В глазах Хэлянь Пэна блеснул огонек, а на губах появилась холодная усмешка. Он произнес.
— Раз так, пусть фуцзянь Ча поведет войска и вернет город Лочжоу. Что скажете?
Тот офицер немедленно принял приказ.
— Этот офицер гарантирует, что к завтрашнему утру город Лочжоу будет отбит.
Хэлянь Пэн не высказал ни одобрения, ни возражения, лишь равнодушно ответил.
— Поговорим, когда вернешь его. Тогда я испрошу для тебя награду у Ци-дянься.
Хотя этот офицер и отличался грубым нравом, он все же уловил в словах Хэлянь Пэна некоторую долю пренебрежения. Он на мгновение опешил, но все же принял команду и, развернувшись, вышел.
Когда фуцзянь ушел, Хэлянь Пэн окинул взглядом оставшихся и ледяным тоном скомандовал.
— Немедленно выясните для меня, где именно находится Е Ли!
Остальные вздрогнули, и один человек вышел вперед с вопросом.
— Цзянцзюнь подозревает, что нападение Дин-ванфэй на город Лочжоу, это лишь прикрытие для иного заговора?
Хотя Хэлянь Пэн прибыл совсем недавно и был назначен самим Елюй Е командовать войсками в лагере у горы Линьцзюшань, его жестокие и решительные методы заставили многих командиров преклоняться перед ним в страхе. Никто не смел презирать его за молодость или отсутствие опыта командования армиями в прошлом.
Хэлянь Пэн кивнул.
— Именно так. Безрассудная атака на место, не имеющее большого значения, совсем не в стиле Е Ли.
Другие командиры в душе не согласились с ним. Откуда им было знать, каков стиль действий Дин-ванфэй? Тем не менее приказы Хэлянь Пэна не обсуждались, поэтому все поспешили их исполнять.
— Заговор? Мой план, это открытый умысел1, — с улыбкой произнесла Е Ли, взирая с высоты на бескрайние горы и реки за пределами лагеря на горе Линьцзюшань.
За ее спиной стояли Чжо Цзин и Линь Хань, а также Чжоу Минь, охранявший гору Линьцзюшань.
Чжоу Минь с любопытством спросил.
— Ванфэй, неужели Хэлянь Пэн действительно попадется на эту удочку?
Е Ли слегка улыбнулась.
— Вопрос не в том, попадется Хэлянь Пэн или нет. Даже если он прекрасно понимает, что здесь кроется подвох… ему остается лишь следовать по намеченному нами пути. В противном случае ему придется просто уступить нам все три города в окрестностях горы Линьцзюшань.
Чжоу Минь на некоторое время задумался и, нахмурившись, произнес.
— Ванфэй приказала Цзянцзюню Суню захватить Лочжоу, а цзянцзюня Хэ отправила отбивать город Хуэйюнь. Даже если Хэлянь Пэн решит оставить Лочжоу, он ни за что не бросит город Хуэйюнь. Он непременно отправит туда войска для подкрепления. Однако… в таком случае Хэлянь Пэн поймет, что наши основные силы ослаблены. Что, если он…
Е Ли обернулась к Чжоу Миню и с легким вздохом разочарования ответила.
— Если это случится, то все будет зависеть только от вас, Цзянцзюнь Чжоу.
Малая численность армии Мо была ее уязвимым местом. Если посчитать, то сейчас в лагере у горы Линьцзюшань находилось около трехсот тысяч человек, но настоящей элиты армии Мо среди них было менее ста тысяч. Остальные, это остатки войск Великого Чу и солдаты под началом Хэ Су. Хотя воины Хэ Су выглядели неплохо на фоне других генералов Великого Чу, в прямом столкновении один на один, они все равно не могли сравниться с Бэйжуном. Но вины Хэ Су в этом не было.
Чжоу Минь помедлил, а затем негромко спросил.
— Ванфэй, почему Ванъе не призовет дополнительные войска с Северо-запада?
