Император Чжэнъюань посмотрел на него и мрачно спросил:
— Цуй Цзиньчжи в тот день не было?
Шэнь Сяо чутко уловил, что в голосе императора Чжэнъюань… словно звучало недовольство.
Вспомнив слова Ли Шу о том, что «старые привязанности больше не важны», и то, как Его Величество вызвал Цуй Цзиньчжи, но всё время вел с ним праздные беседы, намеренно заставляя шилана Цуй ждать в стороне.
Шэнь Сяо, немного поразмыслив, ответил:
— Верно, в тот день шилана Цуй не было в храме Цяньфу. Как говорят монахи, принцесса часто приходит туда совершать обряды, но шилан Цуй её не сопровождает, поэтому его отсутствие было вполне обычным.
Услышав это, император Чжэнъюань почувствовал, как недовольство в его сердце лишь усилилось.
Когда Аньлэ выходит из дома, Ян Фан-фума всегда её сопровождает!
Шэнь Сяо украдкой взглянул на императора Чжэнъюань, вспомнив тоскливое выражение лица Ли Шу, когда та говорила о нефритовом украшении, и её тело, покрытое ранами. Вся эта ситуация с самого начала и до конца была несправедлива по отношению к ней.
Он внезапно произнес:
— Не ожидал, что принцесса столкнется с подобным. У неё столько слуг, как же она могла по неосторожности сорваться с обрыва? Мне всё кажется, что здесь что-то не так.
Любому проницательному человеку было ясно, что в этом деле кроется нечто странное.
Императору Чжэнъюань не было нужды скрывать это от Шэнь Сяо, и он сказал:
— Это была не случайность. Пинъян говорит, что кто-то её толкнул. Шэнь Сяо, скажи, как ты думаешь, кто мог желать ей вреда?
Сердце Шэнь Сяо екнуло.
Хотя они были знакомы недолго, император Чжэнъюань весьма ценил его, во многом потому, что он был одиноким и прямолинейным чиновником.
Из-за дела о сборе зерна он восстановил против себя все знатные семьи при дворе, и никто не желал иметь с ним дел. Ему оставалось лишь быть одиноким чиновником, и императору Чжэнъюань такие нравились. Родственные связи великих семей были переплетены так густо, что стоило задеть одну нить, как в движение приходило всё остальное. Именно поэтому такие люди, как Шэнь Сяо — одиночки без связей — пользовались доверием императора.
Раз его личные интересы не были замешаны, его слова обретали беспристрастную силу и имели большой вес.
Шэнь Сяо быстро привел мысли в порядок и сказал:
— Я тоже не знаю, кто хотел навредить принцессе.
Сначала он отступил на шаг, не выражая своей позиции.
— Понятие «выгода и вред» подразумевает, что там, где есть борьба за интересы, есть место и для сотрудничества, и для подстав. Поэтому я полагаю, что в последнее время принцесса, вероятно, обидела кого-то или вступила с кем-то в конфликт интересов.
Он намеренно выделил слова «в последнее время».
Что же произошло в последнее время? Только то самое дело со сбором зерна.
На самом деле, у императора Чжэнъюань тоже были подозрения. Ли Шу всегда была осторожной и рассудительной, она не из тех, кто из-за легкомыслия или игр мог сорваться с обрыва. Поэтому, когда она сказала, что её столкнули, он поверил. Теперь, когда слова «в последнее время» были произнесены двумя никак не связанными друг с другом людьми — Ли Шу и Шэнь Сяо, — ответ, казалось, лежал на поверхности.
Эту вязкую, мрачную и огромную сеть переплетенных сил возглавлял Цуй Цзиньчжи.
Сердце императора Чжэнъюань внезапно смягчилось. Он вспомнил, как Ли Шу уходила из дворца — её спина казалась непоколебимой, но на деле она была очень хрупкой.
Он ведь собственноручно толкает свою дочь в огненную яму.
