Храм Городского стража на восточной окраине городка Линьчунь тоже был невелик: за главным залом в три пролёта располагались ещё пять-шесть боковых флигелей.
Когда они вошли, в главном зале находился лишь один человек. Он сидел на корточках в юго-западном углу и варил что-то в железном котелке, пристроенном на трёх камнях. Отсветы костра плясали на его свирепом лице с оплывшими щеками, придавая ему лютый и дикий вид. Взглянув на вошедших с холодным равнодушием, он снова уткнулся в свой котелок.
Атмосфера в храме показалась Фу Тинъюнь весьма странной.
Она бегло окинула взглядом зал.
Здесь было относительно чисто — словно тут постоянно кто-то жил.
Почему же здесь только один человек?
Она подала знак А-Сэню и заметила, что мальчик тоже выглядит тревожно.
— Ты приметил что-нибудь? — шёпотом спросила его Фу Тинъюнь.
— Очень странно, — так же тихо ответил А-Сэнь. — Почему здесь всего один человек?
Он думал о том же.
А-Сэнь покосился на свирепого мужчину и шепнул:
— Я помню, сзади есть ещё флигели. Может, укроемся там? Туда всего один вход, так проще держать оборону.
Будь здесь Девятый господин, Фу Тинъюнь не стала бы возражать, но ведь предложение исходило от А-Сэня… Он был всего лишь ребёнком, да к тому же раненым. Если туда ворвётся опасный противник — вроде этого свирепого мужика — они окажутся в ловушке, словно черепахи в кувшине!
— Лучше нам переждать в роще снаружи, — предложила Фу Тинъюнь. — Деревья там хоть и засохли, но это всё же хоть какое-то укрытие…
Не успела она договорить, как с улицы донёсся громкий голос:
— Есть кто внутри?
С этими словами в храм вошёл высокий мужчина.
На вид ему было лет двадцать семь или двадцать восемь: белолицый, с правильными чертами, одетый в халат чжичжуо из дикого шёлка1 — из-за темноты цвет было не разглядеть — подпоясанный кушаком. Выглядел он собранно и опрятно, смахивая на приказчика из лавки.
Увидев обстановку в зале, он слегка удивился. После короткого замешательства мужчина сложил руки в приветственном жесте перед Фу Тинъюнь и А-Сэнем и с улыбкой произнёс:
— Путники в дороге всегда надеются на доброе отношение. Не откажите в любезности, разрешите нам переночевать здесь.
Фу Тинъюнь и сама ещё не решила, оставаться ли им, поэтому промолчала. Странно было то, что свирепого вида мужик у костра тоже не проронил ни слова. Атмосфера становилась всё более гнетущей.
Вошедший, впрочем, не придал этому значения. Он повернулся к выходу, бросил пару слов, и в храм один за другим вошли ещё трое мужчин.
Всем им было чуть за двадцать. Один — коренастый и рослый, с острым взглядом, тоже толкал перед собой тачку с поклажей; второй — среднего роста, с самым обычным лицом, но непринуждёнными и свободными манерами, шёл с пустыми руками; третий — с тонкими, приятными чертами лица и дружелюбным видом, нёс за спиной узел. Все они были одеты в халаты из дикого шёлка с поясами.
Рослый крепыш с порога зычно гаркнул:
— А местечко-то неплохое! — Голос его прогремел под сводами, едва не оглушив присутствующих.
А-Сэнь мгновенно подался ближе к Фу Тинъюнь и шепнул:
— Госпожа, этот человек — ляньцзяцзы2.
У Фу Тинъюнь от страха зачесалась затылочная жила, а рослый детина уже сложил перед ней руки:
— Уважаемая госпожа, нас много, мы бы хотели расположиться в северо-западном углу. Не сделаете ли одолжение?
Только тут Фу Тинъюнь поняла, что стоит прямо на их пути.
Она поспешно опустила голову и отступила в сторону.
Мужчины прошли мимо.
Похожий на приказчика и рослый крепыш с любопытством мельком взглянули на Чжао Девятого, лежавшего на тачке. Взгляд же мужчины среднего роста задержался на Фу Тинъюнь неприлично долго. А третий, с приятными чертами лица, сначала вслед за рослым взглянул на Чжао Девятого, а заметив, куда смотрит его спутник среднего роста, перевёл взор на Фу Тинъюнь.
— Госпожа, — еле слышно прошептал А-Сэнь, — может, вам лучше остаться в зале? Мне кажется, эти четверо не похожи на дурных людей. Я мигом сбегаю в городок и вернусь самое большее через полчаса.
В окружении людей человек обычно чувствует себя куда увереннее.
Фу Тинъюнь не была исключением.
Вглядевшись в погружённый во тьму двор за порогом, она кивнула:
— Возвращайся скорее!
— Слушаюсь, — отозвался А-Сэнь.
Поразмыслив, Фу Тинъюнь выбрала юго-восточный угол, подальше от обеих групп мужчин.
Расстелив циновку, они вместе с А-Сэнем перенесли и уложили Чжао Девятого, а перед ними поставили тачку, огородив свой уголок от чужих глаз. Когда А-Сэнь ушёл в городок, Фу Тинъюнь достала кинжал и спрятала его под циновку, после чего тихо позвала:
— Девятый господин… попейте немного воды.
Чжао Девятый приоткрыл глаза, взгляд его был туманным и неясным. Несвязно качнув головой, он снова смежил веки и погрузился в глубокий сон.
Сердце её сжалось. Забыв о правилах строгого этикета между мужчиной и женщиной, она дотронулась до его лба.
Горячий, как уголь!
Фу Тинъюнь охватила паника. Смочив платок, она принялась протирать ему лоб, судорожно вспоминая, как в детстве кормилица ухаживала за ней во время простуды.
Хорошо бы промыть рану на плече солёной водой и перевязать заново.
Но она не умела делать перевязки и боялась трогать пропитанные кровью повязки.
Вот если бы Чжао Девятый очнулся хотя бы ненадолго и объяснил, как правильно обмотать бинты!
Она выжала платок и снова положила ему на лоб.
Снаружи донёсся шум и крики.
Люди в северо-западном углу уже обустроили себе место для ночлега и, услышав гул, повернулись к выходу.
А вот мужик в юго-западном углу даже головы не поднял.
Гам становился всё ближе: раздавался мужской хохот, брань, а также женские визги и плач.
Отсветы факелов багровым пламенем окрасили ночное небо.
Фу Тинъюнь мгновенно вспомнила тот день, когда появился Фэн Четвёртый.
Лицо её застыло, и она крепче сжала рукоять кинжала.
- Чжичжуо из дикого шёлка (茧绸直裰 / jiǎnchóu zhíduō) – традиционный длинный мужской халат прямого покроя с широкими рукавами и разрезами по бокам, сшитый из плотной шёлковой ткани сурового переплетения (чесучи).
↩︎ - Ляньцзяцзы (练家子 / liànjiāzi) – традиционное наименование человека, практикующего боевые искусства (ушу), обладающего закалкой, физической силой и навыками рукопашного боя.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
