Сяо Хуаян был высокого роста и длинноногим, к тому же он сильно разгневался и шагал так размашисто, что Шэнь Сихэ никак не могла его догнать.
Его статный силуэт стремительно удалялся, и не успела она моргнуть глазом, как край его одеяния мелькнул за поворотом, и он окончательно скрылся из виду.
— Дянься, тайцзы-дянься, похоже, не вернулся в свои покои, — Чжэньчжу, следовавшая за Шэнь Сихэ, посмотрела в ту сторону, где исчез Сяо Хуаян.
Шэнь Сихэ не стала преследовать его тем же путем, а свернула в другую сторону.
Хотя летний дворец и не мог сравниться с императорским дворцом, он все же был немал. Мест, куда мог отправиться Сяо Хуаян, было великое множество, но в сердце Шэнь Сихэ жила необъяснимая уверенность в том, что он пошел именно в одно конкретное место.
У подножия горы, в долине Пингу, протекал чистый, прозрачный до самого дна ручей. Меньше чем в ста метрах от него раскинулся лес Пинчжун; это место Сяо Хуаян нашел случайно и когда-то таинственно привел туда Шэнь Сихэ.
Горная гряда высилась подобно ширме, поток воды вился лентой, а синее небо сияло, словно зеркало.
Здесь пели птицы и благоухали цветы, порхали разноцветные бабочки; обезьяны ловко прыгали по ветвям, а в вышине гордо расправляли крылья огромные птицы…
В этот миг у самой воды, отражаясь в ее глади, замер одинокий силуэт со сложенными за спиной руками.
Свежий ветерок веял с далеких гор, колыша его полы и подчеркивая ледяное отчуждение, способное оттолкнуть любого за тысячи ли.
Он был раздосадован, крайне раздосадован.
Шэнь Сихэ покосилась на Чжэньчжу. Та поняла без слов и остановилась, встав напротив Тянь Юань — один слева, другая справа.
Подол ее легкого платья едва касался травы. Шэнь Сихэ бесшумно подошла к Сяо Хуаяну и встала рядом. Она перевела взгляд вдаль, а затем опустила его на воду, где колыхались их отражения. Она смотрела на него сквозь зыбь ручья.
Сяо Хуаян все ждал, когда Шэнь Сихэ заговорит, но прошло немало времени, а она, казалось, и не собиралась ничего говорить, лишь молча стояла подле него.
Сяо Хуаян, до этого державшийся подчеркнуто официально, выпрямил шею. Он изо всех сил старался сдержать голову, которая при виде Шэнь Сихэ обычно становилась совершенно непослушной, но его глаза все же невольно скосились в ее сторону.
Эту деталь подметила Шэнь Сихэ, не сводившая взгляда с поверхности воды, и невольно издала тихий смешок.
Услышав ее смех, Сяо Хуаян осознал, что его маленькая уловка полностью выдала его в отражении. Он тут же насупился, и его досада превратилась в жгучее смущение. Он хотел было уйти в другую сторону, но почувствовал, что его рукав кто-то удерживает.
В душе он велел себе с силой вырваться из ее хватки и решительно уйти, но ноги мгновенно замерли. Они стояли у самого ручья; если бы он приложил силу, а она не удержалась бы на ногах и упала в воду, не простудилась бы она? Не получила бы травму? А что, если бы в воде ей встретилась ядовитая змея?..
Бесконечные тревоги, пусть даже рожденные воображением, заставляли его сердце трепетать от страха. Сяо Хуаян втайне презирал себя за это, но не мог и не хотел ничего менять.
— Это я виновата, — мягко произнесла Шэнь Сихэ. — Пожалуйста, не сердись, ладно?
Сяо Хуаян не ломал комедию и не капризничал — его чувства действительно были задеты. В тот миг, когда Шэнь Сихэ предложила позволить Ань Чжэнъи войти в Дунгун, его сердце словно пронзил острый меч. Резкая, сжимающая боль вызвала у него секундное головокружение.
Как она могла? Как могла использовать его как разменную монету, как вещь ради безопасности семьи Шэнь?
Он знал, что ее решение выйти за него замуж было продиктовано выгодой. Все это время лишь он один упорствовал в своих чувствах, лишь он один любил безответно, лишь надеясь и моля о том, чтобы она стала относиться к нему хоть немного лучше.
Он прекрасно понимал, что в ее сердце он никогда не сравнится с ее близкими родственниками. Он отчетливо сознавал: если однажды ей придется выбирать между ним и семьей Шэнь, она без колебаний выберет семью Шэнь.
