— Оно очень ценное. И триста стоит, и три тысячи. — Сун Цяньцзи, ради семян томатов, добавил еще пару слов: — Возьми его, иди в ломбард города Хуавэй, пусть устроят аукцион, и тогда ты наверняка получишь много выгоды. Но я советую тебе оставить его себе для самообороны.
Ван Тугэнь с плаксивым лицом взмолился:
— Сун-шисюн, вся моя школа погибла, какой смысл мне одному совершенствоваться на континенте? Я только хочу раздобыть денег на дорогу обратно на остров. Я не смею идти в ломбард, лучше дай мне двадцать духовных камней, и я продам это сокровище тебе!
В этих словах таилось много скрытых смыслов.
Во-первых, его уровень совершенствования был низок, кругозор узок, он владел великим сокровищем и не осознавал этого — его было легко обмануть. Во-вторых, у него не осталось ни родных, ни друзей, так что даже если его убьют ради наживы где-то на континенте, некому будет мстить, и грабитель сможет спать спокойно. В-третьих, кто не захочет купить бесценный артефакт для сражений всего за двадцать духовных камней?
Однако Сун Цяньцзи ответил:
— Не пойдет.
Ван Тугэнь перепугался:
— Почему не пойдет?
Сун Цяньцзи покачал головой:
— Ты дал мне семена, я оценил твое сокровище. Для меня это дело уже окончено.
Он бросил талисманный меч обратно Ван Тугэню.
— Погоди, Сун-шисюн!
Ван Тугэнь поспешно поймал его, думая: «Как ты смеешь так швыряться этой штукой? Ты что, принимаешь её за обычную картофелину?»
— Сяо Мэн, — позвал Сун Цяньцзи, — проводи гостя.
Мэн Хэцзэ выскочил во двор, подпоясанный передником, и громогласно крикнул:
— Ну-ка, поглядим, кто это тут не уходит, когда пора обедать?!
Ван Тугэня выставили вон.
С тех пор как он стал управлять лавкой румян и помогать Святому каллиграфии заправлять чёрным заведением1, его уже много лет никто не выпроваживал.
Причем выгоняли его большой лопаткой и шумовкой, словно бродячего пса. Листья фасоли у входа, тихонько покачиваясь на ветру, будто насмехались над ним, намекая, что он зря старался вести себя как подлец.
На душе у него было неспокойно: если бы Сун Цяньцзи поддался соблазну, то он бы, конечно, огорчился, но то, что Сун Цяньцзи остался совершенно равнодушен, заставило его почувствовать, будто он пришел зря, и лишило всякого чувства удовлетворения.
Ван Тугэнь шел вперед, опустив голову и раздумывая над вторым планом обитателей чёрного заведения, как вдруг чуть не столкнулся с женщиной-культиватором.
— Прошу прощения, — извинился он.
— Ничего страшного, — негромко ответила женщина.
На голове у неё была шляпа-вэймао с легкой вуалью, скрывавшей лицо, а простое белое платье подчеркивало талию, которую, казалось, можно было обхватить ладонями.
Эта тропинка, усаженная цветами, вела только к подворью Суна. Ван Тугэнь гадал, зачем она прячет лицо и почему пришла к Сун Цяньцзи.
Внезапно его взгляд упал на цинь в её руках, и глаза его загорелись.
Платформа Люйи.
Приближалось испытание на цине на Собрании Дэнвэнь, и в секте Хуавэй было бесчисленное множество мастеров звука и музыкальных инструментов. Однако инструменты, созданные Сяо Чжо из ломбарда чёрного заведения, имели едва уловимые отличия от прочих.
То, что эта женщина-культиватор пришла к подворью Суна с Платформой Люйи в руках, когда уже стемнело, явно указывало на их тесную связь.
Неужели Сун Цяньцзи заложил меч и купил цинь именно для неё? Должно быть, она неописуемая красавица!
Неужели он не жаден до богатств, но падок на женскую красоту?
Если раньше он говорил, что Мяо Янь некрасива, то, возможно, ему просто не по душе столь возвышенные и отрешенные девы.
- Чёрное заведение (黑店, hēidiàn) — нелегальная лавка или постоялый двор, где обманывают или грабят клиентов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
