С того дня он целых четыре дня не связывался с Тан Тинтин. Тан Тинтин тоже не искала его сама. Они вдвоём погрузились в какую-то необъяснимую холодную войну. Ради этого Дуань Циянь специально проконсультировался с Цзян Юйбаем, но ответ Цзян Юйбая буквально поверг его в отчаяние.
Цзян Юйбай сказал:
— Ничего страшного, всего лишь четыре дня. Она занята на работе, будь к ней терпимее.
Что за горе-стратег этот Цзян Юйбай!
В нём действительно не было ни капли гордости или заносчивости, присущей наследникам богатых семей.
Его способом решения семейных конфликтов было простое признание поражения.
В делах он явно был мастером — «Цзян Кэ Жуаньцзянь» развивалась всё лучше, прибыль фонда «Байци» продолжала расти, показатели компании квантовых технологий процветали, но он определённо не был квалифицированным консультантом по личным отношениям.
Дуань Циянь больше не обращался за советами к Цзян Юйбаю.
Как только Линь Чжися объявилась в общем чате в WeChat, Дуань Циянь поспешил написать ей в личные сообщения:
— У одного моего друга девушка не обращает на него внимания уже четыре дня…
Линь Чжися тут же задумалась о себе.
В последнее время она и впрямь снова стала очень занята.
Её компания квантовых технологий получила единодушное признание в отрасли, правительство и предприятия, сотрудничающие с ней, были весьма довольны. Академические и промышленные круги уделяли ей огромное внимание, соответствующие исследования появлялись как грибы после дождя, а количество цитирований её статей за короткое время резко возросло.
Это породило благотворный цикл.
Университет уделял Линь Чжися всё больше внимания, и целые группы бакалавров и магистрантов надеялись попасть к ней в ученики. Линь Чжися даже получала электронные письма от коллег-докторов наук с вопросами о возможности занять вакансию постдока.
В последние несколько дней Линь Чжися постоянно проводила собеседования с бакалаврами, магистрантами и докторантами.
Чтобы расширить исследовательскую группу и повысить качество команды, Линь Чжися должна была убедиться, что студенты, вступающие в группу в этом году, обладают прочной базой и устойчивой психикой. Она, как обычно, полностью погрузилась в работу, временно оставив Цзян Юйбая без внимания — это состояние занятости длилось как раз четыре дня.
Поэтому Линь Чжися в своё оправдание ответила:
— Девушка сделала это не нарочно, нужно соблюдать баланс между семьёй и карьерой, она сейчас над этим работает.
Дуань Циянь подумал: «Всё-таки непросто, гений есть гений — она с первого взгляда раскусила, что я говорю о Тан Тинтин, да ещё и помогла мне, уговорив её».
Дуань Циянь невольно растрогался. Он ответил:
— Спасибо.
Линь Чжися отправила вопросительный знак.
Дуань Циянь прислал стикер «Чай Ян кланяется».
В тот день около пяти часов вечера Цзян Юйбай закончил работу. Все его дела вошли в привычное русло, и за последние несколько дней объём задач заметно сократился.
Пока водитель вёз его домой, он смотрел в окно. Сумерки были живописны, яркое зарево заката окрашивало небоскрёбы. Секретарь не видел выражения его лица и негромко позвал, словно пробуя почву:
— Господин Цзян.
Левая рука Цзян Юйбая небрежно лежала на подлокотнике кожаного кресла. На его запястье были очень дорогие механические часы с глубоким чёрным циферблатом. Секретарь Шэнь, присмотревшись, доложил время:
— Скоро шесть.
Цзян Юйбай спросил его:
— Какие у тебя планы на вечер?
Секретарь Шэнь слегка склонил голову и поправил очки на переносице:
— Проверить отчёты за первый квартал, перечитать примечания менеджеров, подтвердить расписание на следующую неделю…
Он уже собирался добавить: «Жду вашей электронной проверки», но Цзян Юйбай прервал его:
— Показатели мировой экономики изменились, опубликована новая политика, аналитическая группа пересмотрела структурную модель, так что в понедельник мне нужно присутствовать на собрании группы. Во вторник я улетаю в командировку в Гонконг, ты останешься в компании и первым делом предоставишь отчёт по анализу прибыли за этот квартал.
Секретарь Шэнь закивал.
Машина плавно ехала вперёд, и Цзян Юйбай добавил:
— Отдохни как следует.
Секретарь Шэнь без лишних слов ответил:
— Господин Цзян, я отдохну в выходные.
