Ли Ху выпрямил спину и с гордостью сказал:
— Конечно, это награда от сяньгуань!1
Жена с сомнением пробормотала:
— С чего бы это такая щедрость? Все вместе на работу ходили, ни у кого нет, а у тебя одного есть? — Она заволновалась. — Скорее верни! Бессмертные мастера — добрые люди, разве можно у них просто так вещи брать!
— Это правда награда мне! — Мужчина тоже разволновался и достал из-за пазухи железный жетон. — Сама посмотри!
— Я неграмотная, — с неприязнью ответила женщина. — Чёрный, тяжеленный, кто знает, что там написано?
Мужчина поднёс подсвечник и показал ей:
— Это наградной жетон, их выдали всего двести штук, настоящая редкость. Эти восемь иероглифов Сун-сяньгуань написал собственноручно. На лицевой стороне — «Первопроходец канала». На обратной — «Свет, озаряющий тысячи каналов». Смотри сюда, в углу ещё печать управы сяньгуань.
— Ой! — Женщина выхватила его и радостно воскликнула: — Первопроходец канала? Это отметили твои заслуги?!
— Награждали по заслугам, дали только лучшим! Я уже всё решил: потом передам сыну, сын — внуку, а внук — дальше. Пусть из поколения в поколение знают, что их прадед был тем самым «Первопроходцем канала», чей свет озарял тысячи каналов.
— Иероглифы самого сяньгуань? — Женщина, держа железный жетон, внимательно рассматривала его со всех сторон, протирая снова и снова. — И правда, вещь ценная. Даже если мне предложат сколько угодно мяса или атласа, ни за что не променяю.
На следующий день деревенское извещение дошло до деревни. Целых полмесяца в доме Ли Ху каждый день были гости; люди из соседних деревень приходили, привлечённые славой, и уходили, снедаемые завистью.
— Слышали, в вашей деревне объявился «Первопроходец канала», дайте-ка и нам взглянуть.
— Всё-таки есть же у людей и удача, и способности.
— В деревне Хуаянь тоже такой есть, только вернулся — сразу жетон показал. Тут же и о свадьбе договорились. На следующий день пошёл к невесте свататься, понёс рис и два рулона атласа. Тот атлас такой гладкий и блестящий, вся деревня сбежалась посмотреть!
— Когда там в следующий раз в управу сяньгуань рабочих набирать будут? Как русло закончат, будут мост строить? Или горные тропы прокладывать?
— Раз есть «Первопроходцы канала», должны быть и «Первопроходцы мостостроения». Вот когда получится раздобыть жетон «Свет, озаряющий тысячи каналов», это будет настоящая честь для предков.
Энтузиазм строительных отрядов вырос как никогда, работа пошла даже быстрее прежнего; у каждого будто прибавилось сил и бодрости.
Цзи Чэнь, воодушевлённый этим, преисполнился решимости, выковал железный жетон и для Мэн Хэцзэ, после чего отправился в Лес ядовитых испарений.
Мэн Хэцзэ только что прикончил перворанговую большую змею алого пламени и весь был в крови. Опершись спиной о дерево, он лениво вытирал меч и с пренебрежением произнёс:
— Цзи-шао-е, тебя что, демонический зверь по голове лягнул? Это же не артефакт, да ещё и тяжеленный. Какой мне толк таскать его с собой? Лишний груз, только скорость замедляет.
— Это честь, а честь бесценна. Для практикующего такой вес — пустяк.
— «Мастер охоты»? Ну и почерк, он слишком… слишком…
Не передать словами.
Красивые брови Мэн Хэцзэ сошлись на переносице.
Цзи Чэнь почесал затылок:
— Этот жетон особенный, сделан специально для тебя. По таким мелочам неудобно было беспокоить брата Суна. Я сам написал, уж не обессудь.
Мэн Хэцзэ хлопнул его по лбу и приклеил талисман защиты от испарений:
— Какое там «не обессудь»! Лес ядовитых испарений — не место для игр, уходи!
Хоть он и ругался, но всё же спрятал железный жетон за пазуху.
Цзи Чэнь добавил:
— Ты ведь уже видел мою младшую сестру. То, что я говорил тебе в прошлый раз о ней… Эй, Мэн Сюн, не уходи, давай ещё поболтаем.
Один догонял, другой убегал, а лесные звери и птицы врассыпную бросались от их криков.
- Сяньгуань (仙官, xiānguān) — бессмертный чиновник, титул представителя небесной или высокоуровневой бюрократии в мире культивации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