Придя к этой мысли, император Чжэнъюань посмотрел на Шэнь Сяо и спросил:
— Я слышал, твоей матери в Усине пожаловали мемориальную арку добродетели?
Шэнь Сяо слегка нахмурился. С чего вдруг зашёл разговор о его семейных делах?
Он лишь кивнул:
— Да. Я — посмертный ребенок, с самого рождения не видел лица отца. Мать-вдова в одиночку вырастила меня. Она так и не вышла замуж повторно, поэтому в округе её удостоили этой награды.
Император Чжэнъюань снова спросил:
— Разве в Цзяннани не принято вступать в повторный брак? Твоя мать проявила редкую верность.
Цзяннань была богатым краем с развитым искусством вышивки, поэтому свадебные обычаи там были довольно свободными. Женщины, выйдя замуж повторно или вовсе не вступая в брак, могли сами обеспечивать себя, в отличие от Центральных равнин, где женщине в одиночку выжить было трудно.
Шэнь Сяо едва заметно улыбнулся:
— Благодарю Ваше Величество за похвалу. По правде говоря, не стану скрывать от Вашего Величества, я сам советовал матери выйти замуж второй раз. Просто её чувства к покойному отцу были слишком глубоки, и в её сердце не осталось места для другого. Позже она рано ушла из жизни, во многом из-за того, что все эти годы слишком много трудилась.
— Выходить замуж повторно или нет — это касается только чувств супругов. А всякие мемориальные арки добродетели — лишь внешняя мишура, это не имеет значения, — тихо произнёс Шэнь Сяо.
Слова императора Чжэнъюань задели за живое.
Даже простая деревенская женщина знает, что такое любовь. Каким же мучением для Цюэ Ну было бы и дальше заставлять её жить с тем, кого она не любит.
На самом деле, он всегда чувствовал вину перед Ли Шу.
В прежние годы семья Цуй была слишком могущественной. Он давно задумал подорвать их влияние и втайне строил козни, но боялся спугнуть змею в траве. Поэтому он и позволил Цуй Цзиньчжи принцесса Шан, чтобы те ослабили бдительность.
Брак Ли Шу с самого начала был политической жертвой.
В конце концов, она была его дочерью, и все эти годы немало помогала ему в государственных делах. Сможет ли он теперь, снова принося её в жертву, без стыда слушать, как она называет его «Фухуан»?
В борьбе между императорской властью и знатными семьями успех зависел не только от неё одной.
Говорят, что императорский род лишен чувств, и всё из-за того, что им мешает власть. Но даже ради власти нельзя жертвовать родственной близостью.
Всё-таки она его дочь, пусть она получит свободу.
Приняв это решение, император Чжэнъюань мгновенно почувствовал, как у него на душе стало легче. Одинокий образ Ли Шу, уходящей из дворца, до этого тяжелым грузом лежал на его сердце.
Император Чжэнъюань велел Шэнь Сяо удалиться. Когда тот подошел к дверям, он услышал приказ императора:
— Лю Цоу, пошли маленького евнуха к принцессе, пусть передаст… то, о чем она просила только что, я дозволяю. Пусть не беспокоится об этом деле и спокойно залечивает раны.
Затем его голос стал холодным:
— Позовите Цуй Цзиньчжи!
От автора:
Выбор Цуй Цзиньчжи, а также выбор императора, и в будущем выбор еще большего числа людей — вероятно, это и было моей первоначальной целью при написании этого текста. Истинная натура человека проявляется в выборе, сделанном под давлением.
Наконец-то они развелись.
Шэнь Сяо: Наконец-то я подкопал этот фундамент!
Выгода и вред (利害, lìhài) — термин, обозначающий совокупность интересов, преимуществ и рисков в какой-либо ситуации.
Принцесса Шан (尚公主, shàng gōngzhǔ) — официальный термин, означающий женитьбу на принцессе.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