Спустя мгновение он вдруг что-то вспомнил, слегка выпрямился и положил ладони на колени:
— Господин Цзян, мы в общих чертах разузнали о деле Не Тяньцина.
На этом месте он сделал паузу.
Меняющиеся тени сумерек падали на профиль Цзян Юйбая, и только тогда секретарь Шэнь заметил, что на его лице почти нет эмоций. Он по-прежнему спокойно произнёс:
— Продолжай.
Секретарь Шэнь честно доложил:
— Семья господина Не владела небольшой фабрикой. Сначала они брали кредиты в банке, но позже банк отозвал их. Цепочка финансирования фабрики разорвалась, его родители заняли деньги у частных лиц под три-четыре процента в месяц, а дом заложили кредиторам. Господин Не переехал из «Таоюань Цзянпань» в жилой комплекс «Аньчэн», его семейное положение покатилось под откос…
«Таоюань Цзянпань» был одним из самых известных элитных районов города.
Что касается «Аньчэн Сяоцюй», то это был старый жилой дом, построенный в восьмидесятых годах прошлого века, — то самое место, где раньше жила семья Линь Чжися.
Цзян Юйбай никогда не слышал, чтобы Линь Чжися упоминала Не Тяньцина; скорее всего, она и не знала, что он когда-то был её соседом. Цзян Юйбай нашёл это любопытным, а секретарь Шэнь продолжал добросовестно рассказывать:
— Фабрика семьи господина Не… вместе с сырьём, патентами и оборудованием собственной разработки была за бесценок продана…
Цзян Юйбай предположил:
— Строительной компании «Дамэй»?
Председателем правления строительной компании «Дамэй» была не кто иная, как мать Цзян Юйбая.
Секретарь Шэнь сдвинул колени и официально произнёс:
— Да, господин Цзян, теперь права на патенты этой фабрики принадлежат «Дамэй».
Мать Цзян Юйбая управляла множеством компаний, её интересы распространялись на производство одежды, сталелитейную промышленность, стройматериалы и недвижимость. Цзян Юйбай смутно припомнил, что выражение лица Не Тяньцина, когда тот впервые встретился с его матерью, было довольно натянутым. Раньше он думал, что всё дело в слишком молодом виде матери, но теперь понял, что тогда мыслил слишком просто. Впрочем, в то время ему только исполнилось десять лет, и самым большим потрясением в его жизни была необходимость смириться с превосходством таланта Линь Чжися, так что отсутствие деловой хватки было вполне простительно.
Затем он спросил:
— Как Не Тяньцин связан с Чай Яном?
Секретарь Шэнь самым серьёзным тоном заговорил о чужих личных делах:
— В университете господин Не встречался с девушкой… Вы знаете, господин Чай уже женат, так вот супруга господина Чая — это бывшая девушка господина Не. Сейчас она на седьмом месяце беременности и готовится к родам в лучшей частной акушерской клинике Пекина… Господин Чай не в курсе отношений жены с Не Тяньцином, так что господину Не не стоило вымещать свой гнев на господине Чае.
В день свадьбы Чай Яна Цзян Юйбай ещё учился в Великобритании, а секретарь Шэнь уже был почётным сотрудником группы компаний, поэтому он присутствовал на торжестве и видел невесту.
Секретарь Шэнь рассказывал всё без утайки:
— Свадьба была очень шумной, друзья жениха исполнили три номера…
Цзян Юйбай поднял левую руку:
— Об этом можешь не рассказывать.
Секретарь Шэнь подытожил:
— Мы получили общую картину через различные информационные каналы.
Цзян Юйбай не стал давать никаких комментариев.
Автомобиль остановился перед главными воротами роскошного жилого комплекса. Бледный свет луны скрылся в ночи, и мягкое сияние уличных фонарей озарило длинную улицу. Цзян Юйбай шёл один, его длинная тень скользила по густой траве, когда в этот момент он услышал голос Линь Чжися:
— Я как раз подошла к твоему дому. Все эти дни я была слишком занята и не звонила тебе… но поверь, я постоянно думала о тебе.
Он продолжал молчать, но беззвучно улыбнулся.
Он завёл правую руку за спину и поймал протянутую левую руку Линь Чжися.
Они переплели пальцы, прижались ладонями друг к другу и пошли домой бок о бок.
Перед тем как войти в дом, Линь Чжися как бы невзначай сказала:
— Сегодня, как только я закончила работу, сразу захотела прийти к тебе…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
