Ло Ин пристально смотрела на неё, взяла стакан, медленно перебирая пальцами трубочку, как вдруг у Линь Чжися зазвонил телефон — на экране высветилось имя звонящего: «Цзян Цзян Цзян Цзян Юйбай».
Линь Чжися нажала кнопку ответа.
Цзян Юйбай кратко произнёс:
— Я только что сел в самолёт.
— М-м, — ответила Линь Чжися, — завтра… в десять утра я тебя встречу.
Цзян Юйбай мгновенно среагировал:
— Ты выпила?
Линь Чжися честно рассказала:
— Совсем чуть-чуть, я сейчас ужинаю с сюэцзе. Чтобы поскорее выпуститься, сюэцзе целых три года не возвращалась в страну, не брала отпуск, а как вернулась — сразу устроилась в нашу компанию квантовых технологий. Она правда обожает индустрию квантовых вычислений. Только что сюэцзе сказала мне, что очень любит переработки, и было бы здорово каждый день задерживаться вместе со мной. Режим «996» для неё пустяк, она готова и на «007». Мне прямо хочется похвалить сюэцзе за такой профессионализм.
При слове «сюэцзе» Цзян Юйбай на мгновение замер. Он бросил папку с документами на сиденье, а секретарь рядом спросил:
— Цзян-цзун?
Секретарь наклонился и помог ему поднять папку.
Цзян Юйбай поблагодарил секретаря.
Он устроился в мягком кресле самолёта, обдумывая слова Линь Чжися. Так называемый график «996» означал работу с девяти утра до девяти вечера шесть дней в неделю. А «007» — и того круче: пахать с полуночи до полуночи семь дней в неделю без перерыва. Оба этих режима на износ вымотали бы любого сотрудника.
Насколько он знал, родители Ло Ин были известными предпринимателями в столице провинции, и дела в их компании шли хорошо. У неё не было цели заниматься бизнесом, и коммерческие интересы здесь не были замешаны. Тогда зачем ей добровольно просить о переработках?
Цзян Юйбай посмотрел в окно и спокойно ответил:
— У тебя плохая переносимость алкоголя, пьянеешь с одного глотка. Я позвоню твоему гэгэ, пусть он заберёт тебя домой. Ложись сегодня пораньше, хорошенько отдохни. Завтра не нужно меня встречать, я сам приду к тебе домой.
Линь Чжися не стала вдумываться. Она согласилась:
— Хорошо, до завтра.
Договорив, она повесила трубку.
Ло Ин спросила:
— Что сказал Цзян Юйбай?
Линь Чжися слово в слово передала наставления Цзян Юйбая.
Ло Ин никак это не прокомментировала.
Ло Ин и Линь Чжися пробыли в ресторане больше часа, когда появился Линь Цзэцю. Линь Чжися осталась верна своим принципам: сначала они с Линь Цзэцю отвезли Ло Ин домой, и только потом она покинула жильё Ло Ин вместе с гэгэ.
Ночь сгустилась, лёгкий туман подёрнул луну белой дымкой. Линь Цзэцю взял сестру за руку и многозначительно поучал её:
— В следующий раз не пей на улице… Даже с этой твоей сюэцзе нельзя. Вы несколько лет не виделись, отношения у вас не такие уж крепкие.
Линь Чжися озадачилась:
— Почему ты такой подозрительный? Разве мы с тобой не вместе выросли?
Линь Цзэцю промолчал.
Линь Чжися зевнула:
— Гэгэ, можно я возьму у тебя интервью? Стоит какой-нибудь девушке приблизиться к тебе, ты сразу начинаешь подозревать, что у неё дурные намерения?
Да.
Именно так.
Слова Линь Чжися попали Линь Цзэцю в самую точку.
С самого детства Линь Цзэцю казалось, что влюблённые в него девушки смотрят только на его внешность. По сравнению с этим работа была куда ближе к реальности: в карьере капля пота равнялась показателю эффективности, а показатель эффективности можно было обменять на премию — и это он получал заслуженно.
Он шёл и размышлял, а Линь Чжися позвала его:
— Гэгэ?
Линь Цзэцю ответил крайне холодно:
— Скажи-ка мне, что интересного в этой вашей любви?
Листва шуршала, ночной ветер проносился сквозь кроны деревьев, он шагал, дробя рассыпанный по земле лунный свет. Он добавил:
— Обыватели сами создают себе проблемы.
В обычное время Линь Чжися, скорее всего, замолчала бы.
Но сейчас Линь Чжися была на редкость смелой. Она неустанно объясняла:
— Это чудесное чувство. Сердце начинает биться быстрее, разум становится кристально чистым, вся сонливость исчезает… Сначала мне было непривычно. По вечерам, едва я вспоминала о Цзян Юйбае, я не могла уснуть и начинала представлять нашу встречу на следующий день. Когда я с ним, я чувствую себя одновременно расслабленной и напряжённой, взволнованной и счастливой. Он всегда понимает меня, даже если совсем ничего не смыслит в моих исследованиях. Теперь ты понял?
Линь Цзэцю лишь бросил:
— Сплошные противоречия.
Линь Чжися больше не спорила.
Те несколько фраз, которыми Линь Чжися описала свои чувства, произвели на Линь Цзэцю глубокое впечатление — его отношение к Цзян Юйбаю даже стало чуточку лучше. На следующий день вечером, когда Цзян Юйбай пришёл с визитом, Линь Цзэцю даже лично открыл ему дверь.
Цзян Юйбай вошёл с пакетом подарков.
Линь Чжися подбежала к нему:
— Ты трудился не покладая рук. Наверное, очень устал за эти дни в командировке?
Цзян Юйбай ответил:
— Нет, работал по четырнадцать часов в сутки, отдыхал по десять… — Он негромко добавил: — Я справляюсь.
Линь Чжися взяла его под руку:
— Мне так жалко тебя. Ты сейчас хочешь спать? Иди в мою комнату, вздремни немного.
Так Линь Чжися отвевела Цзян Юйбая в свою спальню и даже заперла дверь на замок. Линь Цзэцю, разумеется, не нашёлся что сказать.
Линь Цзэцю вернулся в свою комнату и рассеянно смотрел телевизор, как раз когда друг позвал его на футбольный матч. Он переоделся и ушёл.
А Цзян Юйбай и вправду чувствовал себя измотанным — он только что вернулся из Европы и ещё не успел адаптироваться к разнице во времени.
Цзян Юйбай лёг на кровать Линь Чжися. Она коснулась его лица, он повернул голову, слушая её:
— Мои научные руководители в бакалавриате и докторантуре, сюэцзе Вэй Жосин и тот друг-математик из России — все четверо согласились стать старшими советниками нашей компании. Гэгэ планирует подать заявку на перевод, хочет заниматься у нас технологиями базовой архитектуры. Тан Тинтин и Ло Ин уже в штате, Фэн Юань и Вэнь Ци, скорее всего, приступят к работе в следующем году. Их доверие ко мне…
— Ты его заслужила, — голос Цзян Юйбая становился всё тише. — Смело иди вперёд.
Линь Чжися подумала, что он засыпает. Она тихо прилегла рядом, но он внезапно обнял её. Он сказал:
— Полежи со мной немного.
Линь Чжися послушно закрыла глаза. Конечно, она не спала. Она находилась в состоянии медитации, ниточка за ниточкой распутывая свои мысли, перебирая в памяти годы поисков и исследований. У неё ещё оставалась смелая задумка насчёт квантового чипа, которую только предстояло воплотить в жизнь — и, как сказал Цзян Юйбай, она будет смело идти вперёд.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
