Сяо Хуаян понимал, что ему придется прыгнуть. Даже если бы он этого не сделал, подвесной мост долго бы не продержался, а берега разделяла река, которую невозможно было пересечь вброд. Это противостояние не могло закончиться просто так, и единственным выходом было броситься в воду.
Однако стремительное течение таило в себе огромную опасность. Неизвестно было, куда их отнесет после падения и не наткнутся ли они в реке на острые рифы…
Если бы не такое множество неопределенных факторов, император Юнин и Сяо Хуаян уже давно бы прыгнули в воду.
Шэнь Сихэ направилась вниз по течению. Взгляд Сяо Чанъина на мгновение едва заметно последовал за ней, что не укрылось от пристально наблюдавшего за ним Сяо Цзюэсуна. Последний вспомнил донесение: когда люди Сяо Хуаяна отправились на подмогу, Сяо Чанъин был вместе с ним.
Император Юнин расставил эту ловушку для Сяо Хуаяна. Сяо Хуаян позволил себя схватить, следуя обстоятельствам, но почему Сяо Чанъин преследовал их столь неустанно?
Неужели их и впрямь связывала крепкая братская любовь?
Сяо Цзюэсун перевел взгляд с Сяо Чанцина на Сяо Чанъина — вот они были единоутробными братьями, а Сяо Хуаян…
При этой мысли он навел арбалет на Сяо Хуаяна. Зрачки Сяо Чанъина сузились, рука, сжимающая лук, непроизвольно напряглась. Взор Сяо Цзюэсуна потяжелел; он потянул за спусковой механизм, и Сяо Чанъин тут же выпустил стрелу, но Сяо Цзюэсун в самый критический момент придержал болт.
Его стрела не вылетела. Он резко развернулся и прицелился в императора Юнина. Сяо Чанъин не успевал наложить новую стрелу и лишь в ярости выкрикнул:
— Бися!
Когда пущенная Сяо Чанъином стрела пролетела мимо, Сяо Хуаян разгадал замысел Сяо Цзюэсуна. Прежде чем тот успел выстрелить, Сяо Хуаян качнулся всем телом, выпустил веревку и бросился под мост к находящемуся неподалеку императору Юнину. Он успел ухватить императора Юнина за висящие в воздухе ноги; под тяжестью собственного веса он утянул за собой императора, чье тело еще наполовину оставалось на мосту. Арбалетный болт Сяо Цзюэсуна лишь задел плечо императора Юнина, оставив за собой брызги крови.
Если бы Сяо Хуаян не стащил его вниз вовремя, эта стрела пробила бы ему грудь.
Оба рухнули в воду. Мощные брызги взметнулись вверх, мутная вода хлынула в нос и рот, быстро разделив их. Всего через несколько мгновений они исчезли в бушующих волнах.
Когда император Юнин и Сяо Хуаян скрылись из виду, у людей императорского двора больше не осталось помех. Множество заранее подготовленных отличных пловцов один за другим прыгнули в реку, другие поспешили вдоль берега, а остальные сосредоточили все силы на захвате Сяо Цзюэсуна.
Сяо Цзюэсун немедленно перерубил канаты подвесного моста, и его люди быстро отступили к поместью позади. Император Юнин уже давно отправил часть людей в обход, чтобы затаиться в другом месте, но путь был неблизким, и неизвестно, успеют ли они перехватить Сяо Цзюэсуна.
Шэнь Сихэ первой направилась вниз по течению. На полпути ее догнала Чжэньчжу, которая управляла повозкой, где сидел молодой простолюдин:
— Цзюньчжу, тайцзы и Бися упали в реку, скорее садитесь в повозку!
Шэнь Сихэ вместе с Моюй быстро забрались внутрь. Повозка мчалась по государственной дороге, поднимая столбы пыли. Примерно через четверть часа они добрались до места ниже по течению. Проводник привел их к излучине, где река делала поворот: если повезет, их могло прибить к берегу здесь, если нет — унесет дальше.
Шэнь Сихэ не увидела здесь ни Сяо Хуаяна, ни императора Юнина. Скорость течения явно была выше их скорости, и если Сяо Хуаяна здесь не оказалось, значит, их обоих унесло дальше. Несмотря на то, что здесь вода была не такой бурной, как наверху, Шэнь Сихэ не находила себе места от тревоги.