Система воинской повинности на Северо-западе несколько отличалась от порядков в других государствах, поэтому способность мобилизовать новобранцев там была гораздо выше. Если бы Мо Сюяо пожелал, он мог бы в любой момент собрать еще миллион солдат. Причем эти новобранцы отличались бы от обычных рекрутов, в той или иной степени каждый из них уже прошел определенную подготовку. В этом Северо-запад был схож с Бэйжуном, с той лишь разницей, что в Бэйжуне воинственность была обусловлена народными обычаями, где каждый владел боевыми искусствами. На Северо-западе же это было частью закона, каждый мужчина в период с шестнадцати лет и до церемонии цзягуань2 был обязан два года отслужить в армии.
Е Ли с улыбкой покачала головой.
— Хоть воины Бэйжуна и храбры, они не стоят того, чтобы дом Дин-вана бросал на борьбу с ними все свои силы. В ближайшие годы в Поднебесной вряд ли будет спокойно. Если мы в один миг истощим все людские и материальные ресурсы, то что будем делать в будущем?
— Вот оно как, — Чжоу Минь признал, что не привык размышлять так масштабно, как Ванъе и Ванфэй.
Его делом было лишь неуклонно сражаться с врагом. Раз Дин-ванфэй так сказала, он не стал больше расспрашивать.
— Докладываю Ванфэй, Хэлянь Пэн только что отправил стотысячную армию в сторону города Хуэйюнь, — подошел с донесением мужчина в черном одеянии.
Е Ли кивнула.
— Я поняла, свободен.
Отпустив гонца, Е Ли в раздумьях произнесла.
— У Хэлянь Пэна под началом должно быть более четырехсот тысяч человек. За вычетом тех, кого он отправил на помощь Лочжоу и Хуэйюню, у него должно оставаться как минимум двести тысяч воинов.
Лицо Чжоу Миня стало сосредоточенным, он мрачно сказал.
— Ванфэй, в нашем распоряжении сейчас осталось менее ста пятидесяти тысяч солдат.
Е Ли махнула рукой.
— Это не важно. Оставьте два других лагеря и обороняйте только Центральную армию. Горные тропы Линьцзюшань извилисты, это место легко защищать, но трудно атаковать. Если мы продержимся полмесяца, этого хватит Хэ Су, чтобы взять город Хуэйюнь. В худшем случае… я извещу цзянцзюня Юань Пэя. Как только гора Линьцзюшань падет, он немедленно выведет войска из заставы Фэйхун и преградит путь армии Бэйжуна.
Хотя это и было рискованно, в случае успеха Хэ Су займет город Хуэйюнь, а Сунь Яову — Лочжоу. Вместе с горой Линьцзюшань они образуют треугольник, зажав армию Хэлянь Пэна посередине. Тогда Хэлянь Пэну придется отступить, хочет он того или нет.
— Подчиненный понял. Я буду защищать гору Линьцзюшань до последней капли крови. Однако… не желает ли Ванфэй заранее отбыть на заставу Фэйхун? — подумав, все же спросил Чжоу Минь.
Не то чтобы он не верил, что Ванфэй готова разделить жизнь и смерть с воинами, просто по статусу ей совершенно не следовало так рисковать.
Е Ли покачала головой.
— Не нужно. Я верю, что Цзянцзюнь Чжоу сможет удержать гору Линьцзюшань.
Раз Е Ли так сказала, Чжоу Минь не мог больше настаивать. Ему оставалось лишь втайне принять твердое решение, ни на шаг не подпускать Хэлянь Пэна к горе Линьцзюшань. Если же положение станет совсем безнадежным, он даже силой заставит Ванфэй уехать на заставу Фэйхун.
