За пределами столицы войска повсюду установили многочисленные заставы, но в самом городе всё равно стали появляться разрозненные тексты манифестов.
Впрочем, в отличие от других мест, здесь власти изымали их очень быстро. Листки исчезали почти в мгновение ока.
Вошли несколько молодых людей. Они увидели, что Чжоу-лаотайе не играет в шахматы, а сидит, откинувшись в кресле, и читает какой-то лист бумаги, посмеиваясь.
— Дедушка, что вы читаете? — спросили они.
Чжоу-лаотайе поманил их рукой:
— Вы как раз вовремя, взгляните на карательный манифест Чу Хоу.
Молодёжь вздрогнула от испуга. Кто-то поспешно закрыл дверь, кто-то опасливо огляделся по сторонам.
— Дедушка! — зашептали они. — Откуда вы его взяли? — И с тревогой добавили: — Неужели кто-то пробрался в наш дом?
Хотя Чу Хоу и сбежала, говорили, что в столице у неё осталось немало тайных помощников. Неужели в их прославленный род Чжоу тоже кто-то проник! А-Цзян и вправду была в хороших отношениях с Чу Хоу, но А-Цзян уже вышла замуж… Нужно скорее проверить служанок и момо, что прежде прислуживали А-Цзян!
— Хватит, хватит, за кого вы принимаете нашу семью? — прикрикнул Чжоу-лаотайе на перепуганных младших. — Я купил это за большие деньги.
Купил, да ещё и за большие деньги. Это поразило молодёжь ещё больше. Неужели то, что императорский двор препятствовал распространению манифестов, превратило их в редкость и сделало ещё ценнее?
— Дедушка, зачем вы его купили? — спросили они. — Если власти узнают…
— Пусть проверяют, манифест ведь не я писал, что мне будет от простого прочтения? — ответил Чжоу-лаотайе. Он отложил один лист и взял другой. — Раньше этот род Се заявлял, будто Чу Хоу замышляет мятеж, и развешивал указы по всей Поднебесной — мы их читали. Теперь манифесты вывешивает Чу Хоу, так почему нам нельзя их читать?
Сказав это, он указал на них пальцем:
— Вы, молодёжь, почему такие трусливые? Хоть вы и молоды, но пережили уже немало. Смута, поднятая принцами, вторжение Силяна, мятеж Чжуншань-вана — все последние годы нас бросало на волнах, словно лодку. И что теперь, какой-то карательный манифест Чу Хоу против рода Се — это по-вашему великое событие?
Молодые люди задумались. А ведь и вправду, они уже повидали и бури, и большие волны.
— Дедушка прав, — закивали они и потянулись к лежащим на шахматной доске бумагам. — Мы тоже почитаем, что там написано.
Чжоу-лаотайе с пренебрежением взглянул на них:
— Вы даже менее отважны, чем девчонка А-Цзян. Вечно колеблетесь. Впредь не учитесь у меня игре в шахматы.
При этих словах он снова рассердился:
— А-Цзян вышла замуж, и что, теперь не может вернуться домой? Почему за целый месяц она ни разу не навестила нас? Надо было тогда брать мужа А-Цзян в дом, зачем было отдавать её в чужую семью! Я уже всё решил. Когда в этот раз Чу Хоу победит и вернётся к управлению государством, я сделаю так, чтобы А-Цзян стала женщиной-чиновником…
Услышав это, молодые люди, «повидавшие бури», снова запаниковали:
— Дедушка, такого нельзя говорить!..
— Дедушка, дело не в нашей трусости, просто сейчас это неуместно!..
Подобное смятение царило во многих богатых усадьбах столицы, оставаясь скрытым за наглухо запертыми воротами. В доме рода Се в это мгновение тоже было шумно.
— Она тогда настояла на том, чтобы остаться в пограничных войсках и командовать ими, лишь для того, чтобы прибрать их к рукам.
— Я же говорил, что пограничным войскам нельзя верить! Нужно было вырезать их ещё тогда.
— Теперь всё, они перешли к Чу Хоу.
— Вести подтвердились? Все четыре великих генерала сдались?
— Лян Цзи тоже сдался. Смотрите, в этом манифесте чётко написано, что Чу Хоу вела за собой таких-то генералов, и Лян Цзи среди них.
— Лян Цзи наверняка принудили. Его дочь сейчас — императрица, с какой стати ему сдаваться! Он должен был сопротивляться до самой смерти. Скорее всего, его уже убили.
В главном зале усадьбы Се собралось больше десяти человек. Кто-то сидел, кто-то стоял; некоторые были в чиновничьих одеяниях, другие в обычном платье. Люди разного возраста шумно спорили. Се-ци-е, сидевший на почётном месте, отложил в сторону донесения и жестом велел всем замолчать.
— Прошу всех успокоиться, — произнёс он. — Солдаты, примкнувшие к врагу и поднявшие мятеж, уже задержаны в разных местах по пути.
Лица собравшихся не просветлели.
— Но мощь Чу Хоу стремительна и грозна, — мрачно сказал один чиновник.
Раньше о ней ничего не было слышно, и вдруг она повсюду. Одной лишь армии округа Юньчжун для этого недостаточно. Сколько же людей Чу Хоу тайно взрастила? Неудивительно, что Се Яньфан прежде отдавал приказ об истреблении разбойников. Не стоило отменять этот приказ.
На самом деле Се-ци-е тоже не хотел отменять приказ об истреблении разбойников, и всё из-за Се Яньлая… Едва эта мысль промелькнула у него в голове, как в дверях выросла фигура, отбросив густую тень.
— Что вы здесь делаете? — хрипло спросил мужской голос.
Завидев маску на лице вошедшего, все в зале поднялись и хором произнесли:
— Гунцзы.
Се-ци-е сидел неподвижно и смотрел на него с недобрым выражением лица.
— Ничего особенного, — сухо ответил он. — Всё в порядке. Тебе пора во дворец. В такое время Его Величество не должен оставаться один.
Остальные тоже заспешили:
— Не беспокойтесь, гунцзы, всё хорошо.
— Пожалуйста, утешьте Его Величество.
— Не волнуйтесь, гунцзы, мы здесь и приложим все силы, чтобы стабилизировать ситуацию.
Се Яньлай проигнорировал их, глядя лишь на Се-ци-е. Се-ци-е, не вставая, смотрел на него в ответ. Почувствовав странную атмосферу, все в зале затихли. Этот гунцзы из семьи Се был весьма странным. Если Се Яньфан выбрал его в качестве замены, значит, он явно не прост. Но в общении с людьми из рода Се он вёл себя не как сородич, а скорее как противник.
К счастью, когда всем уже начало казаться, что они задохнутся от напряжения, Се Яньлай развернулся и ушёл.
Люди вздохнули с облегчением. Плечи Се-ци-е расслабились, в его глазах промелькнула холодная усмешка.
«Неблагодарная тварь, что ест внутри, а скребёт наружу, что ты можешь сделать?»
Даже если ты готов позволить этой девке уничтожить род Се, другие на это не пойдут. Осуждение рода Се — это дело не только одного клана, оно касается каждого, кто с ним связан.
Ты, может, и согласен, но другие — нет.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