Чжэньчжу спросила простолюдина, есть ли другие подобные места, но тот в смятении покачал головой. Тогда Чжэньчжу велела Мо Юаню проводить его обратно.
— Цзюньчжу, не беспокойтесь, тайцзы-дянься наверняка подготовился заранее, — утешала ее Чжэньчжу.
— Он ранен. — В такой воде раны могли воспалиться, а в бурном потоке слишком много непредсказуемого. Каким бы тщательным ни был его план, что, если случится непоправимое?
— Цзюньчжу не стоит забывать, что вы и тайцзы-дянься когда-то тоже встретились в реке. Тогда он остался цел и невредим, а значит, он превосходно плавает, — поспешила добавить Биюй.
Шэнь Сихэ взглянула на них обеих. Действительно, Сяо Хуаян хорошо плавал, и одних лишь внешних ран было недостаточно, чтобы лишить его способности спастись. В крайнем случае у него был морской орел — где бы он ни оказался, птица всегда его отыщет. Немного успокоившись, Шэнь Сихэ все же не прекратила поиски и продолжила путь вдоль берега.
Повозка ехала дальше, и вскоре они встретили Чжао-вана Сяо Чанминя, который ждал с несколькими лодками. Похоже, не только Сяо Хуаян, но и император Юнин заранее все продумал.
Когда Шэнь Сихэ подошла ближе, она увидела, что императора Юнина уже спасли. Она поспешно спросила:
— Где тайцзы?
— Цзюньчжу, тайцзы-дянься там, — Сяо Чанминь указал на другую небольшую лодку.
Сяо Хуаян был смертельно бледен и лежал без сознания, окруженный императорскими врачами. Император Юнин же оставался в сознании; сидя в лодке, он позволял врачу перевязывать свою рану.
— Чжэньчжу! — скомандовала Шэнь Сихэ.
По ее приказу Чжэньчжу тут же прыгнула на лодку. В Императорской медицинской службе уже привыкли к этой лекарке, сопровождавшей Чжаонин-цзюньчжу, поэтому препятствовать не стали. Проверив пульс, врачи уступили ей место.
Лицо Чжэньчжу помрачнело. Она обернулась к Шэнь Сихэ:
— Цзюньчжу, кажется, дянься снова отравлен.
Не только Шэнь Сихэ, но и император Юнин изменился в лице. Он тут же посмотрел на врача, проверявшего его собственный пульс. Тот, уловив взгляд, поспешно объяснил:
— Бися может быть спокоен, вы не отравлены.
Лицо императора Юнина немного прояснилось. Он подозвал врача, осматривавшего Сяо Хуаяна:
— Тайцзы снова отравлен?
— Докладываю Бися, — правдиво ответил врач. — Тайцзы-дянься и без того слаб здоровьем, а ранение отравленной стрелой стало для него настоящим снегом поверх инея1.
Император Юнин приказал Лю-гунгуну:
— Отвезите тайцзы в летний дворец, немедленно.
Началась суматоха. Большая часть охраны сопровождала Сяо Хуаяна в летний дворец, и Шэнь Сихэ последовала за ними. Там их уже ждал Суй Аси, которому предстояло проводить лечение укусами пчёл. В этот раз он прибыл в летний дворец вместе с людьми Дунгуна, числясь в их списках.
Шэнь Сихэ в тревоге ждала снаружи. Вскоре прибыла тайхоу.
У девушки не было сил утешать обеспокоенную тайхоу — она не знала, было ли отравление Сяо Хуаяна случайностью или его собственной затеей. Она по-настоящему боялась за его жизнь. Примерно через полчаса в летний дворец вернулся император Юнин, и только тогда императорские врачи и Суй Аси вышли к ним.
— Как тайцзы? — поспешно спросила тайхоу.
Врачи понурили головы и молчали. Лишь встретившись взглядом с Шэнь Сихэ, Суй Аси произнес:
— В теле тайцзы столкнулись два яда, неизвестно, сможет ли он прийти в себя.
Тайхоу пошатнулась и начала падать назад. Император Юнин поспешил поддержать ее, но она, увидев его, с силой оттолкнула сына и оперлась на свою служанку. Она посмотрела на императора Юнина взглядом, полным невыразимой скорби и отчаяния:
— Бися, вы довольны?
***
- Снег поверх инея (雪上加霜, xuě shàng jiā shuāng) — идиома, означающая наложение одного несчастья на другое, усугубление и без того тяжелой ситуации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