Вскоре в окрестностях горы Линьцзюшань закипело беспорядочное сражение. Как и предсказывали Е Ли и Чжоу Минь, Хэлянь Пэн не отправился лично спасать города Хуэйюнь и Лочжоу. Вместо этого, он сосредоточил оставшиеся двести тысяч воинов для решительного штурма горы Линьцзюшань. На востоке войска, сражавшиеся с Люй Цзинсянем, застряли в позиционной войне и не могли прорваться. В центре Елюй Е и Хэлянь Чжэнь, совместно возглавлявшие армию из восьмисот тысяч человек, неожиданно не смогли одолеть Мо Сюяо, у которого было меньше пятисот тысяч. За полмесяца боев они чаще проигрывали, чем побеждали, и в отчаянии были вынуждены отступать. Если бы Хэлянь Пэн смог пробить путь через гору Линьцзюшань, это естественным образом облегчило бы нынешнее тяжелое положение армии Бэйжуна. Что еще важнее, зима на севере наступает рано, и она уже была на пороге. С ее приходом нехватка провианта и фуража в армии Бэйжуна станет еще ощутимее. Поэтому Хэлянь Пэн, хотя и понимал, что план Е Ли может быть для него ловушкой, был вынужден поставить всё на один бросок3 и всеми силами атаковать гору Линьцзюшань.
Перед фронтом на горе Линьцзюшань стороны сражались уже пять дней, обе понесли неисчислимые потери. Но никто не желал отступать ни на пядь. В сравнении с противником армия Мо в этот раз действительно оказалась в невыгодном положении. Боеспособность армии Мо сейчас уступала мощи армии Бэйжуна, да и по численности они проигрывали. Если бы гора Линьцзюшань не была столь труднодоступной, то армия Мо к этому времени уже давно потерпела бы поражение.
Но, даже при таком раскладе Хэлянь Пэну было не легче, чем Е Ли и Чжоу Миню. Хотя его потери были несколько меньше, чем у армии Мо, в его распоряжении изначально оставалось лишь около двухсот тысяч человек, а от войск, отправленных на подмогу в Лочжоу и Хуэйюнь, до сих пор не пришло ни единой вести. Если потери продолжатся в том же духе, то даже если он полностью уничтожит силы на горе Линьцзюшань, его оставшихся людей едва ли хватит на то, чтобы их не растоптала армия Мо, стоящая за горой на заставе Фэйхун. Тогда это действительно станет поражением для обеих сторон. Хуже всего было то, что Е Ли могла позволить себе такие потери, за ее спиной оставались Юань Пэй и защитники заставы Фэйхун. Хэлянь Пэн же не имел права на такую цену. Если Лочжоу и Хуэйюнь окончательно падут, то даже захватив гору Линьцзюшань, он просто побоится идти дальше. Перейдя через нее, он превратится в отрезанный от всех отряд.
— Е… Ли! — стоя перед строем и глядя на израненных, изможденных солдат, Хэлянь Пэн невольно стиснул зубы, а в его глазах вспыхнул фанатичный блеск. — Ты не зря носишь титул Дин-ванфэй, я все же попался в твои сети. Но… не поставила ли ты в этот раз на кон собственную жизнь?
Взирая на возвышавшуюся впереди гору Линьцзюшань, где на ветру развевались черные знамена армии Мо-цзяцзюнь, Хэлянь Пэн холодно усмехнулся.
— Раз уж дело дошло до этого, если я, этот Цзянцзюнь, не захвачу твою гору Линьцзюшань, разве люди не станут потешаться над моей никчемностью?
— Эй, кто-нибудь!
— Цзянцзюнь? — тут же отозвался один из военачальников, ожидая приказов.
Хэлянь Пэн поднял взгляд и, впившись глазами в склон горы неподалеку, глухо произнес.
— Продолжайте штурм горы Линьцзюшань. Не прекращать атаку, пока она не падет!
Военачальник опешил и с некоторым затруднением проговорил.
— Цзянцзюнь, гора Линьцзюшань место, которое легко оборонять, но трудно атаковать, боюсь, что…
Хэлянь Пэн метнул в него ледяной, пронзительный взгляд, заставив того проглотить готовые сорваться с языка слова. Хэлянь Пэн не сводил с него глаз, цедя сквозь зубы.