То было место, где она выросла, где обрела опору на долгие годы и где пустили корни ее чувства. Он не питал иллюзий, что сможет легко потеснить их, но то, что она без раздумий ради Шэнь Иньчо предложила ему взять наложницу, отозвалось в нем мучительной болью, будто десять тысяч стрел пронзили его до самого мозга костей.
Он бежал прочь, не разбирая дороги, и лишь когда его обдало холодным ветром, к нему вернулись остатки рассудка. Он смутно догадывался, что она поступила так с каким-то иным умыслом, но его печаль была настоящей. Он думал, что сможет стать холоднее и тверже, но стоило ей заговорить, произнести лишь одну мягкую фразу, даже без слов извинения, как вся его обида и ярость мгновенно развеялись.
Сяо Хуаян, ах, Сяо Хуаян, какой же ты никчемный.
Горестно и беспомощно вздохнув в душе, Сяо Хуаян, сохранив остатки гордости, лишь поджал губы и промолчал.
Несмотря на то что его лицо по-прежнему оставалось мрачным, Шэнь Сихэ почувствовала, как он смягчается. Она понемногу потянула его за рукав, коснулась его руки и, скользнув вниз по ткани, крепко сжала его ладонь. Он сделал вид, что хочет высвободиться, но Шэнь Сихэ тут же перехватила его руку еще крепче.
От этого простого жеста на сердце у Сяо Хуаяна потеплело. Напряженные мышцы лица расслабились, и ему стоило больших усилий удержаться от улыбки.
Шэнь Сихэ сделала вид, что не заметила его борьбы с самим собой. Склонив голову, она скрыла улыбку, коснувшуюся ее губ:
— Бэйчэнь, ты когда-то говорил о союзе семей Пань и Ян1. Пусть я и не верю в это до конца, но все же питаю некую надежду. Я знаю, что подобные легенды, вошедшие в века, не создаются усилиями лишь одного человека. Я готова стараться вместе с тобой, и неважно, сможем ли мы достичь этого — главное, чтобы в будущем, оглядываясь назад, никто из нас не ведал сожалений.
Да, Шэнь Сихэ все еще не верила, но была готова приложить усилия. Раньше для нее это были лишь предания, воспевающие прекрасное. Она даже думала: на глазах у всех Пань и Ян действительно оставались верны друг другу до самого конца, но кто знает, что происходило на самом деле? Неужели никто из них никогда не колебался?
Она никогда не доверяла чувствам между мужчиной и женщиной и никогда к ним не стремилась, но все же она была живым человеком и встретила такого искреннего Сяо Хуаяна. Это заставило ее захотеть попробовать, даже если она не верила до конца.
Ни плывущие облака, ни ласковый ветерок не могли сравниться с той бесконечной нежностью, что отразилась в его глазах, когда он поднял на нее взгляд.
Их глаза встретились. В ее взгляде сквозила улыбка, она пристально смотрела на него:
— Что касается того дела, у меня есть другой способ все уладить. Даже если бы его не было, у меня все равно есть ты. Но что бы мы ни предприняли, в лучшем случае это лишь станет уроком для Аньши.
В голове у Сяо Хуаяна крутились лишь слова «у меня есть ты», остальное он слушал невнимательно, и уголки его губ больше не могли сдерживать улыбку.
Шэнь Сихэ, заразившись его искренней радостью, улыбнулась шире:
— Даже если весь клан Аньши падет, для меня этого будет мало. За всем этим стоит Бися. То, что сегодня мы преградили путь Ань Чжэнъи, не значит, что завтра не появятся Чжао Чжэнъи или Цянь Чжэнъи…
— Я не люблю бесконечные распри с кем бы то ни было. Раз Бися уже начал действовать, то нет причин давать ему поблажку только лишь потому, что он император.
Сяо Хуаян, чье сердце наполнилось сладостью, давно забыл о том, как злился на Шэнь Сихэ за ее согласие принять Ань Чжэнъи в Дунгун без его ведома. Теперь это казалось ему сущим пустяком, а все его внимание было приковано к прекрасной и очаровательной жене:
— И что же ты намерена делать?
Что бы ты ни задумала, я во всем поддержу тебя.
Шэнь Сихэ не ведала недостатка в тех, кто безгранично потакал ей: Шэнь Юэшань и Шэнь Юньань относились к ней так с самого детства.
Но такое поведение Сяо Хуаяна действительно согревало ей душу:
— Когда Бися официально утвердит ваши с Аньши отношения, я отправлю ее прямиком на императорскую кровать. Сначала была шуфэй, теперь — Аньши. Я сделаю так, чтобы Бися окончательно потерял лицо!
***
- Союз семей Пань и Ян (潘杨之好, Pān Yáng zhī hǎo) — образцовый брак, названный в честь Пань Аня и его супруги Ян Жунцзи, известных своей преданностью. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
