чэна вплоть до 1 февраля, и лишь тогда покинула Циндао. На самом деле она хотела остаться здесь и встретить Чуньцзе с ним, но в праздничные дни у Чжоу Чэна отпуска не было, и в пылу службы ему могло быть совсем не до неё.
Чжоу Чэн сам велел ей возвращаться в Пекин и ждать его отпуска там.
Ся Сяолань прилетела на Циндао тем же рейсом, что и Ду Чжаохуэй, и улетала точно так же.
— А я-то думала, ты уже вернулся в Гонконг!
Ду Чжаохуэй так и сиял:
— Зачем мне так спешить в Гонконг? Я купил на Циндао ещё 200 му земли, прямо в окрестностях Ечэна!
Что ж, зарабатывать деньги — это действительно весело.
Для большинства людей Чуньцзе означал воссоединение семьи, но для семьи Ду это было трудноосуществимо.
Невозможно было найти в семье Ду никого, кто составил бы Ду Чжаохуэю компанию в праздники, да и сам Ду Чжаохуэй вряд ли горел желанием разыгрывать сцены сыновней нежности перед Ду Чэнжуном.
Когда-то Ся Сяолань могла пригласить Тан Хунэна встретить Новый год вместе, но в случае с Ду Чжаохуэем у неё не поворачивался язык.
Тан Хунэн и Ду Чжаохуэй — это были разные случаи.
В чем именно заключалась разница, в глубине души Ся Сяолань знала ответ, но не хотела в это вникать.
Она очень серьезно посмотрела на Ду Чжаохуэя:
— В газетах писали, что ты встречаешься с какой-то новой актрисой с ТВБ. Она сможет составить тебе компанию на Чуньцзе?
Улыбка на лице Ду Чжаохуэя на миг застыла.
— …А я и не знал, что ты в курсе.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