— Каждого, кто посмеет отступить, казнить!
— Есть!
На горе Линьцзюшань также все были в полной боевой готовности, в воздухе витал запах крови и чувствовалось крайнее напряжение. Линь Хань следовал за Е Ли, сопровождая ее во время обхода передовой линии за пределами лагеря. Глядя на солдат, которые сидели группами по три-пять человек, отдыхая, и замечая среди них немало раненых, которым еще не успели оказать помощь, Линь Хань невольно нахмурился. Он с беспокойством посмотрел на шедшую впереди Е Ли, но слова просьбы поскорее уйти так и не сорвались с его губ.
Увидев приближающуюся Е Ли, солдаты, отдыхавшие на земле, попытались подняться, чтобы поприветствовать ее. Е Ли взмахом руки велела им не двигаться. Она подошла к воину, который прислонился к стогу сена, его левая рука была залита кровью.
— Что случилось? Почему ты не перевязал рану? — тихо спросила она.
Солдату на вид было всего семнадцать или восемнадцать лет. Услышав вопрос Е Ли, он смутился и покраснел, и отчаянно затряс головой.
— Отвечаю… отвечаю Ванфэй, я ранен не тяжело, лишь кожа немного содрана, перевязка не нужна.
Е Ли присела рядом и, протянув руку, приподняла его рукав. Рана и впрямь была не слишком серьезной и не задела жизненно важных мест, однако крови вытекло немало. В обычное время это не доставило бы хлопот, но в нынешних обстоятельствах при малейшем усилии рана могла разойтись еще сильнее. Е Ли нахмурилась, достала лекарство и посыпала им поврежденное место. Линь Хань, стоявший за ее спиной, подал лоскут ткани. Е Ли взяла его и ловкими, уверенными движениями наложила повязку.
Глядя на женщину в белых одеждах, которая перевязывала ему рану, молодой солдат застыл в оцепенении. Было видно, что ванфэй делает это со знанием дела, в считанные мгновения она нанесла лекарство и перебинтовала руку так искусно, как не умели даже лекари, которых он встречал в армии. Заметив его остолбенелый взгляд, Е Ли мягко улыбнулась.
— Сколько тебе лет? Страшно тебе?
Юноша покачал головой и твердо произнес.
— Не страшно.
На самом деле ему все же было немного боязно, но раз уж ванфэй, будучи женщиной, не ведала страха, то как он, настоящий мужчина, мог позволить себе бояться?
Е Ли похлопала его по плечу.
— Отдыхай как следует, впереди нас ждет тяжелый бой.
Поднявшись, она повернулась к Линь Ханю.
— В лагере нет недостатка в снадобьях, пусть военные врачи раздадут их солдатам. Те, у кого раны не слишком тяжелые, пусть помогают друг другу наносить лекарство и делать перевязки.
— Слушаюсь, Ванфэй, — кивнул Линь Хань и, остановив проходившего мимо солдата, велел ему передать приказ.
Затем он снова последовал за Е Ли. Видя это, она с оттенком безысходности проговорила.
— В военном лагере мне ничто не угрожает. Тебе не обязательно всюду следовать за мной тенью.
Линь Хань покачал головой.
— Ванъе приказал, подле Ванфэй всегда должен кто-то находиться для защиты.
_______________________________________________________
- Открытый умысел (阳谋, yángmóu) — стратегия, при которой намерения и действия очевидны противнику, но у него нет иного выбора, кроме как действовать по сценарию организатора. ↩︎
- Цзягуань (加冠, jiāguān) — древнекитайский обряд надевания шапки, знаменующий достижение мужчиной двадцатилетнего возраста и его вступление в пору зрелости. ↩︎
- Поставить всё на один бросок (孤注一掷, gū zhù yī zhì) — совершить последнюю отчаянную попытку, рискнув всем имеющимся; пойти ва-банк. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
